Настоящая фантастика – 2011

1.3. Копирование на механический носитель с возможностями физического передвижения – «техны», а если механический носитель создан с помощью нанотехнологий – «наны». Минимальный предельный размер нана – около одного сантиметра. Общее количество технов и нанов в мире – в пределах одного миллиона штук.
1.4. Копирование информации на биэнты. Полученные таким образом существа – «ноосы», жители ноосферы, – живут в атмосфере Земли без жесткой связи биэнтов друг с другом, но при наличии информационного взаимодействия. Оценка количества – примерно восемьсот тысяч особей.
1.5. Копирование на космические частицы – «космиты». Экспериментальная методика, позволившая впервые отправить квазиразумных существ за пределы Солнечной системы. В настоящее время три экипажа «космитов» движутся по направлению к альфе Центавра, Сириусу и Фомальгауту. Численность космитов – сто семьдесят три единицы.
2. Технологии копирования информации из мозга человека на иные носители начали появляться в середине шестидесятых годов, то есть уже после гибели писателя Тимофея Лазарьева.
3. Начиная с 2076 года технология частичного копирования информации применяется для записи дополнительных сведений непосредственно в мозг людей, в том числе и для сброса информации с эрвирков. Процедура, как правило, осуществляется в ночное время. Память эрвирка становится неотъемлемой частью памяти человека, с которого эрвирк был скопирован.
4. На мой вопрос, можно ли полностью перезаписать информацию, содержащуюся в мозге человека, в мозг другого человека, директор Мейсонье ответил, что этого сделать нельзя. Перезапись из мозга в мозг невозможна, поскольку нейроны донора и реципиента сохраняют прежние связи. Возникает информационно-логическая путаница, сознание не выдерживает удвоенной информационной нагрузки, и, как следствие, у реципиента развивается безумие.
5. Я задал вопрос, возможно ли полностью перезаписать информацию из мозга человека на его клон со «свежим» мозгом. Директор Мейсонье ответил, что такая перезапись возможна, но законодательно запрещена. «Свежий» мозг клона – даже при выращивании клонированного человека в спящем состоянии – начинает жить и самостоятельно функционировать. После перезаписи получается «знаток»: обладает знаниями и навыками человека-донора, но совершенно лишен способностей к их творческому использованию.
После завершения виртуального ужина я попросил у директора Мейсонье перечень организаций, которые разрабатывают технологии записи информации из человеческого мозга. Список прилагается к данному отчету.
Временный сотрудник
Комитета по этике
при Мировом Правительстве Мартын Луганцев-Б.
28 декабря 2083 года. Подпись.
6. Мартын Луганцев-В: «Не возжелай души ближнего своего»
«Привет, босс!
Пишет тебе твоя недостойная копия Март Луганцев-В.
Вчера вечером я встретился в Мадрапуре с доктором Колпаной Шарма из Фонда инновационных проблем. Наша романтическая беседа состоялась на открытой веранде личной виллы мадемуазель (она не замужем!) докторессы на окраине города.
Колпана дивно хороша собой. В свои пятьдесят девять она выглядит едва достигшей совершеннолетия девушкой. Госпожа докторесса невысокого роста, сложена как видеомодель и буквально очаровывает пленительной и таинственной красотой, свойственной женщинам Востока. Большие темные глаза, густые черные волосы, нежная персиковая кожа, алые кораллы губ, изящные ножки – нет, в нее совершенно невозможно не влюбиться (каюсь!).
Мы мило болтали, расположившись в удобных плетеных креслах, и пили легкие алкогольные напитки (что-то местное; я не обратил внимания на названия, утонув в дивном очаровании хозяйки виллы).
Меня особенно занимал вопрос записи и перезаписи человеческого сознания. Покачивая стройной ножкой в туфельке на высоком каблучке, Колпана сказала, что существует два основных способа записи человеческого сознания, то есть записи не просто информации из мозга, а всей совокупности информационно-логических связей, возникающих в течение жизни в мозге человека.
