Зораида Кордова — Иллюзионист (ЛП)

— Ты же понимаешь, что единственный способ это прекратить — это отдать мне Клинок, — произносит Себриан. Он вынимает кинжал из бока Кастиана, а голос остаётся ровным и спокойным. Что-то в его манере напоминает мне Мендеса. Тот тоже винил жертв в их боли. Лео мычит сквозь кляп, едва ли не согнувшись пополам на полу. Кас с трудом удерживает вертикальное положение, поэтому Себриан сильнее тянет его за волосы.
— Сочтём молчание за ответ, — комментирует Потрошитель и хватает Кастиана за ухо, отрезая половину одним точным взмахом. У меня перед глазами всё плывёт, крик рвётся из груди. Я уже проходила через это, и ожившие воспоминания раздирают меня на части. Кастиан, вскрикнув, падает на лицо, но тут же перекатывается на бок. Щепки липнут к окровавленной ране.
— Хватит! Прошу, прекрати! Дез!
— Мы увидели достаточно, — рявкает Дез, отпуская меня.
Что, если это всё нереально? А если реально? Мне хочется верить, что ни при каких обстоятельствах Дез не из тех людей, кто просто стоял бы в стороне и смотрел, как убивают его собственного брата. Я слышу дрожь в его голосе: глубоко внутри он переживает, что Кастиан может умереть прежде, чем они со всем разберутся.
— Разве?
Холодная ярость искажает лицо Себриана, когда он вновь поднимает Кастиана к себе спиной и прижимает лезвие к горлу. Багровые ручейки стекают от уха Кастиана. Глаза закатываются. Красное пятно на рубашке расползается от раны на боку. Я знаю, что сказал бы Кас. Он бы пожертвовал своей жизнью ради всеобщего блага. Он готов умереть от руки Себриана, если придётся. Но это не жертва. Это пытка.
Лео всё кричит и кричит, пытаясь подползти ко мне.
— Подготовьте следующего, — приказывает Себриан, бросив взгляд на свою вторую жертву.
Я моргаю, борясь со слезами. Перед глазами они оба — мои смешные, красивые мальчишки, бегут по жёлтому полю рядом друг с другом, заливисто смеясь.
Обнажаю Клинок Памяти. Горло болит, но я всё равно выдавливаю слова:
— Отпусти их.
Улыбка Себриана становится шире, он ослабляет давление на горло Кастиана.
— Разорви связь с Клинком, Рената.
Я вспоминаю пещеру, шепотки магии. Мысленно представляю нить, соединяющую мой дар с древней первозданной богиней, сотворившей это оружие. «Кто ты?» — спрашивала она. «Я вещь, которую легко сломать. Вот почему я потерпела неудачу тогда и сейчас». Сам воздух вокруг вздыхает, и Клинок Памяти холодеет в моих руках. Я не чувствую ни вибрации, ни искр магии в крови.
— Вот так, — выдыхает Себриан. Он отпускает Кастиана, и тот падает на пол. Слёзы стекают по вискам Каса, он зажимает рану на боку рукой. — Я безмерно рад, что мы пришли к согласию.
Я поднимаюсь на ноги и сокращаю дистанцию между нами. Клинок лежит на моей раскрытой ладони. В глазах Себриана предвкушение, триумф. Но даже без особой связи Клинок Памяти — это всё ещё оружие.
И я наношу удар.
Себриан, каким-то образом предугадавший мои действия, уклоняется и хватает меня за запястье, а затем выдёргивает кинжал из моей ладони. Одним быстрым движением он хватает рукоять обеими руками и вбивает прямо в грудь Кастиана.
— Нет! — кричит Дез.
Всё внутри меня разлетается на осколки. Весь воздух покинул лёгкие. Вокруг начинается хаос. Марго тоже кричит. Саида, ахнув, падает на колени рядом с Кастианом и пытается закрыть рану руками. Все в истерике, и когда иллюзия спадает, я понимаю почему.
На месте Лео на коленях стоит Кастиан, целый и невредимый, только плачет. Я подхватываю его. Меня трясёт от облегчения, я прижимаю его к себе. Рядом с нами лежит мёртвый мальчик, из его груди торчит хрустальный кинжал. Спустя секунду лицо Кастиана сменяется на другое: карие глаза, нос с горбинкой... Феликс.
— Где Лео? — спрашиваю я.
