Укус пары (ЛП)

Карла рассмеялась сквозь кашель, представив, как Барбара называет его обычным геймерским термином. Она даже не хотела знать, откуда Барбара знает это слово.
— И она уверена? — Как будто альфа-самка ее калибра выдумала бы такую информацию. Карла знала, что, вероятно, Барбара права. У нее самой было много детей, так почему бы и нет.
— Да. — Он нежно погладил ее по щеке. С нежностью, на которую она не могла не опереться. — Ты не против?
Он беспокоился о ней. Эта мысль согрела ее сердце. Только Кел когда-либо беспокоился о ней. Она поставила чашку на поднос на ночном столике и улыбнулась ему. Снова появилось свечение. Животное внутри него, прямо под поверхностью. Ей это нравилось.
— Да. Я справлюсь с этим. — И она бы справилась. Перспектива рождения его ребенка превратилась из пугающей в волнующую. Ей не терпелось познакомиться с его миниатюрными копиями.
— Мы, детка. Ты в этом не одна.
Она позволила чувству удовлетворения руководить ее действиями. Возбуждение вспыхнуло в крови. Горячо. Медленно превращая ее потребность в нем в настойчивость. Она запустила пальцы в его волосы и дернула голову вниз. Губы встретились, и между ними вспыхнула страсть. Так было всегда. Как то, что она представляла себе, как Большой взрыв. Комбинация опасных атомов, наконец, объединившихся, чтобы создать новый мир. Их мир. Что-то в этот момент, она не могла сказать, было ли это ее желанием принадлежать ему, или просто его собственная дикая сторона взывала к той части ее, о существовании которой она и не подозревала, но она потеряла всякое чувство терпения. Резким рывком он упал на кровать рядом с ней. Ее кровь закипела от нетерпения. Она извивалась в его объятиях, опрокидывая его на спину и оседлав его бедра, не разрывая их связь.
Мышцы двигались под футболкой, которую она пыталась стянуть с его тела. Твердый стержень его члена прижался к ее ногам. Она захныкала. О, она так сильно хотела его. Больше, чем ее следующий вдох, или даже больше, чем она когда-либо хотела другого мужчину в своей жизни. Реальность заключалась в том, что она никогда не позволяла своим чувствам контролировать ее. Но прямо тогда и там она была бессильна ни перед чем, кроме своей потребности.
Поцелуй прервался, и он впился в нее своими сияющими глазами цвета расплавленного золота. А потом сделал одну из самых сексуальных вещей в ее жизни. Он сорвал с себя футболку, как будто это был клочок бумаги. Материал разорвался в клочья, и через несколько секунд рубашка превратилась почти в лохмотья. Она отодвинулась и помогла ему избавиться от джинсов. Затем она снова оказалась на нем, покачивая своей киской над его членом.
— Милая, — простонал он, — это чертовски сексуально. Но я хочу, чтобы ты была обнаженной.
Его острые когти разорвали ее пижаму и разрезали края трусиков. Ее очень влажные трусики. Он стянул оторванные кусочки с ее промежности, оставив ее полностью обнаженной над ним.
— Это, — он обхватил ее груди и принялся водить большими пальцами по ее чувствительным соскам, — это то, чего я хотел. — Медленно облизнув губы, он сдвинул ее груди вместе, чтобы пососать их.
— Боже!
Молниеносная дрожь пробежала по телу, заставляя ее извиваться над ним. Она застонала и качнула бедрами так, что его член заскользил и полностью пропитался влагой.
Она приподнялась с его бедер и схватила твердую длину одной рукой, одновременно опираясь на руку, давящую на его грудь. Он обхватил ее бедра своими большими руками и помог ей медленно опуститься на член. Дыхание вырывалось из ее горла с каждым дюймом, когда она скользила вниз. Эта поза ставила ее во главе, и ей это нравилось. Стенки киски дрожали вокруг члена. Он, казалось, был гораздо толще, чем в прошлый раз. Так продолжалось и дальше, когда она изо всех сил пыталась дышать, пока он полностью не вошел в нее. Глубоко. Так хорошо.
— Господи… — его стон отразил ее стон удовольствия.
Их взгляды встретились, и она снова приподнялась и опустилась. И еще раз. Она сочетала езду верхом с небольшим покачиванием. Со стоном она прижалась своей киской к его тазу и царапнула ногтями его грудь.
