"Фантастика 2023-97". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Многие маги посмотрели на Вайма словно на сумасшедшего. И правда, спрашивать у бунтаря и изменника нечто подобное — мягко говоря странно и никто даже не ожидал хоть сколько-то вразумительного ответа. Однако Лаз, неожиданно уважительно кивнув мэтру, все-таки ответил.
— Я понимаю, почему Вы так считаете. Магия — не просто ремесло, и если даже труд кузнеца или повара требует определенного уважения, как я могу столь пренебрежительно относиться к чему-то настолько великому и вездесущему? Но, поверьте, я знаю о чем говорю. Это может показаться насмешкой, бравадой, вызовом, но это совсем не так. Если не верите — попробуйте. Я не сбегу, клянусь. И если у кого-то из вас получится меня убить… что же, значит мои желания и претензии не имели под собой никакой основы, а значит и смысла.
Ответить что-то Вайм не успел. Один из магов, сейчас стоящих за спиной Лаза, без предупреждения и подготовки ударил воздух перед собой и в затылок молодого человека ударил узкий и невероятно сконцентрированный луч света. Судя по плотности энергии это было предельный образ, чародей не мелочился.
Вот только, оказавшись в метре от цели, луч странным образом искривился, обогнул голову Лаза по дуге и продолжил свой путь уже с другой стороны, врезавшись в стену дома напротив, превратив весь второй этаж в каменное крошево и продолжив путь сквозь постройки.
— Какого… — использовавший заклинание маг с совершенным недоумением смотрел на свою руку, словно подозревая ее в неудаче.
— Идиот! — Рявкнул его сосед, более пожилой и опытный маг, отвешивая торопыге мощный подзатыльник.
— Полностью согласен, — медовым голосом сказал Лаз, оборачиваясь на виновника. — Ведь в этих домах наверняка кто-то жил.
Маг света резко побледнел.
— Ты мог отклонить луч выше домов! — Крикнул он, тыча Лазу в грудь дрожащим пальцем.
— Мог, — кивнул Лаз. — Но тогда ни ты, ни кто-либо другой, не усвоили бы урок. То, что я ждал всех вас здесь вовсе не значит, что сражаться в центре города — хорошая идея.
— Ты пожертвовал жизнями простых людей ради чего-то подобного?! — Взревел тот маг, что только что наказывал товарища. — Это ведь очевидный факт!
— Похоже, очевидный не для всех. — Отрезал Лаз. — И, что бы ты не говорил, это не я их убил. Может быть не любой из вас, но среди двух сотен магов точно были те, кто смог бы хотя бы уменьшить силу этой атаки. Но этого почему-то никто не сделал. Ни ты, ни уважаемый Вайм Нагт, защитник магии. Про меня все давно понятно, я угрожал убить ваших королей, я априори плохой. Но что-то вы пока не подтверждаете репутацию хороших.
— Наглый мальчишка! — Больше не собираясь выслушивать обвинения, раздававший подзатыльники маг, воспламенив за своей спиной воздух, рванул к Лазу на самой настоящей реактивной тяге, окутанный огненной сферой.
Однако и на этот раз произошло то, чего никто не мог ожидать. Не преодолев и половины расстояния до цели, маг вдруг развеял свои заклинания. Ну, по крайней мере так всем показалось, потому что огонь вокруг его тела в одну секунду просто взял и погас, оставив огненного мага и без оружия, и без толкающей его вперед силы, из-за чего, явно не ожидавший такого развития события чародей чуть не впечатался носом в каменную брусчатку.
Вроде бы в этом не было ничего удивительного. Уже давно было выяснено, что огню для горения нужен воздух, а значит, что опытные маги этой стихии, что достаточно умелые псионики, могли, выкачав из определенной области весь или по крайней большую часть воздуха, сделать любые огненные заклинания в этой области бесполезными. Причина была в том, что стихийная магия всегда имела некую реальную основу, опиралась на что-то из немагического мира и, так как использоваал принцип подражания, зачастую обладала многими свойствами оригинала. К примеру, водная магия, хотя она и не состояла из настоящей воды, отлично испарялась от жара.
Вот только подобный трюк с выкачиванием воздуха можно было провернуть лишь с начинающим, неумелым магом. Более профессиональный чародей прекрасно знал об этой слабости и умел убирать у магического пламени необходимость в воздухе для горения. Для многих сильных огненных магов не было большой проблемой даже заставить пламя гореть под водой, так что высший маг уж точно должен был учесть вероятность подобного развития событий.
 