 
Первый способ перезаписи сознания человека зиждется на постепенной замене живых нейронов мозга генетически модернизированными нейронами из стволовых клеток или их нанотехнологическими аналогами. Этот способ достаточно рискован: можно не успеть снять нейронную кальку с сознания человека до его биологической смерти.
Поэтому в последние годы массовое распространение получил другой способ копирования человеческого сознания – постоянный мониторинг мозга и создание индивидуальных сетевых баз данных. Наноантенны вводятся по настоянию родителей с детского возраста или по желанию человека со дня его совершеннолетия. Можно корректировать и достраивать копию своего сознания в „глобе“. Пересылать из мозга донора в мозг реципиента не только воспоминания и знания, но и эмоции. Всемирную сеть заполнили чувственные телепатемы – телепат мессидж сервис – темэски. И майн либер Колпана тут же отправила мне темэску с выражением своей искренней симпатии и обожания.
„Но, – возразил я, стоически не замечая проявлений более чем теплых чувств этой божественной женщины, – база данных нашего сознания в сети – все равно ведь только копия. А если еще и корректированная… Моя копия, к примеру, совершенно не похожа на мое настоящее сознание“.
„Сетевая база обычно очень отличается от оригинала, – согласилась Колпана. – И есть еще целый ворох этических и религиозных проблем. Например, может ли сетевая копия начать функционировать автономно при жизни человека, который ее создал?“
„Нет, конечно! – возмущенно фыркнул я. – Очень мне нужно, чтобы в сети завелось второе существо, которое тоже будет именовать себя Мартыном Луганцевым!“
„Поэтому Мировой парламент принял единственно верное для сохранения стабильности человеческого общества решение, – сказало божественное создание с милой улыбкой. – Сетевые копии включаются и начинают самостоятельное существование только после смерти человека-оригинала. С этого момента они вольны строить свои собственные связи между блоками информации, давать личную оценку событиям, планировать и творить. Они начинают жить. Копии по своему желанию могут остаться в „глобе“ или стать инфами, технами, живрами, ноосами.
Мы научились создавать квазиразумных существ. Мы можем стимулировать мозг, напичкав его миллионами биэнтов, усиливающих нашу память и способность мыслить. Мы радикально изменили коммуникативные возможности человека, напрямую подключив его к глобальным информационным сетям. Но, – тут мон шер Колпана грустно улыбнулась, – мы по-прежнему ни на йоту не продвинулись в понимании того, что делает человека человеком, что делает его мыслящим существом, что составляет основу человеческой души“.
Ее глаза светились нежностью и любовью, но туповатый и эмоционально глухой аспирант Мартын Луганцев-В не нашел ничего лучшего, как поинтересоваться, можно ли, например, человеку с весьма средними способностями пересадить нейроны из мозга гения. Как после этого изменится мозговая деятельность реципиента?
„Вы хотите знать, станет ли он гением? – уточнила докторесса, и озорные искры блеснули в ее темных глазах. – Не станет. Нужно пересадить всю систему связей“.
„То есть не только знания, но и, образно говоря, душу? – я скептически хохотнул в ответ. – Душу, которую наука пытается найти уже несколько столетий и которую так никто и не видел?“
Май диа Колпана признала, что проблема создания совокупности связей, возникающих в течение жизни в мозге человека, – то есть искусственной человеческой души, – весьма далека от решения. Хотя сама идея души настолько хороша, что человек никогда не согласится оставить ее только Богу.
Босс, было очевидно, что я (то есть ты?) ей очень понравился, и она откровенно давала это понять взглядом, улыбкой, эмоционально окрашенными темэсками. Но я, – ты же знаешь, – человек дела. Поэтому твой покорный слуга задал наконец тот самый вопросик, ради ответа на который и прикатил в Мадрапур: