Ледяной дьявол моих грез (СИ)

При всей своей выдержке, я кричала так, что стены тряслись, пока он избавлял мое тело от инородного предмета. На всякий случай осыпая его матами. У него самого в глазах стояла боль, как же я понимаю, мне тоже было больно его зашивать. Управившись со своей задачей, муж осторожно меня раздел, щедро облил виски, и пока я шипела, споро наложил повязку.
— Все! Неси в кроватку, кажется я спать хочу! — он отнес куда заказывали, и даже ночную рубашку на меня одел. Укрыв одеялом сам лег поверх него, прижавшись лбом к моему виску и обняв за талию.
— Как же я испугался, ведьмочка!
— Все хорошо, стрела как раз между ключицей и лопаткой прошла, ничего жизненно важного не зацепив. Быстро заживет, поверь!
— Нахрена, ты, под нее полезла? — похоже от шока отошел, раз злиться начал.
— Мне надо было смотреть, как тебя убьют? Прости, ты мне, еще не настолько надоел! — пару раз глубоко вздохнув успокаиваясь, он спросил:
— Что ты видела?
— Практически ничего, стрелок стоял в тени, могу только с уверенностью сказать, что это была женщина.
— С чего ты взяла? — он приподнялся на локте, удивленно на меня посмотрев.
— Невысокий рост и маленькие ладони. Если рост не показатель, то таких узких кистей рук и запястий у мужчины быть не может. Знаешь, может я что-то упустила, но по моему все женщины, что были с нами, сразу после выстрела находились на месте.
— Хочешь сказать, это кто-то еще? Кто-то неизвестный? Час от часу не легче! — откинулся супруг на подушку. — Ума не приложу, кто это может быть!
— Давай поспим? — зевнула я, все-таки потеря крови сказывается.
— Спи, ведьмочка, я рядом полежу! — прошептал он, целуя в висок.
Проспав до утра, проснулась ощущая небывалый прилив сил, поэтому пережив сделанную заботливым супругом перевязку и позавтракав, изъявила желание посетить заброшенный кабинет, дабы продолжить поиски клада.
— Ты серьезно?! — кипятился Рой. — Тебя вчера чуть не убили, ты не можешь пошевелить правой рукой, при этом рвешься на поиски мифических сокровищ?
— Милый, я жива, здорова, и сидеть целый день в кровати не собираюсь! — настрой у меня был решительный. — А если тебя что-то смущает, пойдем со мной. В конце концов, ты обещал мне помощь! — тяжело вздохнув он кивнул, соглашаясь на мои условия.
Не знаю, как в его представлении выглядит помощь, но явно мы с ним, на это смотрим по-разному! Муж с головой зарылся в бумаги со схемами заклинаний, напрочь забыв о моем существовании! Помаявшись от безделья, решила прогуляться по коридору, чтобы хоть чуть-чуть подышать не столь пыльным воздухом, вы думаете он заметил, что я ретировалась? Ага, как же, размечталась!
Возмущенно шагая по темным коридорам, незаметно забрела в залу со сплошь застекленной высокими окнами стеной. Напротив, по всей длине помещения висели портреты. Поняв что попала в семейную галерею с интересом принялась изучать, теперь уже и моих, родственников. Кого здесь только не было! Женщины, дети, мужчины, задержала внимание на изображении Элала, оценивая предприимчивого прадеда, отметив его внешнею схожесть с моим супругом, но больше всего меня заинтересовал портрет голубоглазой брюнетки, возле которого я пораженно застыла не в силах отвести взгляд, пока за спиной не раздалось покашливание. Обернувшись обнаружила Диесима, который выжидающе на меня смотрел, по всей видимости ожидая вопросов.
— Кто это? — не стала я его разочаровывать, указав на портрет пальцем.
— Предыдущая душа Семирамида — мать его величества!
— А это? — показала на ее колени, указывая на того, кто заинтересовал в действительности.
— Это ее фамильяр. Она ведь была черной ведьмой, им вроде как положено! — пожал плечами дворецкий.
— А разве они не умирают вместе с хозяйкой? — рассматривала я белоснежную, рогатую кошку.
— Умирают, — подтвердил мои умозаключения собеседник.
— Как звали, мать моего мужа?
— Милинера, ваше величество, — прибило меня ответом.
— Ах, ты, кошка драная! — выдохнула в ярости, срываясь с места, не обращая внимание на шокированный взгляд, которым меня проводил Диесим.
  
