Падение (СИ)

— Ты нас понимаешь что ли? — медик снова удивился. Девушка же вынужденно кивнула. — Ам… Эм… Ну мы это… Меня зовут Иван, но более известный как "Реут". А тебя как? — но иерихонка не хочет вступать в контакт с противником. — Слушай, я по… Минутку, — его шлем стал прозрачным и стало видно лицо мужчины, а также горящий интерфейс доспеха. — Вот, так лучше. Я понимаю, что как бы война и всё остальное, но я же ничего плохого не желаю.
— Ничего плохого? — с некой иронией сказала Кира, а в её голосе хорошо слышны ноты отчаяния. — Добивать меня никто не собирается? — от этих слов медик посмотрел на своего командира.
— Это поисковая операция, — пояснил лидер отряда. — Мы пришли чтобы найти выживших и доставить их к ближайшей базе чтобы предоставить медицинскую помощь. И, если тебе от этого станет легче, если кто-то из нас начнёт расстреливать пленных или гражданских, то ему прямая дорожка в карцер или, того хуже, из армии. Нашему адмиралу подобные вещи ой как не нравятся и, как по мне, это правильно.
— Где ж вы, спасители, были, когда целые иерихонские миры вырезали? — презрительно бросила жрица.
— Когда это делалось, тебя на свете ещё не было, судя по твоим физиологическим показателям, — ответил медик. — Сейчас это под запретом благодаря нашей фракции. Я понимаю, вам говорили о том, что все мы ужасные монстры. У нас то же самое говорили про вас. Но не все такие радикалы, как ты думаешь.
— Ладно, кончай разговаривать, Иван. Ты оказал ей первую помощь? — спросил главный.
— Да. Могу, конечно, вскрыть и нормально обработать рану, но, думаю, это лишнее. Ей всё равно ложиться в лазарет и моя помощь предоставит лишь лишние болезненные ощущения. Хотя у меня, как врача, руки чешутся чтобы провести лекцию и наглядно показать, как надо извлекать инородные предметы из тела, особенно в таких-то местах. А вообще, может вызовем птичку? До лагеря топать километров десять, а она идти не сможет. А на руки, при всём уважении, мне её страшно брать. Это же жрица.
— Ради одного пленника вызывать будет перебор. Бери на руки и пошли.
— Да почему я? — грустно спросил медик.
— Потому что так сказал командир, — ответил на риторический вопрос кто-то третий.
— Ладно-ладно, — вздохнул врач. — Слушай, давай без всяких фокусов и попыток меня убить, ладно? Всё же я немного тебе помог и могу гарантировать, что к тебе будут относиться на достойном уровне, — он посмотрел на жрицу. Она же ничего не отвечала и тот начал медленно брать её перед собой на руки, после чего он вместе с ещё двумя пошли в сторону, откуда пришли в то время, как лидер с другими всё же остались чтобы всё тщательно проверить. Всё это чтобы найти других возможных выживших и спасти их от смерти, а заодно и получить возможные источники информации. Хотя обычный солдат обычно ничего полезного не знает.
Ликвидаторы с Кирой шли под покровом тьмы. Они выключили фонари и, по всей видимости, полагаются на приборы улучшенного зрения. Разговаривать между собой никто не рисковал, особенно медик. Он явно не хочет как-либо задеть девушку у себя на руках, ведь она хоть раненная, но одарена псионикой, что очень страшно. Жрица же просто сдалась. Умирать не хочется и это… Это страшно. Сама мысль о том, что она перестанет существовать в этом мире пугает, а её близость тем более. Казалось бы, во время боя она тоже рискует, но здесь совсем другие чувства. Она просто не может сделать то, что, по итогу, убьёт её. Даже если каким-то неведомым образом сможет справиться с тремя ликвидаторами, один из которых хоть сейчас может ей передавить шею, всё равно убежать не получится, ведь нога практически не слушается. Это просто или смерть в бою, или в погоне, или вовсе от голода и истощения. Тем более, что все силы и так покинули её и не факт, что сможет использовать псионику.
