"Фантастика 2023-97". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

А это означало, что, если Лаз был прав в своих выводах, то существовала некая иная сила, судя по энергии Порядка, противостоявшая Монарху. Кто это был? Что это было? Молодой человек не знал и не мог сделать ни одного хоть сколько-нибудь обоснованного предположения. Но, если это нечто было против Монарха, то, значит, с ним можно было заключить союз. И это было второй по важности причиной, по которой Лаз хотел разобраться с энергией Порядка получше. Первой, естественно, было увеличение своей и Айны силы. И трёх-четырёх обещанных Даатом месяцев было катастрофически мало. Но и выбора особого у молодого человека не было, предавать доверие старого алкарн он, пока для этого не будет веских причин, не хотел.
Так что в ближайшие месяцы Лазу предстояло поработать так, как он не работал уже много лет.
  
Глава 24
 
Не следовало думать, что в “Одиннадцати крыльях Даата” все поголовно были нежелательными элементами, существовавшими в тени обычного мира. Да, сам Даат, все Мастера организации, большинство магов и ещё немало простых людей и правда официально считались преступниками. Будь у империи возможность справиться с ними без лишнего кровопролития — она скорее всего воспользовалась бы ей, не задумываясь. Проблема была лишь в том, что из-за силы “Крыльев”, сосуществовать с ними было проще, чем пытаться уничтожить. Однако на подконтрольных организации территориях жило и работало много людей и алкарн, не имевших к незаконной деятельности никакого отношения. Они занимались хозяйством, работали слугами, обслуживали коммуникации — далеко не везде имело смысл использовать магию. К тому же покровительство “Крыльев” давало обычным людям стабильность, какой они вряд ли смогли бы дождаться от правительства Леракии. Всё-таки базы организации в основном располагались в отдалённых регионах, откуда до ближайшего крупного города нужно было ехать несколько дней.
Практически все обитатели территорий баз и ближайших окрестностей, разве что за исключением самых маленьких детей, знали, чем занимались “Крылья”. Но, пока это не касалось их лично, большинство предпочитало игнорировать незаконный статус своих покровителей. Более того, многие семьи были даже рады отдать своих детей организации, в качестве слуг или просто мальчиков на побегушках. Это не только решало проблему лишних голодных ртов, но и могло обернуться большим благом, если у ребёнка обнаруживали талант к магии или боевым искусствам и брали на обучение. Проверки на магический потенциал, организуемые правительством, практически никогда не добирались до такого захолустья.
Лаз, благодаря своей магии, мог обходиться практически без помощников. Телекинез и иные способы манипуляции материей и энергией позволяли не только все эксперименты проводить в одиночку, но даже в таком сложном деле, как строительство, выполнять всю необходимую работу без каких-либо проблем. Дом, что им предоставил Даат, Лаз перекроил под свои нужды за считанные дни, не только устроив кардинальную перепланировку, но и добавив аж три подземных этажа, где разместил все свои исследовательские помещения.
Однако совсем отказываться от помощи он всё-таки не стал. Не потому, что это было реально необходимо, тем более что паренёк, которого отправили к нему в качестве служки, не смог бы сделать ничего такого, что было недоступно магии. Лаз позволил мальчишке остаться совсем не поэтому. У него была Айна, был Фауст, была Сайла в конце концов, в гости заходил Ашадин, успевший завести с пёстрым мечником крепкую дружбу и каждый раз приносивший бутылку какого-нибудь экзотического алкоголя, а иногда их навещал даже сам Даат. Однако все они так или иначе были частью того мира, в который Лаз погрузился во второй половине своей жизни на Люпсе — мира властей предержащих, судьбоносных решений и политических игр. А десятилетний паренёк, его звали Нисс, белобрысый, худощавый, с россыпью веснушек на носу и обезоруживающей детской непосредственностью в каждой фразе, напоминал Мастеру Метаморфоз о жизни до того, как всё пошло под откос.
 
