Начало путешествия (СИ)
— Ну вот и все, — сказал мужчина, подходя к поверженному, распластавшемуся на животе парню, по пути подбирая одну из стрел. Сев на корточки он раздражённо спросил: — Герой, а герой. Тебя родители забыли научить не совать свой нос в чужой вопрос? — с этими словами он ткнул остриём стрелы в тыльную часть левой ладошки парня, медленно углубляя железный наконечник на несколько миллиметров в плоть. Сказать что-либо не получалось, как и вскрикнуть от боли. Язык не слушался, только начало клонить в сон. Боль от вонзившейся в руку собственной стрелы ощущалась как-то приглушённо, отстраненно.
Отойдя в сторону мужчина подобрал и надел свою широкополую шляпу, а после вернувшись присел на корточки перед самым лицом парня, продолжая поигрывать при этом стрелой, крутя ее между пальцев.
— Все так хорошо начиналось. Вот вроде все предусмотрел, подготовил… Так нет же. Нужно было вылезти какому-то сопливому герою, и пустить все дело под откос! — раздражённо рявкнул Алард, при этом легонько ткнув Ирбиса в нос наконечником стрелы. Но парню уже было все равно. Натянутые до предела нервы лопнули словно нить, и что-то удерживаемое ими до этого момента рухнуло в незримую бездну. Эмоции ушли словно выгорев, оставляя только зияющую пустоту. На их место пришла апатия. Юноше уже больше не было дела до происходящего вокруг. Он безучастно наблюдал за разглагольствованиями победителя.
— Нашли! Нашли их!
Собиравшийся ещё что-то сказать лже-курьер обернулся к подбежавшему бандиту, который недоуменно уставился на человека и зверолюда, находящихся посреди промерзшего, покрытого изморозью пятна земли.
— Поймали? Всех?!
— Ага…
— Где они?
— Так это… Тут рядышком…
— Ты можешь внятно ответить? — раздраженный мужчина поднялся на ноги, и сложил руки на груди, однако стрелу так и не выбросив.
— Это… На юге, в сторону дороги… Они ж крысы городские, без света ночью в лес удрали, — прозвучала усмешка разбойника, — ну вот и свалились в первый же овраг. Мужик ещё ногу сломал, там и остались, выбраться не смогли. Девчонка заголосила, мы их и нашли.
— Чудесно! — явно обрадовавшийся Алард зажав стрелу между пальцев хлопнул в ладони.
— Отлично. Меняем планы! Кончайте всех прямо там.
— Дак это… Девочку тоже чтоль?.. Не по-людски как-то… — замялся разбойник.
— И девочку тоже. Сопляк нас подслушал, кто знает чего им разболтал. Не стоит рисковать… Пусть все семейство сгинет. Так надёжнее.
— Так это, кто ж согласится то… — не унимался бандит.
— Понятно… Сам с ней разберусь, а вы остальных убьете. Все ясно?
— Так-то да. Пойдет.
— Тогда иди, я тут закончу и приду. Хотя постой, мужика до моего прихода не убивайте. Пару слов скажу ему напоследок, — кивнув разбойник убежал прочь.
— П-п-п-ощ-щадите… е-её… п-п-пож-жалуйс-ста… — из последних сил, стуча зубами от холода, кое-как просипел Ирбис. Алард удивлённо воззрился на него, а затем вновь присев рядом с печалью в голосе сказал: — Какой благородный герой. Увы, теперь не могу, она может что-то знать.
— О-она… с-с-спал-ла…
— Это только твои слова. Вдруг врёшь?
— Н-не… Вр-р-ру…
Алард вздохнул.
— Сам не хотел ее трогать, но влез сопляк какой-то, — как бы указывая на того, о ком идёт речь, мужчина ударил оперением стрелы по лбу паренька, — а теперь ребенка убивать, даже двух…
Задумавшись он замолчал.
На минуту повисла тишина.
— Ты ведь у нас герой, да? Как тебе такая история: Молодой Дайн смог ночью избавиться от веревок, и освободил пленников оказавшихся поблизости. То есть меня и ту четверку. Ты хотел освободить и остальных, но семейка плюнув на попутчиков сбежала в лес… А мы с тобой остались спасать остальных, мол всех нас бандиты убить собирались. Ты геройски вызвался отвлечь бандитов на себя, и вполне успешно! Я тем временем освобожу остальных караванщиков, и мы вместе сбежим. Как тебе такое? Кое-что нужно доработать, охрану к вещам поставить хорошую, чтоб подобно тебе при побеге мы оружием не обзавелись… Ты для них Героем станешь!
