Начало путешествия (СИ)

Подумать легко, а вот сделать трудно. Он не знал куда идти, даже не зная где вообще оказался. Решив попусту не стоять на месте, паренёк приступил к поискам. Потратил больше часа, даже набравшись смелости, спрашивал дорогу у прохожих. Безрезультатно. Ни трактира, ни гостиницы по подсказкам он найти не сумел. Зато обнаружил работающий фонтан, расположенный в центре просторной площади, и сразу же подошёл к нему. К слову, даже если бы трактир сейчас находился за его спиной, путник мог его вовсе не заметить.
Мальчишка приблизился к каменной чаше, и уже склонившись к воде, собираясь умыться, вдруг заметил блеск на дне. То сверкали на солнце брошенные кем-то монеты. Ирбис озадаченно замер. Он не знал о традиции загадывать желание, при этом бросая в фонтан мелочь. Парень в недоумении осмотрелся. Горожане спокойно проходили мимо, торопясь по своим делам, никому из них не было дела до этих денег. И тут с ним кто-то заговорил: — Лучше не пить из фонтана, там плохая вода.
Юноша даже вздрогнул от неожиданности. Говорившим оказался молодой, не многим старше самого Ирбиса, белокурый парень в монашеской сутане. Развернувшись к нему, юный зверолюд с запинкой ответил: — Д-да? Нет, я не пить… — и тут же задал интересовавший его вопрос: — Аа… Эм… А почему эти деньги никто не забирает?..
Он даже указал на фонтан, и только вспомнив об одной немало важной вещи добавил: — З-здравствуйте…
Тихо хохотнув от вопроса парнишки, монашек начал отвечать: — И тебе здравствовать. Причиной тому является то, что обычно монеты кидают и загадывают желания, глупая, но ничем не опасная традиция. И вот когда ты достаешь деньги из фонтана, то ты словно отменяешь выполнение желания того, кто эту самую монету кидал. Да и тут рациональный подход есть. Ты сможешь на обычной работе, обычным простым рабочим заработать за час больше, чем лежит в этом фонтане. Да и выглядит это не культурно.
Ирбис выглядел озадаченно. Традиция с выбрасыванием денег и загадывание желаний была ему не понятна. В прочем одно он уяснил точно — эти монеты из фонтана брать не стоит. Тем временем собеседник задумчиво рассматривал молодого зверолюда.
— Как вижу, ты тут не местный? Может тебе помочь? Ты выглядишь достаточно молодо для одиночного путешествия, ты потерялся?
Запоздало отстранившись от каменной чаши фонтана, юный путешественник сделал пару шагов, приближаясь к светловолосому человеку.
— Д-да, то есть нет, то есть да… — Ирбис запнулся, запутавшись в ответах на вопросы. — Впервые в городе. Эм… Заблудился, пока искал место для ночёвки. Я один путешествую, меня никто не терял… Вот, — зверолюд подумал, что монах решил будто его потеряли родители. Даже стало обидно. Он немного насупился, но заострять на этом внимание не стал. Были более насущные заботы: — Я искал где в городе можно переночевать. Можете провести, или подсказать, как пройти такому месту? Пожалуйста… — последнее предложение было сказано виноватым тоном. Что поделать, он действительно заблудился и нуждался в помощи. Монашек мягко улыбнулся.
— Нынче в городе гостиницы и трактиры переполнены. Свободных мест может и не быть вовсе. Но ты можешь найти приют в обители богов, — он указал на высокое здание позади себя, оказавшееся большим собором.
— В храме всех Богов мы бесплатно предоставляем кров нуждающимся. Прошу, пойдем со мной… — Ирбис неуверенно кивнул, и следуя за молодым человеком, поднялся по ступенькам.
Большие врата храма были распахнуты настежь, через них в обе стороны неспешно прохаживались служители и прихожане. Войдя вовнутрь, они оказались в огромном зале. Украшенный мозаикой свод потолка поддерживали каменные колонны. В латунных канделябрах и трех ярусной люстре горело бессчетное множество свечей, от чего воздух казался жарким, и немного спертым. Где-то в глубине слышались звуки органа. Здесь царила не обычная, умиротворяющая атмосфера. Сопровождающий провел путника в соседнее помещение, рядом с главным залом.