Ради справедливости стоило сказать, что в жизни Лаза, наверное, в принципе сложно было найти промежуток хотя бы в пару лет, когда что-нибудь не шло под откос. Но своё относительное детство в Доме Магии он всё равно вспоминал с большой теплотой и разговоры со старавшимся быть крайне серьёзным Ниссом, пусть ненадолго, но возвращали его в то время.
— Господин Лазарис, мне можно войти?! — за последние три месяца парнишка успел отлично усвоить, что, когда Лаз был занят исследованиями, спускаться на подвальные этажи было строго-настрого запрещено. Так что он всегда останавливался на нижней ступеньке, не делая последний запретный шаг, и что есть силы кричал в пустоту коридора.
— Да, заходи, я в комнате отдыха. - передав с помощью магии приглашение, Лаз с улыбкой откинулся в кресле и сделал глоток из бокала.
Спустя буквально несколько секунд на пороге показался Нисс, тяжело дышавший, но явно очень довольный тем, что его пустили. Если Лаз был в подвале, то скорее всего он был занят и на запретную территорию парнишке удавалось попасть в среднем не чаще раза в неделю. Сейчас ему просто повезло застать молодого человека в перерыве между штудированием очередного тома по теории магии и экспериментами с артефакторикой. Хотя, скорее это Айна подгадала момент и послала мальчишку вниз, когда Лаз отдыхал. И судя по дальнейшим словам Нисса, это предположение было верным.
— Госпожа Айниталия приглашает вас на обед! — выпалил он, вытянувшись по стойке смирно. Служек этому учили в специальной школе, и, хоть Лаз уже не раз говорил, что с ним пареньку было не обязательно вести себя так официально, тот продолжал придерживаться правил.
Впрочем, в свои десять лет Нисс отлично прочувствовал смысл фразы: “Разрешено всё, что не запрещено”. Так что, передав слова Айны и поймав кивок Лаза, означавший, что сообщение принято и можно расслабиться, тут же вбежал в комнату отдыха и запрыгнул в соседнее с Мастером Метаморфоз кресло. Понятное дело, это нельзя было назвать допустимым поведением. Но в правилах поведения для служек, в отличие от, к примеру, военного устава, не было указано, как именно следовало воспринимать условную команду “вольно”. И раз Лаз был не против, Нисс не видел смысла отказывать себе в удовольствии.
— Что вы пьёте? — сразу поинтересовался он, бросив жадный взгляд на бокал и плескавшуюся в нём прозрачную жидкость. Судя по отдышке и потной на спине рубашке, Нисс только закончил заниматься с Фаустом, тот недавно решил заняться физической подготовкой паренька. Так что не удивительно, что ему сейчас дико хотелось пить. Вот только в бокале у Лаза была не вода, а медицинский спирт.
— Тебе не понравится, — улыбнулся молодой человек, делая ещё один глоток и довольно морщась.
— Опять вы пьёте, — с осуждающей интонацией, почти наверняка скопированной у своей матери, вздохнул Нисс. Отец парнишки, крестьянин, работавший на принадлежавших “Крыльям” полях, был тем ещё выпивохой. Впрочем, до Лаза, способного пить чистый спирт литрами без особого вреда для здоровья, ему всё равно было как до Луны.
— Пить вредно только в том случае, если от этого кому-то плохо, тебе самому или окружающим. В противном случае это лишь составляющая часть досуга.
— Что такое досуг?
— Ну… это всё, чем ты занимаешься, когда не занят работой. Вот я поработал, сижу отдыхаю — это досуг. Или когда ты занимаешься с Фаустом — это тоже досуг.
— Это не досуг, это каторга, — буркнул парнишка необычно низким голосом, сложив руки на груди, на этот раз, похоже, подражая отцу.
— Что-то я не вижу, чтобы ты тут умирал от тяжести ваших тренировок. Можешь мне поверить, Фауст тебя щадит.
— То есть может быть ещё хуже?
— Ещё как может. На себе не испытывал, но видел, как Фауст тренировал солдат в армии. Ваши занятия по сравнению с этим — просто лёгкая прогулка.
— Господин Фауст служил в армии?! — судя по удивлению в глазах паренька, его эта информация неслабо так потрясла.