Вопреки запретам (СИ)

— Ты чушь не неси, — смотрю на друга и не до конца понимаю о чем он.
— Ну ну. Ты бы свою рожу видел сейчас.
Выходим к машине. Мы с Михой садимся на передние сиденья, а Лера сзади. Пока она объясняет куда ехать я все возвращаюсь к вопросу друга.
“Как вас угораздило влюбиться?”
Ну с Андрюхой то все понятно. Тот как Арину свою увидел, так похоже сразу и влип по полной. Накосячил конечно с ней не мало, но смог разрулить все. У них и свадьба скоро. Даже не верится, что это наш друг, который был самый отвязный и гулящий. А совсем скоро станет примерным семьянином.
Только с какой стати Миха меня в эту касту записал? Да и вообще Лера не в моем вкусе. Это просто от отсутствия секса в последние дни. Надо найти девочку с опытом и хорошенько оторваться с ней. Тогда вся эта чушь из головы выйдет.
Вот только, как начинаю представлять любую девицу рядом, то почему-то она моментально приобретает образ Леры и смотрит своими голубыми глазами.
Что за черт?!
В сердцах бью кулаком по панели машины, которая недовольно хрустит.
— Саня, с тобой все в порядке? — поворачивается ко мне Миха.
— Да все отлично, — отвечаю резко.
— Мы приехали. Машину лучше оставить здесь, — вырывает Лера из моих хмурых мыслей.
Сейчас некогда думать о всякой ерунде. Надо сосредоточиться на деле.
Лера поясняет, что мы с обратной стороны их коттеджного поселка. Здесь можно пройти на территорию, минуя охрану. Мы осторожно перебираемся через забор. Мне хочется поддержать и помочь девушке, но она отвергает мою помощь. А вот на Михину руку опирается, когда он подает. И меня это откровенно бесит. но выяснять отношения сейчас — последнее дело.
Мы двигаемся между элитными домами, стараясь не привлекать внимания, пока не подходим к одному кирпичному забору. Я даже не заметил в нем двери, но Лера что-то сделала и в стене образовался проход. Ого, а у генерала домик с секретом.
Осторожно движемся, под изгородью из живых цветов, прикрывая Леру с двух сторон. Думаю, что между нами ее практически не заметно. Желательно конечно, чтобы и нас никто не заметил. Если здесь есть кто-нибудь.
До дома по участку проходим спокойно и останавливаемся у неприметной двери с задней стороны дома. Лера снова что-то колдует с дверью и она поддается. Как я понимаю, то мы оказываемся в каком-то подсобном помещении, но свет не включаем. Идем за девушкой на ощупь. Проходим в какой-то коридор и впереди возникает мужской силуэт с пистолетом в руке. Я машинально прячу девушку за спину, выходя вперед.
— Папа?
Глава 19
Лера
— Папа? — шепчу я. Или у меня глюки?
Отталкиваю Сашу, который закрывает меня собой. Он пытается остановить меня и снова спрятать. Но я уже вырвалась.
Подбегаю к мужчине в проеме и от счастья бросаюсь ему на шею. Папа подозрительно хрипит и оседает на пол.
— Папа! Папа! Что с тобой? — чувствую как мои руки становятся влажными. Смотрю на них и вижу кровь.
Саша с Мишей подхватывают отца и несут в дом. Укладывают на диван. Папины глаза закрываются и он теряет сознание.
— Нужно срочно врача! — кричу я.
Я только что увидела, что мой отец, который считался мертвым оказывается жив. Я не могу потерять его!
— Иван Тихонович! Что за неугомонный человек, — заходит в комнату Олег — мой дальний брат, которого я видела на похоронах, — сказали же не вставать с постели.
Сразу же за ним идет человек в белом халате. Но я уже никому не доверяю и боюсь за папу.
— Олег, что здесь происходит? Кто с тобой? И что с папой? — спрашиваю, срываясь на крик.
— Лера, успокойся. Я очень рад, что ты нашлась. Сейчас дяде Ване очень нужна медицинская помощь. В больницу он ехать категорически отказался. Идемте поговорим, — оглядывается на моих спутников, — пусть врач делает свое дело.
— Но папа…, я не могу его оставить в таком состоянии.
— Не переживайте. Он просто еще очень слаб после ранения. Сейчас остановлю кровь, поставлю капельницу и все будет хорошо. Его жизни уже ничего не угрожает, — утверждает врач.
