Спустя пять лет (СИ)

– Ваше Величество, – отдал он поклон королеве, а после повторил второй для короля-консорта: – Ваше Величество.
За ним эхом отозвалась Лея – правда, придерживаясь формата семейного завтрака, она обратилась к родителям неформально: «Матушка, отец!»
Королева благосклонно кивнула дочери:
– Лея! – перевела взгляд на Нея и с лёгким холодком в голосе приветствовала и его: – Господин Дорне.
Король-консорт на приветствия размениваться не стал.
– Что за славненькое утро! – вместо того, весьма весело и живо отметил он, подвёл жену ко столу и выдвинул для неё стул. – По всем приметам, погода теперь установилась летняя!
Ней поспешил последовать его примеру и отодвинуть стул для Леи.
Дальше, впрочем, его ожидало некоторое затруднение. Стол был квадратный, и сервирован так, чтобы на каждой стороне сидело по человеку. Король вполне уверенно сел напротив королевы, а Нею, соответственно, оставалось место напротив Леи – но, чтобы до него добраться, ему нужно было обойти либо королеву, либо короля. Ней не очень хорошо разбирался в этикете, поэтому совершенно не представлял, с какой стороны ему следует пройти.
«Хоть под столом пролазь!» – досадливо подумал он, даже покосившись на край роскошной накрахмаленной скатерти, но в итоге решил обойти со стороны короля-консорта – наверно, так будет правильнее? Королева же главнее, и ей за спину заходить совсем уж недопустимо?
Гневных окриков не последовало, и Ней сделал вывод, что если и напортачил, то не так уж сильно.
Как только все расселись, слуги подали первое блюдо – к облегчению Нея, вполне себе обычную кашу! Едва ли здесь можно что-то сделать не так!
Впрочем, прежде, чем есть самому, он украдкой поразглядывал остальных: мало ли, какие тут есть подводные камни. Как минимум, он помнил, что есть какое-то правило про то, что то ли нельзя есть, пока не начнут монаршие персоны, то ли нужно закончить есть, если закончили они. Что-то сложное и непонятное, в общем.
Королева, отломив кусочек булочки, ножичком намазывала на неё хлеб. Лея делала так же, но Ней решил не рисковать и обойтись кашей. Про булочку он тоже помнил что-то странное: то ли её нельзя резать, то ли её как-то по-особому держать надо. Нет уж, нет уж! Лучше простая и безопасная каша!
Король-консорт, вон, благополучно ест её ложкой, как и все простые смертные. Так что и Ней решился приступить к трапезе.
Разговор не клеился, потому что единственным, кто имел расположение говорить, был король-консорт.
Ней слишком стеснялся и боялся сболтнуть что-то не то, Лея дулась на мать, а та была, в свою очередь, недовольна ссорой с дочерью.
После каши принесли какие-то незнакомые Нею кургузые и маленькие колбаски, кучкой на едином блюде для всех; он впервые видел такое и даже не представлял себе, как их едят. Он осторожно скосил глаза на королеву: та, вилкой перенеся одну колбаску себе на тарелку, аккуратно отрезала кусочек ножом, придерживая остальную часть вилкой. По правде сказать, колбаска была такой маленькой, что из неё только два куска и получалось. Лея, как обратил внимание Ней, заморачиваться не стала, и просто откусывали с вилки, не пытаясь ничего резать. Решив, что лучше перебдеть, Ней принялся тщательно копировать манеру королевы.
Колбаски оказались безумно вкусными, и он даже взял себе вторую.
Он бы и третью взял – на блюде их было достаточно – но постеснялся показаться несдержанным.
Беседа всё ещё не клеилась. Король-консорт бросал на жену раздражённые взгляды: мол, почему я тут один отдуваться должен? Та эти взгляды благополучно игнорировала.
Ней подумал, что ему стоило бы проявить любезность и светскость и что-нибудь сказать; но он решительно не знал, что именно. Он попытался взглядом спросить совета у Леи, но та как раз насуплено переглядывалась с матерью и не заметила. Тогда он отважился взглянуть на короля-консорта – тот казался самым оживлённым участником трапезы.
Король не подвёл. Перехватив взгляд Нея, он тут же почуял, что нашёл собеседника, готового вступить в разговор, и тут же легко открыл новую тему:
 
– Мне говорили, господин Дорне, вы интересуетесь науками? – вполне дружелюбно поинтересовался он, попутно выхватывая вилкой с общего блюда колбаску.