33
 
ЮЛЯ
Вбежав в королевские покои громко позвала духа.
— Ну, чего тебе? — объявилась та сразу же, недовольно щурясь.
— Милина, — сделала я осторожный шаг в ее сторону, чтобы тут же прыгнуть, хватая эту лживую дрянь за шиворот здоровой рукой, — Или лучше Милинера? Как ты могла, меня так подставить? — не жалея встряхнула хрупкую тушку зажатую в кулаке. — Ты понимаешь, что Рой меня не простит если узнает, что я скрывала от него общение с тобой?
— Я должна была узнать, что за жена досталась моему мальчику! Он, итак, многое пережил, чтобы еще и супруга его предала! Скажи, ты бы стала со мной откровенничать если бы знала, кто я на самом деле? — зашипела кошка возмущенно.
— Откуда такая забота? Не ты ли выпрыгнула из окна прямо у него на глазах? Не из-за тебя ли он стал отмороженной глыбой льда? Я только научила мужа улыбаться и что теперь? Он решит, что я ему лгала и замкнется уже навсегда! Все из-за тебя! Ты только и можешь, что портить ему жизнь!
— И не хотела его бросать, я сама не знаю, как так вышло, что убила себя. Я не помню этого, все что осталось в памяти, это как мы пили чай с гувернанткой сына, обсуждая его успехи в учебе, все потом темнота на многие годы. Я появилась в замке чуть больше года назад, и совершенно не знаю почему ожила, в чем заключается моя миссия! Но я рада, что смогла увидеть каким стал мой мальчик и что ему досталась любящая жена! — вдруг она резко затихла испуганно поджав лапы и с ужасом уставилась за мою спину. Проследив за ее взглядом, захотелось тоже съежится поджав конечности. В дверном проеме привалившись плечом к косяку и сложив руки на груди стоял Рой.
— Дорогая, что непонятного в просьбе «Никаких тайн!», я так много просил? — в его глазах плескалась неприкрытая, ничем не замутненная ярость. Сразу после его слов почувствовала, как мою руку охватывает холод, посмотрев на нее с ужасом увидела, как кошку оплела черная пелена, словно растворяя животное.
— Нет, Рой, прошу тебя, не делай этого! — слезы потоком хлынули из глаз. — Ты ведь слышал, она твоя…
— Я слышал все, от первого до последнего слова, — прервал он меня, подняв ладонь в останавливающем жесте, — И не понимаю, почему должен оставить ее в живых!
— Умоляю, если я для тебя хоть что-то значу, не трогай ее, ради меня! Прошу! — захлебываясь от слез, я смотрела на него с надеждой. Развернувшись он со злостью впечатал кулак в стену и вышел громко хлопнув дверью, оставляя жизнь дрожащему в моей руке духу. Обессиленно опустившись на пол и отпустив Милину, разрыдалась еще горьше.
— Ты чего? — прижалась к моему боку кошка, то ли в попытке успокоить, то ли успокаиваясь сама.
— Я его потеряла… Теперь уже навсегда!
— Вот ведь идиотка! Он только что, ради тебя отступился от своих принципов, так что иди готовь что-нибудь вкусненькое, одевай что-нибудь из своей развратной коллекции и топай мириться, уверена, простит он тебя, никуда не денется!
— Я тебя ненавижу, — проворчала поднимаясь на ноги и отправляясь приводить себя в порядок.
РОЙНАЛЬД.
Злился ли я? Еще, как! Но не на Юлю, прекрасно понимая, что она просто стала жертвой манипуляций. А вот на мать, очень даже! Да, как она вообще посмела объявиться? Еще и жену мою во все это втянула, интриганка! Кстати о жене, что-то долго она не идет мириться, я конечно на нее не сержусь, но прежде чем «простить», намереваюсь проучить немного, чтоб отбить охоту скрывать от меня что-либо, ну и заодно поразвлечься.
В дверь кабинета осторожно поскреблись, мгновенно натянув на лицо выражение глубокого безразличия, холодно разрешил войти. Внутрь скользнула горничная, поставив на стол ароматно пахнущий поднос она удалилась, оставляя нас с супругой наедине. Ведьмочка нерешительно переминалась с ноги на ногу, вызывая прилив нежности.
— Что тебе? Я не хочу тебя видеть, — окатил ее равнодушным взглядом.