— Хорошо идем, — неуверенно произношу и мы с мужчинами выходим из комнаты и перемещаемся на кухню.
 
Я кажется целую вечность не была в нашем доме. Так по нему соскучилась. Все, что здесь есть выбрано мной или мамой. Поэтому я безумно люблю наш дом. Каждая вещь в нем подобрана с душой.
На кухне начинает хозяйничать Олег, разогревая чайник. А я пока не понимаю как себя вести и что вообще происходит.
Саша всегда держится ближе ко мне. Будто хочет защитить, если кто-то бросится нападать. Но это же Олег — он родной человек.
Усаживаемся за стол. Только Саша остается стоять за моей спиной. Меня немного смущает его близость. Я не могу до конца сосредоточиться, потому что чувствую его пристальное внимание.
— Лера, ты хорошо знаешь этого человека, — спрашивает у меня Саша.
— Да, конечно. Знакомьтесь. Олег — старший лейтенант ФСБ, по совместительству мой брат, — представляю мужчин друг другу, — а это Александр и Михаил — они боксеры.
Они немного недоверчиво жмут друг другу руки. Олег все-таки хоть и военный человек, но выглядит менее грозно, чем мои сопровождающие. Зато видно, что Олег абсолютно спокоен и расслаблен. А мы внимательно смотрим на него в ожидании объяснений.
— Я вчера вечером ездил по просьбе генерала к бабушке, где ты была, но она сказала, что ты ушла. Дядя Ваня был уверен, что пока ты рядом с Александром, то в безопасности. Не знаю почему, но он смог доверить Лерку тебе, хотя на дядю это не похоже, — говорит смотря на Сашу.
— Олег, а с папой то что? — задаю самый волнующий вопрос.
— У него огнестрел в плечо. Была задета артерия и он потерял много крови, но сейчас опасности нет. Просто нужен покой, а лучше в больницу. Он сказал, что пока ты не вернешься не поедет.
— А кто стрелял то?
— Виктор Викторович Железняк. Он выстрелил в грудь и в плечо, поэтому был уверен, что убил. Он не знал, что на дяде Ване был бронежилет. А я по плану генерала давно к нему в доверие втерся. Поэтому он мне как своему человеку позвонил, чтобы я выдал смерть как сердечный приступ.
С каждым словом Олега мне становится все страшнее. На глазах сами по себе проступают слезы. А если бы он папа действительно погиб? Не зря моя интуиция подсказывала, что папа жив.
— Хорошо, что я сразу примчался сюда. Генерал оказался жив. Я быстро загрузил его в машину и отвез домой к знакомому врачу. Но в сознание дядя Ваня пришел только вчера в обед. А до этого мне пришлось инсценировать его похороны, чтобы полковник Железняк не завершил начатое. И тебе я не мог сообщить. Так как не знал где ты. Вот в итоге вчера как только генерал пришел в себя, то сразу все завертелось. Он сказал где все улики против Железняка, сообщил где искать тебя. Полковника то взяли, а вот тебя нигде не нашли.
— А мы в это время сбегали с дачи полковника, — говорю, пытаясь переварить всю информацию.
— Лерка, теперь выдыхай. Опасности больше нет, — Олег подходит и обнимает меня за плечи.
Утыкаюсь ему в грудь и тихо плачу. Все-таки последние дни совсем лишили меня сил.
— Спасибо тебе, Олег. Я не знаю как бы я жила, если бы папы не стало.
— Не за что тут благодарить. Тебе самой может нужна какая-то помощь?
— Со мной все в порядке. Я к папе пойду.
Оставляю мужчин на кухне и возвращаюсь в комнату, где оставили папу с врачом. Сажусь на диван рядом с папой, беру его за руку. Хочется крепко прижаться, но боюсь, что опять может открыться кровотечение.
— Лерочка моя, — открывает глаза папа.
— Папа, я тебя очень люблю. Ты меня сильно напугал.
— Дочь, я все говорил, что брошу службу и никак не решался. Теперь я обещаю, что уйду. Дай мне несколько месяцев завершить все дела и я буду гражданским человеком.
— Ты главное поправляйся, — ложусь аккуратно папе на грудь, а он тихонько поглаживает мне волосы.
— Прости меня, дочь. Я когда-то не смог уберечь твою маму, а теперь подверг опасности тебя. Обещаю, что больше этого не повторится.