 
Он зарычал.
— Чертов ад!
Боже. Он чувствовался чертовски хорошо. Как огонь, который все рос и рос внутри нее. Нейт помог ей оседлать его, обхватив ее и сжимая ягодицы в своих руках. Каждый толчок вверх и вниз, казалось, клеймил ее изнутри. Его член горячий и твердый. Небольшое движение, и он потер ее в другом месте. Слишком идеально. Ее спина выгнулась, а тело задрожало. Но он только быстрее поднимал и опускал ее. Все быстрее и быстрее. Пока она не выкрикнула его имя, когда оргазм пронзил ее.
Внезапно он оказался рядом с ней, оседлав волны освобождения, громко рыча, когда она почувствовала, как ее тело сотрясают спазмы блаженства. Его член дернулся и наполнил ее своим семенем. Ей потребовалось мгновение, чтобы понять, что она впивается ногтями в его грудь. Он крепко держал ее за бедра. У нее, вероятно, останутся отпечатки от его пальцев в течение нескольких дней. Кого это волнует? Горячая «поездка» стоила любых сексуальных синяков, которые у нее останутся.
Он ухмыльнулся, блеск в его глазах медленно угасал вместе с животным внутри.
— Иди сюда.
Она упала ему на грудь, свернувшись калачиком на его горячем теле, а он все еще был глубоко внутри. Ее ноги дрожали по бокам от него.
— Если ты продолжишь в том же духе, думаю, что в конечном итоге не смогу ходить.
Он издал глубокий смешок. Звук превратил ее сердце в кашу, и любые мысли о сопротивлении растаяли на месте. Например, огромный шоколадный батончик, который купила ей Джордан, который она пыталась есть маленькими кусочками, но проглотила меньше чем за два укуса.
— Что? — Он провел пальцами вверх и вниз по ее спине. — Ты знаешь, что тебе это понравилось.
— Мне это понравилось. Каждое мгновение. Но я думаю, что пройдет некоторое время, прежде чем мои ноги перестанут дрожать.
— Тогда я буду носить тебя на руках.
— Это сработает. Можем мы повторить это после того, как я вздремну? — Она зевнула, внезапно почувствовав усталость.
— Ты только что проснулась, — пробормотал он ей в волосы.
— Ты меня утомил. — Она сонно вздохнула.
Он крепче прижал ее к себе.
— Мне нравится быть с тобой. В тебе. И ты должна понимать, что это никогда не изменится.
Она не была уверена, что верит в это, но часть ее сердца потеплела от этой идеи.
Глава 7
Карла проснулась от звука смеха, доносившегося из ее кухни. И чувства тошноты. Большое спасибо, крошка Спот. Что ж, по крайней мере, с этого момента день может стать только лучше, верно?
Когда она добралась до кухни, то обнаружила, что Джордан, Элли, Николь и Эмма сидят за обеденным столом и едят.
— Эй! А вот и сексуальная мамочка. — Эмма ухмыльнулась, махнув бокалом вина в сторону Карлы.
Дерьмо. Как долго она спала? И что еще более важно, сколько Эмма выпила? Ее глаза казались стеклянными, а щеки порозовели.
— Который сейчас час? — Карла улыбнулась, наслаждаясь ароматом лимона и меда, доносящимся до ее носа от чая, который Барбара передала ей.
— Время ужина. — Джордан разломил печенье на части. — Ты долго спала, девочка.
— Наверное, я и не подозревала, что так устала. — Или что секс с Нейтом так сильно истощит ее. Но кого, черт возьми, это волновало, когда ей было так хорошо. Она бы отказалась от сна, если бы это означало множественные оргазмы с мускулистым оборотнем. — Вы, девчонки, видели, как Кел уходил?
— Он пошел домой, сказал, что примет душ и вернется позже. И Нейт отправился к Калебу, чтобы узнать, может ли он чем-нибудь помочь в непосредственной близости, — сказала Элли, отвечая на настоящий вопрос, который хотела задать Карла.
— Спасибо. Интересно, чувствовал ли себя Кел хоть немного лучше? — Она выпила еще чая, который успокоил ее желудок.
— Он сказал, что да. И он выглядел хорошо отдохнувшим. Он также сказал, чтобы ты знала, что Касс уже в пути.