"Фантастика 2023-97". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
Однако за все надо было платить. Чтобы выучить магию трансформации не нужно было ничего кроме руководства имеющего понимание мага, тогда как для строительства воздушных замков нужны были гигантские заводы, для разведения зверей — уникальные природные условия, а для сборки доспехов — особые руды, добываемые только на территории Каганата.
Потому у трех гегемонов и даже других, меньших по влиянию стран, отношение к Кристории было очень странное. С одной стороны, она обладала практически неограниченным потенциалом, ведь, что критически важно, магия трансформации не требовала никаких финансовых вложений, только времени на изучение. Так что провоцировать королевство никто не спешил, игра не стоила свеч. С другой же стороны, стоит разузнать все секреты уникальной магии — и Кристория тут же лишится всех преимуществ и станет просто маленькой страной на севере континента.
Но с момента изобретения магии трансформации прошло уже более трех сотен лет, а все, что смогли выяснить шпионы, разведчики и агенты — поверхностные сведения, то, чему в Доме Магии студентов учили на так называемом «Начальном курсе трансформации». Кристория берегла свое оружие как зеницу ока. Любой маг, овладевший формой Зверя на более высоком уровне был обязан заключить договор с правительством, такой же, как когда-то заключил Чабу А’Маку, пусть и менее строгий. И даже похить другие страны профессионального Зверя, никакие пытки и никакие обещания не смогут заставить их выдать секреты. На этом Лакния потеряла больше десяти лет, пытаясь выжать информацию из знакомого Лазу Зверя.
Все вышесказанное означало только одно: позиция Кристории как гегемона континента достаточно тверда, чтобы письмо, написанное лично ее королем по важности становилось эквивалентно личному визиту монарха. Так что можно было себе представить, как волновались правители малых королевств и их вассальных княжеств, ломая восковую печать с изображением большого древа.
Правда, содержание оказалось куда более мирным, чем они могли даже подумать. Вместо требований, угроз и ультиматумов, вместо указов, запросов и оповещений, письма, в самой любезной форме приглашали все страны Люпса на большой магический турнир, приуроченный Кристорией к трехсотлетию со дня смерти Талиса Кристорского, великого короля древности и создателя магии трансформации. Указывалось, что принять участие может любой человек в возрасте до тридцати лет, обладающих хоть малой толикой магического таланта. Любые средства были дозволены, любое оружие, магия, яды, ловушки, звери, особые доспехи или какие бы то ни было иные способы достижения цели. На время турнира, который продлится с дня осеннего равноденствия и до тех пор, пока не будет определен победитель, король Гатис «Надеялся, что любые военные и иные конфликты между всеми странами Люпса могут быть отложены». В конце добавлялось, что, конечно, Кристория не будет принуждать своих гостей к чему-либо и, если они посчитают неприемлемой идею о мирном сосуществовании с какими-то своими врагами, то имеют полное право отказаться от участия и Кристория, конечно, не будет за это в обиде. В самом низу листа стояла витиеватая подпись Гатиса, пожелания разных благ и личная печать короля — все то же древо, но с короной над верхушкой.
Однако, несмотря на предельно вежливый слог и видимое отсутствие негативных намерений, большинство правителей континента могли прочитать между строк большими жирными буквами:
«Многонеуважаемые ублюдки,
Мы вызываем ВСЕХ! Можете приводить кого угодно, можете драться чем угодно, можете делать что угодно, в итоге мы все равно размажем вас по стенке тонким слоем! И не нужно оправданий, если вы не придете это будет означать, что вы написали в штанишки и спрятались как сопливая мелюзга.
Без всякого уважения к слабакам и ссыкунам,
Гатис Кристорский»
Глава 33
— Лаз, это тот список, что ты просил у Листера? — за несколько дней до начала турнира небезызвестная группа факультета магии собралась в гостиной, обступив беловолосого паренька, держащего в руках немаленькую книжечку.
— Да, тут все заявленные претенденты со всего Люпса, семнадцать крупных стран, больше сотни княжеств, герцогств и других подобных вассальных образований, множество торговых, военных, охотничьих и всяких других компаний и гильдий, плюс еще неопределенное количество магов, не принадлежащих официально ни к одной крупной фракции, — Лаз тяжело вздохнул, уже просмотреть весь этот список было невероятно долгим процессом, не то, что сделать какие-то выводы.
