"Фантастика 2023-97". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
— И то верно! Очень приятно, Веск, — он ответил на рукопожатие. — Моё имя Муад.
— Могу ли я попросить ещё о кое-чем?
— Да?
— Чтобы сбежать, мне пришлось бросить свои пожитки, в том числе и палатку…
— О, конечно, о чём речь! — Муад, рассмеявшись, ещё раз встряхнул мою руку, а потом потащил в сторону фургона Братства Жизни. — Можете оставаться столько, сколько посчитаете нужным!
Радость, отразившаяся на моём лице, на этот раз была вполне искренней. В конце концов, ночевать в сухости и тепле было куда приятнее, чем на голой земле, тем более, что с подобным приглашением моя цель резко становилась куда ближе, чем предполагалось изначально.
Впрочем, даже нельзя было сказать, что я прямо добивался поставленной цели. Всё оказалось настолько просто, что я поначалу даже заподозрил очередную ловушку. Но довольно быстро понял, что сейчас ни святошам, ни кому бы то ни было ещё уже не было смысла так со мной возиться. Это тогда я был Воителем с личным драголичем, а сейчас меня за пояс легко заткнёт любой Боец, и сложных планов с отвлечением внимания просто не требовалось.
Скорее, дело было в том, что Муад был просто очень дружелюбным. А ещё, вероятно, в том, что ему было банально скучно одному. Так что договориться о продолжении путешествия вместе с ним и его фургоном оказалось очень просто.
Фактически мне даже просить ни о чем не пришлось. Стоило лишь завести разговор о том, что без вещей странствовать как-то совсем уж тяжко и неплохо бы найти кого-то, кто согласится разделить со мной свои пожитки, как старик тут же предложил присоединиться к нему.
Я, естественно, принял приглашение. Так что, около десяти часов утра мы снялись со стоянки и поехали дальше. Фургон Муада тянула всего одна хиленькая лошадка, а, судя по жалобному скрипу осей, те ящики, среди которых нам пришлось ночевать, были очень тяжёлыми. Ничего удивительного, что двигались мы едва ли не медленнее пешеходов.
Но торопиться мне было особо некуда, как ни странно. Как бы я ни был быстр, святоши всё равно были быстрее и, если ловушки и засады на меня и существовали, то они уже были расставлены везде, куда бы я ни двинулся. То есть спешить просто не было смысла, только лишнее внимание привлекать.
Сейчас же, в фургоне, принадлежащем Братству Жизни, вместе с официальным членом этого самого Братства, я, может, и не стал невидим для церковников, но, по крайней мере, был куда менее заметен.
Может, отношения между двумя этими огромными силами и были достаточно мирными, но без необходимости друг к другу они старались не лезть. Всё-таки, несмотря на разобщённость и очень косвенное отношение к Братству большинства его членов (к примеру, как мне рассказал Муад, многие лекари отказывались даже вешать в своих заведениях символ Змея), это всё ещё была одна из древнейших и влиятельнейших организаций человеческого мира, и с ней нельзя было не считаться. Церковь занималась духовной жизнью, Братство — земной. И всех это устраивало. А потому, если у святош не будет чего-то посерьёзнее простого подозрения или любопытства, лезть к Муаду они не станут.
Вообще, старик оказался довольно разговорчивым и за время нашего неспешного путешествия успел поведать мне много всякой всячины. Как о Братстве, так и, в целом, о происходящих в мире вещах. К примеру, он поведал мне, что Братство делилось на три круга. Рядовые члены, лекари всех мастей и калибров, входили в организацию очень условно.
Фактически, если не происходило ничего из ряда вон выходящего, какой-нибудь знахарь мог ни разу в жизни даже не вспомнить про Братство. Необходимость же в этом огромном сообществе возникала, только когда ситуация уже начинала выходить из-под контроля.
К примеру, два травника поспорили из-за прав на то или иное лекарство, и решение дела миром уже никого не устраивало. В таком случае от Братства мог быть выделен независимый судья, решение которого уже нельзя было оспорить. За подобные услуги, естественно, платился определённый гонорар, но навязывать свою помощь Братство никому не старалось.