Принесли Киру уже к лагерю, который всё ещё находился в процессе развёртывания. Пусть внешние стены уже выставлены, но развёртывание вышек и всяких зданий всё ещё идёт. Даже работает строительная техника, которая выравнивает местность и делает плотные дороги из почвы для того, чтобы по ним могла спокойно ездить военная техника. Так же выкладываются плиты под ангары. Везде ходят патрули. И это в свете фонарей, не смотря на ночь. Девушку занесли в уже развёрнутое здание госпиталя, где её ногой занялись. Естественно, всё это с усиленной охраной и наручниками чтобы не сбежала.
 
Спустя несколько дней интенсивной медпомощи, Кира наконец-то полноценно встала на ноги. Непонятно зачем, но кто-то сверху определённо приказал использовать для лечения жрицы всё самое лучшее. Или же это самая обычная медицина ОФЧ? Хотя не верится в что-то подобное, ведь до этого казалось, что Иерихон во всём технологическом развитии опережает противников. В любом случае, она здесь пленница, пусть к ней обращаются действительно неплохо, по сравнению с ожиданиями.
Но вот к ней в палату пришло трое ликвидаторов из той самой группы. Среди них тот медик и он первый подошёл к девушке, освободив её из наручников.
— Это как понимать? — удивилась она.
— Пошли. Тебя желают видеть.
— Кто?
— Тот, кому ты обязана столь быстрому восстановлению ноги, — вздохнул боец. — Он просил не называть его до самой встречи.
— У меня, я так понимаю, выбора нет? — жрица задала риторический вопрос и поднялась. Вот и начались допросы.
Ликвидаторы вывели её из госпиталя на улицу. За это время база довольно таки сильно преобразилась. Покрытие дорог стало из бетонных плит, выстроены полноценные ангары для техники. Везде стоят развёрнутые вышки с различными турелями. Патрули уже не ходят, но зато есть полноценные КПП. Даже выстроили площадку для посадки космических кораблей. Стоят танки, БМП и прочая бронетехника, где-то за стеной слышен рёв вертолёта. Везде ходят солдаты. Сама же база поделена на секции, отделённые друг от друга стенами. Вообще удивительно, что "синие" сделали так много за столь короткий промежуток времени. Да и ещё слышны звуки строительства где-то издалека.
Привели Киру к, судя по всему, центральной части. Здесь расположены различные локационные системы, средства РЭБ и подобное. А также развёртываемый командный пункт. Он выполнен из металла, впрочем, как и все здания здесь. Разве что имеет два этажа, а на крыше — РЛС. Девушку завели в командный пункт, после чего она вместе с сопровождением поднялась на второй этаж и зашла в какую-то комнату. В ней, за столом-тактической картой, стоит мужчина лет 30 на вид, хотя, судя по погонам, он намного старше. Одет в форму вице-адмирала космического флота. Но что он делает на земле, когда здесь всё ещё ведутся бои в относительной близости? Неужели не боится, что всю эту базу накроет артиллерийским огнём? Ракеты можно ещё перехватить или сбить средствами ПРО, но вот пушечную батарею никак не остановить.
— Сэр, мы привели пленницу, как вы приказывали, — доложил медик.
— Отлично. Проходите и закройте дверь, — ответил главнокомандующий, после чего подошёл к обычному столу и налил два стакана воды. К столу подошла иерихонка и стала, рассматривая положение сил противника. Один из ликвидаторов рядом с пленницей, а двое других чуть далее.
— Совсем уже не страшно показывать врагам положение всех своих войск? — не смогла удержаться жрица. Нужен только подходящий момент и… Пусть Иерихон запомнит её как убийцу какого-то вице-адмирала, нежели простую пленницу. Но есть одна проблема: чувствуется, что он псионик.
— Я бы не стал так чётко делить всех на два лагеря, — мужчина подошёл к тактической карте и положил на неё один стакан, после чего подвинул его к собеседнице.
— Неужели?
— По крайней мере, я на это надеюсь. Скажу сразу, как есть, бог, которого я не совсем люблю за проклятие псионики, поведал мне, что корвет, который сбили в этом районе, перевозил жрицу, которая в дальнейшем будет мне нужна для чего-то, — спокойно сказал офицер.
— Ты, наверное, корветом ошибся. Я не собираюсь тебе помогать так что можешь сразу здесь и пристрелить, если хватит духа, — враждебно сказала девушка.