— Можешь прийти сюда, и переночевать. Днём в соседней зале мы кормим нуждающихся, но сегодня это время уже прошло… — пояснил ситуацию молодой монах. Зверолюд оказался в большой комнате со множеством, постеленных прямо на каменном полу, спальников, и с потухшим очагом у дальней стены. Тут уже было несколько гостей. О том, что они являются бездомными говорил не только их внешний вид, но и специфический запах, который было трудно не заметить весьма чуткому носику зверолюда.
 
— С-спасибо вам… Но я хотел еще парад посмотреть. Можно придти сюда попозже? Вот… — мальчишка поблагодарил помогшего ему человека. Нет, в общем-то он не был против соседства с бездомными. Куда большие опасения вызывала сохранность собственных вещей. Но сейчас хотелось уйти.
— Конечно. Благословение богов, и доброй дороги.
Они вместе вышли из ночлежки, вновь оказавшись в главном зале. Немного помявшись, Ирбис всё-таки решился спросить: — А можно посмотреть, что там? — парнишка указал вглубь помещения. Монашек благосклонно кивнул. — Да. Дом Богов всегда открыт для ищущих Их мудрости. Но, к сожалению, я вынужден покинуть тебя, и вернуться к исполнению своих обязанностей. Иначе братья будут не довольны, — чуть поклонившись, молодой человек ушел в одно из боковых помещений, а путник приступил к осмотру.
Это был первый раз, когда он оказывался в столь просторном помещении. Идя по левой стороне, он видел как на длинных скамьях молча сидят прихожане, и слушают проповедь пожилого священника, находящегося впереди у алтаря, а чуть правее кто-то играет на органе. В стенах с обеих сторон имелось по четыре ниши, в которых стояли высоченные статуи. Все они были разные, отличались фигуры, одежды, и предметы в руках. Но была и одна общая черта — у всех восьмерых не было лиц, только гладкая каменная поверхность. Вообще-то Ирбис не интересовался религиями, он и сейчас не слушал читаемую священником проповедь, но даже мальчишка знал, что эти статуи символизируют безымянных богов. А ещё до него доходили слухи, о том, что богов куда больше чем восемь. За каждой из статуй находился уникальный цветной витраж, и просачивавшийся сквозь них свет солнца, удивительным образом раскрашивал статуи. Это было воистину красивое зрелище, но насладиться им не позволила внезапно возникшая простая мысль: «Я так опоздаю на парад!» — быстрой походкой, едва не срываясь на бег, молодой зверолюд покинул Храм всех Богов.
Он вновь оказался на улице, с весьма оживлённым движением. И вновь, в полный рост, вставала проблема ориентирования. Осмотревшись, парень заметил пару стражников, стоящих у фонтана. К ним путник и направился.
— Простите, а парад уже начался? — из-под шлемов, него уставились две пары глаз.
— Наверное уже выходят из казарм.
— Да не, вроде рановато ещё.
— Извините, а как к параду пройти? — задал Ирбис, самый важный для себя вопрос, разговорчивым стражникам.
— К площади перед дворцом иди, не пропустишь.
— Там сейчас не протолкнуться, чего он увидеть то сможет?
— А это куда идти?
— Хм… О! Вон эльфов видишь? — зверолюд закрутил головой по сторонам. Один из стражей помог ему обнаружить искомое: — Да вон! Карета их посольская уезжает с десятком сопровождающих всадников. Наверняка во дворец на прием едут. Дуй за ними, только не приближайся слишком близко.
— Спасибо! — крикнул юноша, бросаясь вдогонку за удаляющейся процессией.
Городской люд поспешно расступался, расходился в стороны перед представителями лесного народа. А стоило им проехать, как сразу же вновь сливался в монолитную, гомонящую толпу. Парню удавалось следовать хвостиком за каретой минут пятнадцать, прежде чем людская волна не захлестнула и его. Попытка нагнать невольных провожатых ни к чему не привела. Очень скоро они скрылись из виду, а мальчишка вновь затерялся в большом городе. Он ещё некоторое время пытался найти, куда уехали эльфы. Даже прохожих спрашивал, но в итоге сдался. Благо хоть выяснилось, что парад ещё не начался, и будет проходить где-то поблизости.
Поиски нужного места были прерваны разъяренным криком впереди: — За оскорбление рыцарской чести и дворянской гордости, я сэр Ирвинг из рода Берлинг, вызываю тебя, мразь безродная, на дуэль. Здесь и сейчас! Насмерть!