Пространственная ферма в мире Наруто (СИ)

Чуунины — средний ранг. Достигшим этого уровня даётся возможность направлять Генинов на миссии и выполнять более высокооплачиваемые задания. Если заметно, что они не способны продвинуться выше, зачастую их могут выдвинуть на определённые посты в деревне. Учителя в академии по большей части состояли именно из таких шиноби. Впрочем, бывают и исключения, в случае, когда ниндзя более высокого ранга решают посвятить себя менее опасной работе. Некоторым же просто не нравятся кровь и убийства, которые вполне обычное дело для шиноби выше ранга Генина.
Чуунин зачастую сильнее Генина. Разумеется, исключая особых личностей и разных гениев. Но, даже так — между средним рангом и Джонином существует огромный разрыв. Достичь повышения непросто, и способны на это исключительно талантливые шиноби. Это не просто слова, ведь практически большинство Джонинов ещё со времён Академии демонстрируют высокий потенциал. Естественно, бывают и исключения в виде очень усердных шиноби, но зачастую предел таких — Токубецу Джонин. Они на ранг выше Чуунинов, но при этом уступают полноценным Джонинам. Чаще всего Специальные Джонины специализируются на определенной области, порой даже не боевой, а например: пытки, сбор информации, наука.
Джонины же в основном полностью боевая единица. Их миссии и оплата также соответствующие. Если между Генинами и Чуунинами могут быть не слишком большие различия в силе, то с Джонином всё иначе. Если между даже самым заурядным из них, и талантливым Генином или Чуунином новичком произойдет сражение — победитель будет заранее определён. Если перед вами не настоящий монстр, который просто не повысил ранг или не успел этого сделать, то Джонин победит в десяти случаях из десяти.
В общем, как ни странно, везде есть исключения и это — гении. Для них порой различия в ранге не играют роли. Хотя, даже для них, Джонины S ранга — смертельная угроза.
Среди Ниндзя высокого ранга не существует иерархии, но сила их может разниться почти также как у новичка Академии и опытного Чуунина. Если взять простого Джонина, коих в Конохе немало, и сравнить его с кем-то вроде Джирайи, то у них нет никаких шансов на победу. Среди Джонинов даже могут быть такие монстры, которым не составит труда сравниться с Каге.
Ранг Каге вполне естественно выделялся настоящими монстрами мира Шиноби. Кому придёт в голову выбрать слабого вождя? Сила не только авторитет, но и безопасность.
Хирузен в свои пятьдесят вероятно являлся сильнейшим в деревне на данный момент. Хотя, Каге скорее титул, а не звание. Но, по нему можно было судить о силе его носителя.
Асуме вся эта лекция скорее показала на недостатки системы рангов. Если простой Джонин не уступал в звании Орочимару, то, что это за система такая?
— Ха-а…
Парень раздражённо потёр виски. Когда Хирузен завёл речь о том, как сам сдавал экзамен, всё ушло совсем не в то русло…
— Так что там с чакрой? — Асума вновь задал свой вопрос, но уже более настойчиво.
— Э-э… — Хирузен смущенно почесал за ухо:
— Точно… Так о чём это я… Чакра, да? Ну-у… Как ты, наверное, уже знаешь, она состоит из двух составляющих: духовная и физическая энергии.
Асума нетерпеливо кивнул:
— Это я знаю.
— Хорошо, — Хокаге чуть улыбнулся, после чего спросил:
— Тогда, что ты ещё хочешь узнать? Как её увеличить или…
— Меня больше волнует, что из себя представляют эти «составляющие» по отдельности, — резко ответил Асума: — Я в курсе, что определённые тренировки и медитации могут увеличить запасы. Но, ведь это ещё не всё, так ли? Если бы всё зависело от простых тренировок, то не существовало бы такого разрыва в силе между людьми. Всё зависело бы лишь от упорства. Но, это не так, очевидно…
Хирузен внимательно посмотрел на сына. В тот момент в его глазах промелькнул странный блеск. Выдержав паузу, он наконец проявил эмоции и с кривой усмешкой покачал головой:
 