— Сколько же это человек… — Взгляд Малютки показывал полную прострацию.
— Несколько тысяч, семь или восемь, списки не пронумерованы, так что точно сказать не получится.
— И мы будем с ними всеми сражаться!? — Как элита лучшей академии страны, пусть и не с последнего курса, все девять человек попали в списки участников автоматом.
— Не со всеми, перегнула… но хочу сразиться с максимальным количеством! — Варвар был в своем репертуаре.
— Известно, как будет проходить турнир? Организовать честную конкуренцию для тысяч человек…
— Я слышала, что для проверки претендентов будет привлечена личная гвардия короля, — Мари была лучшей, когда разговор заходил о слухах и сплетнях.
— Значит можно предположить, что участники должны будут сразиться с магами гвардии, которые годами оттачивали свои умения. Наверняка многие из них даже обучены магии трансформации…
— И сколько останется? Тысяча? Две? Лаз, как думаешь?
Мальчик задумчиво потер подбородок. Оценить процент прохождения отборочных испытаний не получалось, слишком большой могла быть разница в сила мага с учетом силы души, интеллекта, возраста, родства, мастерства, особых техник…
— Не знаю. Но не думаю, что это будет просто. В конце концов, хоть какие-то награды получат лишь шестнадцать лучших, у организаторов нет никаких причин церемониться и затягивать турнир. Думаю, после отборочных останется куда меньше тысячи.
— Значит конкурс минимум десять человек на место… это не слишком страшно, — Лани обрадованно улыбнулась, это не звучало как что-то сложное.
— Нет, это не совсем правда, — Лаз погрозил сестре пальцем. — Ты думаешь неправильно. Конкурс десять человек на место не значит, что ты должна быть лучше девяти других. Если так, то ты просто окажешься на десятом месте с конца. Чтобы попасть в несколько сотен лучших нужно быть сильнее тысяч других.
— Маленький вредина! Зачем ты меня пугаешь раньше времени?
— Я просто не хочу, чтобы ты расслаблялась. Мероприятия такого масштаба — по определению не могут быть простыми. И дело даже не в личной силе. Проблема в закулисной игре десятков крупных фракций и сейчас представители каждой из них собираются в Апраде.
— Ты сгущаешь краски, — нахмуренное лицо Рыцаря выдавало его недовольство. — Разве это не просто турнир? Что такого в соревновании?
— Соревнование это, конечно, хорошо и это и правда было бы лишь соревнование, если бы оно проводилось со всеобщего согласия. Хотя, даже тогда на кону стояла бы гордость каждой страны. Однако на этот раз все совершенно иначе. Кристория ни с кем не договаривалась, ни у кого не спрашивала разрешения. Для простого человека турнир — просто способ развлечься и посмотреть на магов со всего континента, но для верхушек власти это фактически объявление войны.
— Война? Да какая может быть война, если тот же Савойн может в одиночку перебить половину из тех восьми тысяч участников!?
— А что будет лет через пятьдесят? — Лаз был неумолим. — Да, в мире есть старые монстры, которым по несколько тысяч лет, но их единицы и зачастую страны не могут рассчитывать на них. В подавляющем большинстве жизнь даже очень хорошего мага, даже высшего, заканчивается лет в сто двадцать — сто сорок. И даже так, к закату жизни их силы значительно падают. Для человека пятьдесят лет — очень большой срок, но для стран и для всего Люпса в целом, это совсем ничего. Мировая история уже во второй половине четвертого тысячелетия, пол века для нее — как один год для тебя или меня. Пролетит — не заметишь. И что будет через эти пол века? Те, кто сейчас способны уничтожить тысячную армию умрут или совсем состарятся, мир будет отдан следующему поколению. А это как раз те, кто сейчас участвует в турнире. Сильнейшие маги континента до тридцати лет. Тот, кто покажет себя на турнире через несколько десятков лет будет влиятельным человеком в любой стране. Тот, кто войдет в шестнадцать лучших сможет влиять на судьбы миллионов людей.