— Надёжно заперт. — Себриан извлекает кинжал из сердца Феликса и вытирает кровь о свои штаны. — Пусть это послужит уроком для всех, кто встанет на моём пути. Я разочарован твоим решением, Андрес. Очевидно, ты мне не доверяешь, а значит, Шепчущим нужен новый предводитель. Но не переживайте. Сегодня мы отправимся в столицу. Мы уничтожим королевство Пуэрто-Леонес раз и навсегда.
 
 
Глава 29
Шепчущие запирают нас в кладовке, где только один кувшин с водой. Мы слышим, как торжествующие возгласы мориа, следующих за Себрианом в город, стихают вдали. Дез меряет шагами помещение, Кастиан опирается на дверь, Лео сидит рядом. Я теряю счёт времени. Каждый раз, когда закрываю глаза, я снова и снова вижу смерть Кастиана.
Подозреваю, что именно этого Себриан и хотел: не убить принца, но оставить мне воспоминание об этом. Дез сказал, что они нашли Феликса в цитадели Риомар. Мальчишка-сирота хотел отомстить за свою семью. Мы не знали, сам ли он предложил отдать жизнь за Себриана или такой конец стал неожиданностью и для него тоже. Мне стоило догадаться, что это всё обман, но искреннее беспокойство Деза заставило меня поверить. Никто из Шепчущих не думал, что Себриан действительно способен на такое. Я предупреждала их, а они снова меня не послушали.
— Нати, — шепчет Кастиан, садясь передо мной.
Потеря Клинка Памяти ощущается дырой в груди. Я снимаю нагрудник и растираю невидимую рану. Кастиан берёт мою руку и прижимает мои пальцы к центру своей ладони. Я чувствую шрам размером с рисовое зёрнышко.
— Я рядом.
Но когда наши взгляды встречаются, я вижу наш общий страх. Я снова вижу смерть, и меня это ломает. Дотрагиваюсь до его лица, и он целует мою ладонь. Это настолько интимный момент, что я забываю о присутствии других.
Лео прочищает горло и начинает рыться в поисках съестного. Дез смотрит на меня так, будто я совершила нечто хуже предательства. Он открывает рот, чтобы заговорить, но давится словами и возобновляет шаг. Когда Себриан приказал запереть Деза вместе со всеми нами, я ожидала, что Дез выбьет дверь или, может быть, Марго за него вступится. Но, как оказалось, Себриан страшил сильнее Шести Адов, и это гарантировало ему преданность Шепчущих. Было глупо с моей стороны недооценить его, поверить, что он просто сбежит из тюрьмы и... Что? Начнёт новую жизнь? Возобновит ту, что у него отняли? Корона и правосудие обрекли его на сорок лет заточения. Естественно, он жаждет мести. Кто бы не захотел?
Я убираю руку, избегая взгляда Кастиана. Он, поняв намёк, отстраняется от меня.
— Здесь есть тайные ходы? — спрашиваю я.
— Не знаю, — говорит Дез, не глядя на меня. — Разведывал место Эстебан, пока я дрался с его людьми, — указал он на Кастиана.
— Это и твои люди тоже, брат, — дразнит Кас с жестокой усмешкой. — Ты всё время об этом забываешь.
Дез бросается на Кастиана, который с трудом поднялся на ноги. Я слышу хруст кости. Кастиан со стоном сплёвывает кровь на пол.
— Не заставляй меня жалеть о том, что пощадил тебя ради неё, — рычит Дез.
Кастиан замахивается и укладывает Деза на лопатки, а сам тяжело дышит.
— Ради неё? Да ты просто стоял там, позволяя этому психу мучить её из-за своей ревности. Если бы ты присоединился ко мне, когда я просил о помощи, её жизнь вообще не пришлось бы подвергать угрозе.
— Перестаньте, — командую я, но они, увлечённые спором, не слышат. Кастиан ошибается: без меня они бы всё равно не обошлись. Этот путь был уготован мне судьбой.
Когда их крики переходят в махание кулаками, я хватаю пустой ящик и бросаю в их сторону. Серьёзного вреда не причинит, но отвлечёт.
— О, гляньте-ка, — восклицает Лео, пытаясь переключить всеобщее внимание. — Здесь вино. Хорошей выдержки. Если мне суждено умереть здесь, то не обязательно это делать трезвым.
Дез смахивает чёрные пряди с подбитых глаз и натянуто улыбается Лео.
— Я с тобой. Себриан наверняка уже донёс Чистильщикам о нашем местонахождении, чтобы отвлечь их от себя.
Кастиан касается своей челюсти и морщится. Его злость, кажется, пошла на убыль. Он плюхается рядом со мной, робко поглядывая.
— Прости, Нати.
Глаза Деза округляются, в них мелькают вопросы, на которых у меня нет ответов.