Так же можно было за определённую часть прибыли купить покровительство, использовать символ Змея, как гарант качества, нанимать помощников… В общем, для обычных людей Братство было чем-то вроде строгого папы, к которому бежишь только когда сломал игрушку, получил тумаков от соседского мальчишки, или надо взять денег на подарок девочке.
Сам Муад относился к тем, кто выбрал службу непосредственно в Братстве. Для таких, как он, имелись как соответствующие привилегии, так и ограничения. К примеру, он уже не мог брать деньги за врачебные услуги без разрешения Братства, но, с другой стороны, и защита со стороны последователей Змея на него распространялась куда более серьёзная. Однако, при всём этом, Муад оставался самостоятельным человеком.
Он сам выбирал выполнять ли заказы Братства, как та доставка, которой он был занят прямо сейчас, или заниматься чем-то ещё. Никто не запрещал ему, к примеру, стать поваром или осесть где-нибудь в деревне и уйти с головой в труд земледельца.
Если в первом случае человек был, грубо говоря, клиентом Братства, покупая его услуги, то Муад уже был скорее наёмником. Однако, что было логично, имелись и те, кто стал уже официальным работником организации Змея.
И не сложно догадаться, что для них, наряду с ещё большими привилегиями и возможностями, существовали и куда более строгие ограничения. Всё честно: чем больше отдаёшь — тем больше получаешь.
Часть из этого я знал из рассказа Агнес, похоже, испытывавшей к Братству симпатию и раскошелившейся на довольно пространный рассказ, часть услышал сейчас от Муада. И стоило сказать, что эти ребята мне понравились куда больше, чем святоши. И дело не в том, что последние пытали меня больше четверти века. Просто тут всё было куда больше заточено под обычных людей. Не было только двух вариантов: либо ты вне, либо внутри.
Вступать в Братство ради избавления от преследования церкви, конечно, я не собирался, по крайней мере, надолго. Однако в целях сокрытия личности последователи Змея могли бы быть мне даже очень полезны. Правда, наверняка при вступлении нужно будет предоставить хоть какие-то документы… ну, на этот случай у меня есть подтверждённая Муадом легенда о нападении бандитов.
Со стариком говорить о вступлении я не стал. Рановато. Может, после того, как он расскажет мне ещё больше о том, как же здорово работать на последователей Змея, я и заведу разговор о присоединении. Но сейчас не стоило. Оформив в голове приблизительную схему дальнейших действий, я уселся поудобнее, закрыл глаза…
* * *— Приехали!
Оклика Муада, пожалуй, и не требовалось. Того факта, что фургон затормозил впервые с самого утра, не заметить было сложно. Благодаря черепашьей скорости повозки не нужно было останавливаться даже ради отправления естественных нужд, и куцая лошадка прекращала свой неспешный променад лишь на привале. И с учётом того, что до заката было ещё очень далеко, в этот раз остановка не могла быть обычной.
Спустя неделю неспешного путешествия мы добрались до конечной точки маршрута. Ну, по крайней мере, висящие тут и там флаги с изображением Змея, а также снующие туда-сюда люди в одинаковой тёмно-зелёной форме на это достаточно прозрачно намекали.
Муад уже успел мне растрепать, что в своём фургоне он вёз почти сотню ящиков с запечатанными колбами как-то по-особенному очищенной воды. Довольно странный груз, сказать нечего. Но, с другой стороны, доставка его именно таким способом оказывалась вполне оправданной.
Неспешно, чтобы не дай бог не разбить ценных стекляшек, к тому же всё равно эти колбы — запас на несколько месяцев вперёд, и день-два опоздания погоды не сделают. Поэтому же фургон никто и не думал охранять. С учётом бесполезности груза для потенциальных грабителей и символа Змея на стенке вряд ли нашлись бы идиоты, позарившиеся на повозку Муада.
Сам старик уже соскочил с козел и взялся разминать затёкшие мышцы. Несмотря на свой возраст, наёмник Братства был тем ещё живчиком. Я вылез вслед за ним, всё равно в фургоне ничего особо интересного не было. А вот на базу последователей Змея посмотреть было интересно.