– Очень интересуюсь, Ваше Величество, – с радостью ухватился Ней за понятную и близкую ему тему. – Правда, – поспешно добавил он, – я не достиг пока каких-то успехов… просто читаю… – тут он совсем смутился, сообразив, что показывает себя не с лучшей стороны.
– Все мы начинали с просто чтения! – легкомысленно отозвался король, отрезая кусочек колбаски. – Тут главное – любознательность! Не так ли, дорогая? – попытался он вовлечь в разговор королеву.
Та посмотрела на него строго и возразила:
– Я всё же полагаю, что тут важнее систематичный подход, дорогой, – тут она обратила внимание на то, как огорчилась от её слов Лея, и тут же с некоторой поспешностью добавила: – Впрочем, так или иначе, именно любознательность обеспечивает успех в учёбе.
Лея рассиялась улыбкой, увидев в этих словах некоторую поддержку. Ней тоже почувствовал себя ободрённым.
– Вам интересна какая-то определённая наука, или вы энциклопедист? – меж тем, вполне любезно спросила у него королева.
– Мне действительно интересно всё, Ваше Величество, но наибольшей интерес я питаю к физике, – ответил Ней.
Разговор о физике неожиданно вышел столь оживлённым, что на следующие четверть часа Ней забыл о неловкости, и даже взял себе ещё одну колбаску, а потом и вовсе не заметил, как на столе появились сладости и напитки.
Оказалось, что физика тут интересует абсолютно всех, и король-консорт весело и с азартом рассказал, как они всем министерством ставили опыты по газированию воды с помощью медных и цинковых проводов и лимона. Ней слушал, развесив уши: это было некое новшество, о котором ещё не успели написать книг.
– Пока совершенно непонятно, что из этого выйдет, – охотно включилась в разговор королева, – но кажется чем-то невероятным!
– Говорят, электричество планируют использовать в медицине, – изящно ввернул в речь новый термин король. – Но точно пока никто не скажет: учёные исследуют свойства…
– Это же может стать источником энергии! – пылко высказался Ней, опасаясь, впрочем, пытаться повторить новое незнакомое слово.
Сказав это, он тут же и сконфузился, припомнив, в сколь высоком обществе находится. Тут его восторженные юношеские идеи точно не уместны!
– Каким же образом? – пытливо и серьёзно переспросил у него король-консорт, покачивая чашечкой с кофе.
Ней покраснел.
– Право, – признал он, – я же ничего пока не знаю про э… – он замялся.
– Про электричество, – спокойно напомнил слово король, явно не спеша раздражаться. – Но вы почему-то подумали именно про энергию?
Совсем смутившись, Ней всё же попробовал объяснить свою мысль:
– Если под влиянием… элек-три-чества… происходит выделение водорода из воды… а водород ведь горит… – неуверенно отметил он. – Получается, можно сделать топливо из воды?
– Смелая идея, – похвалила королева, пригубив чаю.
Лицо Леи совсем прояснилось; она была очень горда тем, что Ней сумел произвести впечатление.
– Весьма смелая, – поддержал вывод королевы король-консорт, а после испытующе посмотрел на Нея: – Вы бы хотели заняться исследованиями такого рода?
– Очень хотел бы, Ваше Величество! – горячо заверил его Ней, радуясь, что его идеи и увлечения одобряют.
– Что ж, – король поставил чашечку на стол и декларировал: – Королевский дом готов оплатить ваше обучение в Кармидере.
Он отметил, что на этих словах Ней просиял, а вот Лея помрачнела: ей совсем не хотелось расставаться с возлюбленным.
– Ваше Величество! – от избытка чувств Ней чуть не вскочил, в последний момент вспомнив, что этикет не предполагает таких ярких проявлений эмоций; однако и взгляд его, и выражение лица красноречиво отражали всю глубину его радости.
– Вот и прекрасно! – хлопнул ладонями по столу король-консорт. – Тогда собирайтесь, после обеда мои люди будут ждать вас в министерстве, до начала семестра всего два месяца, так что стоит поспешить! Дорогая? – закончив с речью, он, не дожидаясь ответа, вскочил со стула и подал руку супруге.