"Фантастика 2023-97". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

— Сейчас, наши девушки очнутся — и я расскажу, — в этом кровавом освещении привычная полуулыбка Лазариса показалась кровожадной и зловещей.
— Я уже… — Сивиллу, не успевшую договорить фразы, стошнило прямо вниз, в пустоту. Но, похоже, это пошло на пользу, так как Мастер Проявления после опустощения желудка довольно быстро пришла в себя и тоже перестала нуждаться в магии Мастера Хаоса, чтобы поддерживать себя в воздухе. — Прошу прощения… я уже здесь.
Геата приходила в себя дольше всех. Но в конце концов и она, переводя чуть осоловелый взгляд с Лазариса на Ашадина, потом Рианета, Сивиллу и обратно, смогла достичь состояния, достаточного чтобы использовать магию полёта, а значит и более-менее адекватно воспринимать информацию.
— Теперь рассказывай, — с нескрываемой претензией в голосе заявил Мастер Закона.
— Хорошо. Но прежде, небольшое предостережение. Ни в коем случае не покидайте этого пространства без моего разрешения. Что бы ни происходило, какие бы мысли ни пришли вам в голову, оставайтесь в этом месте. Даже к стенам не смейте прикасаться.
— Почему?
— Потому что если сделаете это — почти наверняка умрёте.
— Лазарис, расскажи, где мы? — Геата от такого заявления явно серьёзно перетрусила.
— Что вы знаете о Звере, чьим именем назван культ и империя?
— Ты понимаешь, что нам сейчас не до твоих дурацких загадок?! — рявкнула Сивилла, и тут же сама себе зажала рот, прекрасно зная, чем может обернуться такая манера общения с Мастером Хаоса.
К счастью, на этот раз Лазарис пропустил её грубость мимо ушей.
— Понимание этого необходимо, чтобы в полной мере осознать, что это за место. Итак, Зверь?
— Зверь — лидер империи и культа, — Ашадин, как личный советник Мастера Хаоса и человек наиболее осведомлённый о происходящем в мире, решил говорить за всех. — Несмотря на то, что его никто и никогда не видел, достоверно известно, что верхушка культа периодически получает от него приказы, которые исполняются беспрекословно. Также известно, что немало редких и даже уникальных типов магии было получено культом именно от Зверя. Из чего логично сделать вывод, что он — это какой-то древний Мастер, вероятно прошедший становление много веков назад, после чего скрывшийся от чужих взглядов и основавший культ имени самого себя.
— На этом, — подхватил рассказ Лазарис, — сходятся мнения всех разведок пяти оставшихся империй, а также большинства свободных исследователей. Однако на самом деле всё куда сложнее. Дело в том, что Зверь — это не человек. Более того, он никогда не был человеком и даже никогда не существовал в материальном мире, по крайней мере физически. Зверь — это некая высшая сущность, обитающая на своём, отличном от нашего плане бытия.
— Это полнейший бред… — пробормотала, не удержавшись, Сивилла, за что была вознаграждена холодным пронизывающим взглядом Мастера Хаоса.
— На первый взгляд это действительно кажется чушью или даже бредом сумасшедшего, но это правда. И на этот раз мне совершенно всё равно, верите вы мне или нет.
— Я верю вам, учитель, — с фанатичными искорками в глазах произнёс Рианет, бросая недовольный взгляд на Сивиллу.
— Я тоже верю, — кивнула Геата.
— Я, честно говоря, не знаю, Лаз, — Ашадин потёр затылок, — звучит и правда как бред сумасшедшего. Но после знакомства с тобой я перестал удивляться чему бы то ни было, так что, пожалуй, готов принять и это. По крайней мере, раз ты так говоришь, то это не просто так.
Мастер Проявления, недовольно фыркнув, просто промолчала. Она, очевидно, поддерживать остальных не собиралась.
— Рад это слышать хотя бы от трёх из вас. Но, как я и сказал, это не важно. От того, верите вы мне или нет не зависит, поможете ли вы мне, а большего прямо сейчас мне не нужно. Однако я конечно удовлетворю ваше любопытство, как минимум чтобы порадовать самого себя рассказом о результатах моих долгих исследований.