— Стоило ожидать… Ты и вправду мой сын. Я рад, что ты интересуешься этим, — Хокаге сделал затяжку, выдохнул дым и наконец ответил:
— Ты полностью прав. Реальность такова, что даже годы медитаций и тяжелых физических нагрузок не позволят простому человеку достигнуть запасов некоторых, «особенных» людей.
Хирузен сдержанно улыбнулся и продолжил:
— К тому же, не всё зависит от количества. Вот у меня, например, чакры не то чтобы много, скорее я умею ей пользоваться. Но, и это не главное…
Асума напряженно нахмурился. Наконец этот старик подошёл к самому главному и…
— Ужин готов. — Внезапно подала голос Бивако, и начала расставлять тарелки с едой.
Её вмешательство стало неожиданной проблемой…
— Эм… — Бровь Асумы раздраженно дернулась.
— Ха-ха, да ладно тебе… — Хирузен ухмыльнулся и похлопал сына по голове:
— Давай поедим, а после я всё расскажу.
Естественно, он понимал ситуацию и будто специально оттягивал момент…
— Ладно… — Асума тяжко вздохнул. Ему пришлось смириться… Какой ещё выбор?
Пришлось приступить к трапезе. Он хорошо знал, что лишняя болтовня за столом не очень нравилась матери. Дело не в том, что он не мог ей ответить, скорее один старик во всём её слушался и точно бы не проронил лишнего слова.
— Эх…
  
Глава 16
 
* * *
Поздно вечером, отец и сын остались наедине, расположившись в небольшой беседке на заднем дворе. Они сидели в тишине, любуясь звёздами на чёрном ночном полотне. Мелодичный стрекот сверчков идеально сочетался с журчащим ручейком неподалеку. Серебристые лунные отблески рябили в пруду, а яркие огоньки из дома наполняли это место теплой атмосферой умиротворения.
«Вечерняя Коноха и вправду прекрасна… Такой свежий ветерок…» — Асума не спешил приступать к тренировке — сегодня он позволил себе отдохнуть.
Густые потоки дыма поднимались к небу, разгоняя комаров на свету…
Хирузен потягивал свою трубку, пока наконец не решился прервать тишину:
— Помнишь, ещё в детстве, я определил твои стихии? — в его голосе слышалась ностальгия, с примесью грусти. Редко ему удавалось вот так, посидеть в компании сына.
— Мм, — Асума сдержанно кивнул. Воспоминания остались, но они не принадлежали ему. В тот день отец определил его основные стихии: Футон и Катон.
Как же давно это было…
— Эта одна из особенностей нашего клана, — старик чуть улыбнулся и объяснил: — Обычно, шиноби до пяти лет имеют слабо выраженную предрасположенность, но у нас, Сарутоби, всё немного иначе.
Асума наконец обернулся к отцу и спокойно спросил:
— К чему ты это?
— Это к вопросу о чакре… — губы Хирузена растянулись в легкой усмешке: — Ты же хотел знать… Наверное, хочешь стать сильнее? Так что я начну с того, к чему тебе лучше стремиться.
Взгляд парня тут же стал серьёзным. Заметив такое стремление сына, старик одобрительно кивнул, после чего, заговорил:
— Существует три способа увеличить силу твоих Ниндзюцу. Во-первых — количество чакры. Во-вторых — её контроль. И наконец, в-третьих — Сейшитсухенка.
Асума напряжённо слушал, в то время как Хирузен углублялся в воспоминания:
— Твой дедушка Саске, мой отец, обладал огромным талантом в одной области — преобразовании чакры. Его стихийные Ниндзюцу до сих пор считаются сильнейшими в мире. Разумеется, для тех, кто хоть раз испытывал их на себе… Я подчеркну — не его количество чакры и контроль, а именно изменение природных свойств. Даже мне, как не печально, далеко до его таланта в этой области.