"Фантастика 2023-97". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

— Мастер Познания, также очень приятно. — Кивнул ученый. Специализация ему более чем подходила.
Игранте же пришлось некоторое время объяснять Лазу суть своего Мастерства. Наиболее близким по смыслу словом, пожалуй, было бы Воссоздание. Древняя магесса могла, раз увидев и просканировав предмет магией, сделать его подобие. Причем создавалась не обязательно точная копия, что было прекрасно видно на слишком больших для людей предметах интерьера. Предмет создавался не из пустоты, нужен был соответствующий материал: для книг и мебели — дерево, для посуды — глина и разные примеси, в зависимости от требуемого результата, для свеч — пчелиный воск и так далее. Образцы она получила от знакомых рыболюдей с боевых кораблей, осуществлявших атаки на человеческие поселения.
Невероятным же было то, что можно было миновать любой, сколь угодно сложный процесс создания. Если Лаз правильно понял, теоретически Игранта могла бы даже создать алмаз из куска угля или, раз увидев, воссоздать ракетный двигатель из кучи металлолома.
Это было уникальное умение, такое же как у Лаза — превращать свое тело в металл, воду и даже огонь. Но, конечно, обычной магией она также владела, пусть и со своими тонкостями. Все это Игранта выложила на одном дыхании, словно куда-то торопясь. Тем не менее, в процессе она использовала по минимуму сложных слов, что означало, что магесса не забыла, с кем разговаривает. Так что Лаз не удержался от вопроса.
— Зачем вы это мне рассказали? Ведь раскрывать суть своей магии незнакомцу довольно опасно. Мало ли, что у меня может быть на уме.
Мусса напрягся, но женщина остановила его одним жестом.
— Сколько мне лет, как вы считаете?
— Думаю не меньше пятисот. — Говорить с тирейскими женщинами о возрасте никто не запрещал, да и особо тактичным Лаз никогда не был.
— Верно. На самом деле даже больше шестисот. — Игранта тяжело вздохнула, что с ее легкими прозвучало, как очень низкий свист. — И за это время вы четвертый Мастер, кого я вижу. Четверо, не считая меня, за пол тысячи с лишним лет! Вы понимаете, насколько это волнительно?
Особо воодушевленной она не выглядела, в отличие от Муссы, который, успокоившись, снова включил режим восторженного любопытства. Впрочем, опять же, за шестьсот лет эмоции вполне могли и потерять в красках.
— Не понимаю. — Вполне честно ответил Лаз. Он за последние три года видел уже больше десятка Мастеров и, по его мнению, лучше бы их было всего четверо, включая двух присутствующих тиреев. Все было бы куда проще. Однако озвучивать это он пока не спешил.
— Вот! Конечно, я на взводе. К тому же Мастер — это тот, кто посвятил себя магии! — Вот теперь в ее голосе уже слышались нотки восторга. — Он просто не может быть плохим!
Лаз мысленно вздохнул. Совершенно неожиданно Мастера Кетании оказались не столько тайными агентами, сколько наивными идеалистами. В целом, Игранту можно было понять. Ее позиция относительно магии и всего остального разделялась Муссой и, видимо так совпало, еще двумя Мастерами, которых она знала и которые сейчас то ли где-то шляются, как Чабу А’Маку, то ли мертвы. А потому она решила, что все Мастера именно такие, эдакие добрые волшебники, сошедшие со страниц детских книжек.
Как сказали бы земные исследователи: «Слишком маленькая выборка». Лаз перевел взгляд на Муссу. Уже по тому, как тирей напрягся, когда он сказал, что может замыслить что-то дурное, зная особенности магии Игранты, можно было сказать, что ученый рыболюд не до конца разделяет позицию магессы. Однако его специализация четко говорила о том, что Мусса, как говорили на Земле, яйцеголовый. Но, с другой стороны, «Познание» — понятие довольно широкое…
Наконец Лаз все-таки решил, что правильно будет возразить Игранте, несмотря на то что это, возможно, приведет не к самым приятным последствиям. Вероятность того, что Мусса в случае чего будет на его стороне казалась довольно большой.
— Вы жестоко ошибаетесь, — начал он, тут же заметив, как изменилось выражение магессы. — Титул Мастера означает лишь то, что человек или тирей прошли по какому-то пути достаточно далеко, чтобы даже их душа это признала. Ни больше, ни меньше. А каков этот путь и какие мысли у него в голове — никому не известно. Вам повезло, вы знали и знаете Мастеров, выбравших использовать свою силу во благо. Но это не правило и даже не предписание. Поверьте, я знаю.