Ирбис лишь подавленно молчал.
— Взбодрись, мы даже выпьем за тебя когда все закончится!
Умирать не хотелось несмотря ни на что. Хватаясь за последнюю оставшуюся соломинку мальчишка прохрипел: — Т-ты об-б-бещал от-труст-т-тить…
Опять повисла гнетущая тишина. Затем задумчивый, что-то для себя решивший, Алард встал, и начал неразборчиво бормотать себе под нос. Разведённые в стороны руки, с по-прежнему зажатой меж пальцев стрелой, засветились мягким жемчужным светом. Через десяток секунд свечение сорвалось с пальцев человека, и проплыло за спину лежащего на животе парня. Раздался едва слышный хлопок, будто лопнул мыльный пузырь. Повернуться и посмотреть он не мог, промерзшее тело не слушалось.
— Откровенно скажу: не хочется тебя убивать. Одной девочки по горло хватит. Но отпускать рискованно… Хотя ты ведь "никто". Пусть твою участь решит судьба. Да? Если выживешь — забудь о произошедшем. Не вздумай трепать языком о случившемся. Иначе в миг окажется, что это ты работал с бандитами. Караванщики, итак, сочли тебя подсадным. Я об этом позабочусь… — закончив последний монолог Алард со всей силы пнул Ирбиса в грудь. Этого хватило чтобы тельце зверолюда отлетело назад, прямо в жемчужное марево портала.
— Не засыпай, Герой! — было последним, что услышал юноша. Где-то рядом упала брошенная вдогонку стрела. Чары бесшумно рассеялись.
Ирбис лежал в траве, ощущая спиной тепло земли. Он глядел в светлеющее, озаренное первыми лучами восходящего солнца утреннее небо, а по пушистым щекам, растапливая изморозь, стекали едва теплые слезы. Не было ни сил, ни желания шевелиться. Мыслей тоже не осталось, только обида и горечь терзали сердце парня, а ещё очень хотелось спать. Веки налившись свинцом сами собой начали опускаться. Все вокруг потемнело. Оставался лишь один огонек в дали. Мерцая он постепенно приближался.
«Не хочу умирать…» — подумал мальчишка окончательно закрывая глаза, и отдаваясь в теплые, уютные объятия сна.
— Нашли…
— И правда тут.
— Сюда!
Его кто-то тормошил за плечи. Тратя остаток сил зверолюд приоткрыл глаза, увидев перед собой бородатое лицо мужика из деревни.
— Живой он, но холодный как ледышка.
На этот раз сознание окончательно покинуло зверолюда.
***
Из-за обморожения у Ирбиса поднялась температура. Неделю он пролежал в горячечном бреду, лишь изредка приходя в сознание, но тут же вновь проваливаясь в забытье. А ещё у него было сломано ребро. Очнулся парень укутанный в несколько одеял. Он находился в чьём-то доме, и хозяйка была рядом, хлопоча по хозяйству.
— Ч-что… Где я?.. — тихо спросил юноша, ещё не придя в себя окончательно.
— Очнулся касатик! — вскрикнула старуха, и выронив метлу кинулась к кровати. Это была Кага. Позже она рассказала как посланные ею деревенские нашли едва дышащего парня в поле на окраине деревни. Как потом отогревали его в бане, и как она сама неделю ухаживала за ним. Произошедшие в лесу события тяжёлым грузом давили на парня.
Пару дней он подавленно молчал, не реагируя на какие бы то ни было вопросы. Понимая что юноша может замкнуться в себе, бабка при каждой возможности пыталась завести разговор, растормошить его. Рассказывала в основном о событиях деревне, и о разных домашних мелочах. И Ирбиса наконец прорвало.
— Из-за м-меня погибли люди… — однажды тихо заговорил он, пока Кага с ложечки кормила его кашей.
— Ох касатик… — начала она немного удивившись тому, что парень наконец заговорил, — тебя это гнетёт?
Ирбис кивнул, натянув одеяло до шеи.
— Ты ведь не сам их убил? — осторожно задала она вопрос, будучи уверенной, что лежащий у нее дома зверолюд никого из разумных в своей жизни не убивал. Парень умолк, ничего не отвечая. Он уже понял что если бы не помог семейству торговцев сбежать, то брата с сестрой наверняка не тронули. А теперь их смерти на его совести.
— Можешь рассказать что произошло-то? Выговорись, глядишь и полегчает.