Однако даже когда он встал на ноги и, судя по движениям рук (он, как и маг света, были из Башдрака и использовали технику привязки заклинаний к жестам), попытался заново применить заклинание, ничего не вышло. Что самое странное, он продолжал совершенно свободно дышать, хотя вроде бы без воздуха это было невозможно. Издав очередной негодующий рев, он все-таки зажег вокруг себя пламя, темно-алое, словно венозная кровь, и повторно бросился в нападение, но и на этот раз ударить противника ему не удалось.
Лаз, с прежней невозмутимостью и так и не сойдя с места, одним легким движением перехватил левую руку мага чуть выше запястья и вывернул ее за спину нападающему. Лицо мага исказила довольная ухмылка, он явно ожидал, что посмевший его критиковать мальчишка вот-вот начнет кричать от боли в обожженной ладони, но секунды шли и ничего не происходило. Лаз продолжал держать его руку, словно и не полыхало вокруг них обоих пламя предельного образа, а спустя четверть минуты, легко усмехнувшись, одним движением сломал конечность сразу в нескольких местах, после чего хорошенько пнул своего пленника пяткой пониже спины.
Завывая от боли, естественно уже позабыв обо всякой магии, башдракский высший, прижимая получившую несколько новых изгибов руку к груди, воспользовавшись приданным ускорением поспешил убраться от Лаза куда подальше.
— Повторяю второй раз, — уже не улыбаясь, холодным, размеренным голосом отчеканил Лаз. — Сражаться в городе будет неразумно и опасно, в первую очередь для простых граждан. Третьего раза не будет. — Смысл этих слов легко дошел до каждого. — А теперь, кто хочет отправиться со мной за городские стены?
  
Глава 6
 
Лаз помнил это место. Прошло уже почти десять лет с того дня, когда он именно на этом месте сражался с Фаустом. В чем-то даже символично. Цикличность жизни и все такое. Впрочем, сейчас это было последним, о чем стоило думать.
Из двухсот человек за ним отправилось меньше половины. Кто-то испугался, кому-то приказали остаться старшие. Из той же сотни, что сейчас его окружала, сражаться с ним напрямую скорее всего будет от силы человек тридцать, остальные будут исполнять роль поддержки, посылая в него дальнобойные заклинания, а также защищая и вытаскивая из боя тех, кому это будет нужно.
Но все равно, это было очень много. Подумать, что когда-нибудь один человек будет сражаться с многими десятками… раньше это считалось невозможным. Раньше.
Вдохнув поглубже холодный зимний воздух, Лаз потянулся и в последний раз осмотрел своих противников, напряженно ожидающих его первого шага, человеческим взглядом. А потом его тело начало меняться.
Магия Метаморфоз, невероятная и непостижимая, позволяла творить с реальностью такое, о чем даже земные ученые двадцать первого века могли только мечтать. Однако с собственным телом Лаз мог проделывать куда более невероятные вещи. То, созданное из железа, но при этом живое и дышащее, было лишь верхушкой айсберга, первым кустарным экспериментом, настолько грубым, что сейчас Лазу было даже немного стыдно вспоминать.
Его костюм, созданные из его же магии, исчез, тело вытянулось, став вдвое выше и куда шире в плечах; из лопаток появились и быстро раскрылись огромные кожистые крылья; из копчика вырос длинный, оканчивающийся острой пикой хвост; пальцы на руках и ногах получили длинные и бритвенно-острые когти; голова наклонилась вперед, лишившись волос и обзаведясь парой рогов, похожих на уши летучей мыши; губы исчезли, демонстрируя пораженным зрителям заострившиеся клыки.
В конце все тело обросло броней. И можно было подумать, что под ней — нечто не менее прочное и твердое, но это была лишь видимость. Даже эта броня, по сути, нужна была лишь для того, чтобы физические атаки не разбрасывали его «плоть» по сторонам. Под тонким слоем защиты Лаз уже перестал быть материальным, в привычном смысле слова. Сейчас на сотню магов сквозь прорези глаз смотрела сущность, невозможная по всем законам природы: сотканная из чистейшего, обжигающего пламени.