 
— О чем вы? — Несмотря на то, что Игранта явно была крайне недовольна его словами, хмурилась и пару раз даже порывалась перебить молодого человека, стоило отдать ей должное: за ключевую фразу в словах Лаза она ухватилась мгновенно.
— Я не говорил этого на совете, но сражаться предстоит не против обычных магов. На стороне наших противников — Мастера, и ни один из них не спешит творить добро.
Несколько часов в Малой Сфере Лаз занимался именно этим. Выторговывал у тиреев поддержку в войне против культа Монарха по максимально выгодной для себя цене. Первая цена рыболюдей была абсурдна: половина Люпса, знания обо всей имеющейся у людей магии, ежегодные выплаты, использование части населения в Яссании, фактически, в качестве рабов и так далее и тому подобное. И Лаз долго, неторопливо, с терпеливостью рыбака отсекал и урезал все эти требования, одно за другим.
Половина континента превратилась в кусок прибрежных территорий между Каганатом и Башдраком, довольно приличный, но в любом случае необходимый, если он в будущем хотел продолжить сотрудничество двух рас. К тому же, в любом случае, рыболюдям на суше жить иначе, как в китонах, было невозможно.
Выплаты обернулись отсутствием налога на любые товары, какие в будущем будут покупаться или продаваться тиреями на Люпсе. Как Лаз выяснил, налоги в Кетании были очень серьезной темой, куда строже контролируемой, чем у людей. Так что отмена любых пень и поборов стала для рыболюдей настоящим откровением и огромным подарком, они не могли и представить, что такое в принципе возможно.
Рабство вдруг стало обменом кадрами. Пусть с довольно внушительными преимуществами для тиреев, но все-таки взаимовыгодным и полезным для обеих сторон. Несмотря на магию пространства, люди все еще могли такое, на что рыболюди не были способны — спокойно жить на суше, что сулило в разы более быстрое освоение территорий. Тиреи же согласились, что предоставить несколько патрульных кораблей для защиты побережья Моря Чудовищ от разных тварей — это не так уж и сложно, тем более что часть побережья уже была им обещана.
Но главным предметом торговли, благодаря которому Лаз вообще получил возможность менять и ставить условия, была магия. Конечно, вся магия людей тиреям совершенно не сдалась. Стихийными заклинаниями они пользоваться вроде как не могли, хотя это все-таки еще стоило проверить; зачарование они изобрели куда раньше людей и использовали в разы эффективнее; тайны создания небесных крепостей и магических доспехов в ту же кучу, в первом рыболюди со своей пространственной магии преуспели куда больше Башдрака, а подходящие залежи на Яссании еще нужно было найти, если они вообще существовали.
Магию приручения еще можно было предложить, иметь ручных водных зверей рыболюдям было бы очень удобно, однако главным лакомым кусочком была, конечно, трансформация.
Из-за морских тварей углубляться в Божественный океан они не могли, безопасного поселения построить бы не получилось, а для суши нужны были иные тела. И Лаз заявил, что, если тиреи помогут победить культ Монарха и заключат мир с людьми, он лично научит их нужной магии. После того, как он на глазах членов совета принял все названные формы, от обычного морского ежа до акулы, а потом превратился в каждого из них по очереди, сомнений в его квалификации уже ни у кого не осталось.
Вопрос со святой девой при таких обещаниях отошел на задний план и единственным, кого это не устроило был Унлом, представитель церкви Морского бога в Малой Сфере. Войну Лаз пообещал, так что главнокомандующие наземной армии и флота остались довольны. Развитая торговля с иным континентом по договору также обеспечивалась, так что и представителя торговцев, молодого тирея по имени Зорнал, удалось умаслить. Старик Ушту, представитель ремесленников, был, похоже, не слишком рад войне, но союз между людьми и тиреями поддержал обеими руками. Мусса и Игранта на совете остались индифферентны, сказав лишь, что согласятся с большинством, но это и не было особо важно. Потому что два других мага в Малой Сфере решили заключить предложенный договор. Они были высшими, если по человеческой терминологии, да еще и занимали такие посты, а значит имели все шансы первыми испытать на себе все прелести магии трансформации и наконец-то пройтись по земле без необходимости облачаться с тяжелый водный скафандр или закрывать себя от солнца пространственными барьерами.