Мистер Катастрофа (СИ)

− Тут без шансов. − попала так попала, я уже пару раз отказывала девушки, но сейчас вижу, что для нее все очень серьезно, не хочу подвести, да и пары с часа, должна успеть. − Ладно, я согласна, пришли мне адрес и что нужно будет взять с собой.
− Е-е-е! − я думала она меня задушит в своих крепких объятиях. − А, еще, нужны туфли. Черные и желательно каблук повыше.
− Кто бы сомневался!
Мистер Катастрофа: «Вау! Я бы посмотрел на это, ты правильно сделала,
что согласилась. Для тебя это лишь час времени, а для нее целое событие,
которое может повлиять на дальнейшую судьбу. Кстати, как твоя подруга? Жива?»
Цветок лотоса: «Полежит пару дней с головной болью, а так нормально.
Для меня это больше чем час времени, я понимаю, что от меня почти ничего не требуется,
но я не ношу платья и юбки, особенно такой длины. Меня уже сковывает стеснение.»
Я не люблю, когда на меня смотрит много людей, а на конкурсе их будет не мало. Я так срослась со своим образом, что уже не представляю себя иначе. Пучок на голове, отсутствие макияжа и мешковатая одежда прекрасно отпугивает взгляды и дает мне чувство защищенности, хотя я считаю себя довольно симпатичной.
Мистер Катастрофа: «Почему? Я думал ты поборола неуверенность.»
Еще в начале нашего общения мы очень много переписывались именно о моей неуверенности, и я ее почти поборола, но мне так комфортно и сейчас я не хочу что-то менять.
Мистер Катастрофа: «Даже если есть стеснение с ним нужно бороться
и это отличный шанс для тебя.
Малыш, я верю, что ты со всем справишься, другого варианты просто не может быть.
Пусть я не рядом, но моя поддержка всегда с тобой.»
От места проведения конкурса до университета тридцать минут на автобусе, это однозначно радует. На часах восемь утра, а я уже сижу в кресле визажиста, и Лизка собственноручно колдует над моей внешностью. В конкурсе участвует тридцать пять девушек, поэтому вокруг нас непрекращающаяся суета, кто-то кричит, кто-то бьется в истерике из-за опоздания модели, кто-то просто в панике и на нервах, а моя малышка, к удивлению, спокойна. Она полостью закрылась от этой суеты и уже пятый раз пытается нарисовать мне симметричные стрелки.
− Лиз, это слишком. − в ее руках красная помада. − Ты сама вечно твердишь маме: или яркие глаза, или яркие губы.
− Да, наверное, ты права. Переживаешь? − а нет, я ошиблась, она волнуется, просто хорошо это скрывает.
− Немного, но мы справимся. − девушка, закончив макияж, перешла к волосам, она хочет видеть мои слегка вьющиеся волосы идеально ровными. − Давай еще раз повторим, что я должна делать. Значит так, когда называют № 17 я выхожу на сцену, делаю круг и становлюсь рядом с остальными. Верно?
− Ага! Но будет круто если ты после круга остановишься по центру и сделаешь какое-нибудь движение юбкой. Нужно показать им, все прелести платья.
− Без проблем. − я дернулась, и девушка слегка притронулась раскаленным выпрямителем к уху. − Ауч.
− Прости! Сиди, пожалуйста, смирно.
Мистер Катастрофа: «К черту волнения, уверен ты шикарна!»
Я сидела на диване и ждала начала, все модели уже готовы, но возникли какие-то технические проблемы.
Цветок лотоса: «Ты мне льстишь, но спасибо!»
Из зеркала на меня и правда смотрел совершенно другой человек, я даже не думала, что могу быть такой… красивой. Даже жаль будет смывать все это чудо, над которым Лизка так долго трудилась.
Мистер Катастрофа: «Я бы хотел увидеть платье, сделаешь фото?:)»
Я закашляла, подавившись воздухом.
− Все хорошо. − я улыбнулась, когда ко мне повернулось пару девушек.
Он правда это просит? Винцент никогда не просил у меня фото, хотя иногда мы обмениваемся чем-то нейтральным. Мои руки стали дрожать от волнения. Сейчас внутри боролось две личности, одна уговаривала сделать фото, другая была категорически против. Если я сделаю фото, смогу ли попросить его? Я встала и подошла к зеркалу. Он ведь просит фото платье, а не фото меня. Если я пришлю ему фотографию с лицом, то обману, ведь я так не выгляжу, это все слой косметики.
 