Сивилла, уже открывшая рот для очевидного колкого комментария, с громким щелчком захлопнула челюсть и недовольно воззрилась на Лазариса.
 
— Как я и сказал, Зверь — сущность иного уровня по сравнению с людьми. Его мощь вполне можно охарактеризовать как безграничную и он вполне подходит под определение бога этого мира. К нашему счастью, влияние Зверя на этот мир ограничено. Не скажу точно по какой причине, но даже отдача приказов культистам требует у него серьёзных усилий, благодаря чему Сфарру до сих пор можно считать сравнительно свободной от его влияния. Однако, когда я начал осознавать всё это, одним из первых меня посетил такой вопрос. Если Зверь не находится в Сфарре физически и даже самое банальное, на первый взгляд, действие, даётся ему с трудом, то каким вообще образом он связан с этим миром? Достаточно правдоподобных вариантов я вижу два. Первый: Зверь находится как бы вне этого мира, который защищён от его воздействия чем-то вроде пузыря или стены, настолько прочной, что даже ему не по зубам. В таком случае, чтобы влиять на происходящее, он должен каждый раз “протискиваться” в существующие в этой стене прорехи и щели, на что уходит бо́льшая часть его сил. И второй: Зверь внутри этого мира, но при этом находится, грубо говоря, под замком. Некая сила сдерживает его в плену и, опять же, его влияние на Сфарру — это лишь частички его силы, просочившиеся сквозь дыры в тюремной решётке.
— То есть ты не только предлагаешь нам поверить в существование бога, но и в то, что есть некая сила выше этого бога, либо запершая его в клетку, либо закрывшая от него целый мир? — непонятно, чего в голосе Сивиллы было больше, насмешки или шока.
— Именно так. И я прекрасно понимаю, как это звучит со стороны. Но я рассказываю только результаты своих исследований, опуская то, как я до них дошёл. Потому что не думаю, что вам будет интересно слушать о долгих месяцах наблюдений энергетического фона Сфарры, о прочтённых мной сотнях научных работах по этой теме, написанных за последние сто пятьдесят лет, о фактическом исследовании мной едва ли не каждого уголка этой планеты, об изучении моей собственной души и того, как она резонирует с этой реальностью…
— А это тут при чём?
— Терпение, я до этого ещё дойду, — заговорщицки улыбнувшись, произнёс Лазарис. — Мы здесь, в финальной точке маршрута и я расскажу вам всё, что должен. Итак, я остановился на том, что вариант с запертым Зверем считаю более вероятным. Почему? Всё очень просто. Я, да и вы тоже, наверняка знаете место, где находится эта тюрьма.
— Это… это оно?
— Не-не, — Рианет погрозил Геате пальцем, — это в Центральном океане, правильно?
— Точно, — одобрительно кивнул Лазарис, — в самом центре Центрального океана. Предположу, что именно из-за Зверя и его темницы весь Центральный океан и появился. Никого не смущает, что он такой идеально круглый? Или что даже с современным уровнем магии и технологий ни одному человеку или алкарн так и не удалось приблизиться к самой середине Центрального океана хотя бы на сотню километров? Шторма, бушующие там без передышек, глушат любую магию, а морские монстры сжирают любого, даже самого сильного Мастера. Так как океан существовал в Сфарре столько, сколько себя помнила цивилизация, вы приняли факт его существования, смирились с ним, и даже сейчас, в век научных открытий, не проявляете должной заинтересованности. А возможно, ваша пассивность в вопросах исследования Центрального океана тоже была подстроена Зверем, я бы не удивился. Возвращаясь к нашим баранам, я практически на сто процентов уверен, что в середине Центрального океана находится если не сама темница Зверя, то по крайней мере дверь к ней. А теперь, кто скажет, зачем мы прибыли сюда, под Божий Зов?
На несколько долгих секунд воцарилось молчание, но затем, неожиданно, именно на лице Сивиллы появилось выражение осознания и неверия. Развернувшись в пол оборота к Лазарису, она широким жестом указала на неподвижную руну в центре пустоты, испускавшую во все стороны это приглушённое алое свечение.
— Ты хочешь сказать, что вот эта хреновина — ключ от той двери?!