− Что ты делаешь? − я не заметила, как подошла Лиза.
− Хочу на память фото сделать. − я сделала пару кадров, но они мне не нравились.
− А, так давай я помогу. − девушка забрала телефон. − Саш, руки! Так не красиво. − я пыталась как-то увеличить длину платья, на мне оно было слишком короткое. − Готово, кстати, идем, мы начинаем!
− Да, сейчас.
Цветок лотоса: «Как-то так.
Вложение 1.»
Я не готова увидеть сейчас его ответ, поэтому выключила интернет и закинула телефон в рюкзак. Вот теперь я точно волнуюсь! Судьи, конкурс, все это мелочи по сравнению с его мнением. А если ему не понравится? Да, на фото нет лица, я его обрезала, но вдруг моя фигура ему не зайдет? Я уже не представляю свою жизнь без нашего ежедневного общения.
− Да! Мы сделали это! Сделали! − Лизка висела на моей шеи.
Первое место ускользнуло от нас в самый последний момент, но и второе не так плохо. Лиза уверена, что первое ее соперница заняла только из-за того, что в жюри ее тетка. Вместо трехмесячного курса девушке достался всего одномесячный, но бонусом стал денежный приз в тридцать тысяч, Лиза уже придумала куда потратить деньги, закупить еще тканей.
− Кстати, я придумала свою часть приза. − мне удалось с трудом оторвать ее. − С тебя новая футболка для меня любимой.
− Вообще без проблем.
− Так, ладно, мне уже пора переодеваться и выбегать. − на часах двенадцать десять. − А знаешь, мне даже понравилось.
В комнате, которую выделили под раздевалку творился настоящий срач. Мы застыли в дверях наблюдая за тем, как какая-то мама кричит на свою дочь за то, что она проиграла. Да уж, словно на этом конкурсе закончилась жизнь, такие маты в сторону ребенка уже перебор, но мы никто чтобы вмешиваться. Хотя мне очень хотелось. Блин, я такая трусиха. Я достала джины с футболкой и положила на скамью.
− А, Саш, мама просила тебе передать. − девушка протянула мне красную купюру, зарплата за вчерашний день.
− Спасибо. − я повернулась к шкафчику, чтобы убрать деньги в рюкзак, как услышала маты соседки по шкафчику. − Какого?!
Ее и мои вещи были в сладкой газировке, которая случайно выскользнула из рук одной из моделей, когда она, не заметив чью-то сумку, сделала слишком уверенный шаг. Большая часть напитка пришлась именно на мои вещи, в особенности на белую футболку.
− Твою ж! − Лизка схватила за мою футболку, ее можно выжимать.
− Простите! Пожалуйста! Я… я не специально. − я это понимала, но легче не становилось, почти литр сладкой и липкой жидкости оказался на моих вещах.
− Спокойно! Это всего лишь вещи. − не хватало, чтобы эта девушка еще расплакалась тут, газировку можно легко отстирать. − Лиз, есть футболка? − штаны не так запачкались, должны высохнуть на мне по дороге. Девушка покачала головой. − Кто-то может одолжить футболку? − повисла тишина. − Ну, класс.
− Вот, возьми мою! − модель протянула мне свою вещь, только она на меня никак не налезет, эта девушка куда меньше и тоньше.
− Санёк, езжай так. Платье нормальное, на улице +30, точно не замерзнешь. − на часах двенадцать тридцать, класс, я опаздываю.
Сегодня только одна пара у Горгоны, если не приду, завалит заданиями, если приду так, не знаю реакции группы. Выбор без выбора. Либо три часа позора, либо месяц мучений с ее предметом. Так, Саша, ты сможешь, ничего страшного, завтра придешь как обычно и о твоем появление в этом все забудут. У меня нет времени искать что-то еще из одежды, поэтому я убрала свои вещи в пакет и засунула его в рюкзак. Просто прекрасное сочетание шикарного платья и потрепанного рюкзака, хорошо хоть кроссовки нормальные.
 
Час десять, я капец как опаздываю, для Горгоны и минута уже критична. А он почему здесь? Я заметила у входа Вильяма, он говорил по телефону, но вот повернут лицом прямо к входу, хотя какая разница, он все равно меня увидит, меня сейчас вся группа увидит. Как же неловко!