Вопреки запретам (СИ)

Во снах я вижу такое желанное тело, это красивое лицо с огромными глазами. И каждый раз во сне я прям чувствую как ласкаю ее, как довожу до пика наслаждения. Как она отдается мне и душой и телом.
Вот только просыпаюсь как от удара по голове. Понимая, что все это не реально и так быть не должно. Но Лера плотно засела в мои мысли. Как бы не пробовал я сбежать от нее.
Впервые со мной такое. До боли хочется только одну девушку. Остальные в момент стали мне безразличны. Может это просто от того, что она для меня недоступна? Вон, можно сейчас на улицу выйти и пачками прибьются. А она не такая. Она особенная.
Уже несколько дней не видел Леру. Думал, что так будет проще забыть, но не получается. И что делать теперь даже не пойму.
Позавчера вечером встречался с ее отцом и он сказал, что осталось потерпеть пару дней. А как я буду жить после? Просто взять привезти ее к отцу и забыть? Это конечно самый идеальный вариант, но похоже, что у меня уже так не получится.
Делаю себе свежевыжатый сок и включаю телевизор. Редко я его смотрю, но сейчас надо хоть как-то отвлечься от этой мелкой занозы. Ведущая новостей о чем-то вещает, а у меня никак не получается сосредоточиться на ее словах.
Но тут появляется такая новость, что я начинаю ловить каждое ее слово. Сообщение о смерти генерала от сердечного приступа.
Но я же был у него в тот вечер и он был абсолютно здоров. Какой сердечный приступ?!
Бл***, а если Лера уже видела новости? Как она сейчас?
Надо срочно ехать к ней. Вот только не знаю стоит ли ей говорить об этой новости, если она еще не в курсе.
А может лучше сначала узнать все подробно про генерала? Чтобы не нагонять панику. Но как узнать то? Подъехать к конторе и спрашивать: “А это правда, что генерал Кравц умер?”. Сомневаюсь, что мне кто-нибудь расскажет что-то новое, чего нет в новостях.
Быстро собираюсь и выезжаю в поселок. На душе как-то тревожно. Не хочу я верить в смерть генерала. Пусть он для меня и чужой человек, но мужик нормальный. За дочь свою любого загрызет. И тем более, как я понимаю, у Леры остался только он. Не знаю, где ее мать, но ее присутствия совсем не видно в жизни девушки. Ни одного упоминания про маму не было.
Я как-то хотел спросить, но не решился. Мы еще не настолько в доверительных отношениях, чтобы лезть друг другу в душу.
Ловлю себя на мысли, что мне очень хочется, чтобы Лера мне доверяла. Да, я и правда хочу знать про нее все. Про ее жизнь, какие у нее желания. Мне просто интересно все, что с ней связано.
Подъезжаю к дому и быстро выскакиваю из машины. Бабушка встречает меня на улице.
— Здравствуй, баб Маш. А где Лера? — сразу спрашиваю я.
— Не знаю, Сашенька, — расстроенно говорит она, — вот утром проснулась, а ее нет. Только записка.
Заходим в дом. Бабуля все причитает, что не уберегла “глупышку”.
Нахожу на столе записку: “Баба Маша, спасибо большое за все, что Вы для меня сделали. У меня никогда не было бабушки, поэтому, если можно, то я Вас буду называть своей бабулечкой. У меня все хорошо, просто сейчас нужно срочно уехать. Не переживайте. Скоро приеду в гости. Целую Лера”
— И что теперь делать, Саша? — чуть не плачет бабушка.
— Не знаю. Надо ее найти. Я тут в новостях увидел, что ее отец умер. Думаю, что она тоже это узнала. Вот и уехала. Только куда?
— Да она вчера как раз телевизор смотрела, когда я спать пошла. Ну почему же мне ничего не сказала? — разводит руками баба Маша.
— Думаю она поехала или домой или на кладбище, — выдвигаю предположения.
— Ищи ее на кладбище, сынок. Только лучше поторопись. Кроме тебя никто не спасет бедную девочку.
— Ладно, бабуля, я поехал. Первым делом и правда на кладбище заеду.
— Езжай, а я за вас молиться буду.
Мчусь как сумасшедший. Ощущение, что боюсь опоздать. Хотя сам не понимаю до конца, что теперь грозит Лере. С помощью нее же хотели воздействовать на отца. Но если он мертв, то наверно и Лере ничего больше не угрожает. Вроде все так, но все-равно страшно за нее.
Подъезжаю к кладбищу и сразу понятно, где проходят похороны генерала. Народу очень много. Большинство в форме, но и в гражданке много людей. Притормаживаю в стороне от всей этой толпы. Среди присутствующих Леру не вижу. Если она решила, что все закончилось и решила больше не скрываться, то должна быть в первых рядах. А там ее нет. Значит может где-то издалека наблюдать.
 
Выхожу и иду, будто ищу нужную мне могилу. Когда уже прилично удаляюсь от всех, то замечаю, на одной лавочке у могилы небольшую фигурку в черном костюме. Судя по тому, как сильно начало стучать мое сердце — это она.
Но сзади к ней продвигаются двое здоровых парней. Лера их точно не видит. Я только собираюсь крикнуть ей и бежать на выручку, как слышу за спиной хлопок.
Боль в ноге и слабость во всем теле.
Темнота…
Глава 13
Лера
Сквозь сон слышу какие-то голоса и шум. Только все это будто далеко. Глаза открыть не получается, хоть я и стараюсь.
Проходит наверно несколько минут прежде, чем мне удается открыть глаза. Пытаюсь сфокусировать взгляд, но все немного плывет. Вижу только очертания людей.
— Ну вот и проснулась, моя красотка, — улавливаю знакомый голос.
Картинка постепенно проясняется и я вижу перед собой дядю Витю. Того самого полковника, что говорил речь на похоронах и друга моего отца.
— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает он ласково.
— Пойдет. Только пить очень хочется, — озираюсь по сторонам и понимаю, что мы на его даче. Я тут бывала неоднократно.
Мне сразу один из присутствующих мужчин приносит воду. Осушаю стакан и чувствую себя лучше.
— Что я здесь делаю?
— Мои люди увидели тебя на кладбище и мы решили спрятать, — говорит полковник.
— А мне что-то угрожает? — спрашиваю аккуратно.
Дядя Витя садится рядом со мной на диване. Он ведь друг отца, который вероятно переживает за меня. Но я не вижу привычного тепла в его глазах. А только холод. Хотя он и говорит все с нежностью в голосе. Но мой внутренний голос не верит ему.
— Ну на тебя же покушались. Да и раз отец прятал, то значит опасность есть. Ты я так понимаю в курсе, какое горе произошло?
— Да, — меня очень напрягает этот разговор.
— Я понимаю, как ты переживаешь. Для меня это тоже большой удар. Иван мне был как брат. Поэтому и ты мне не чужая. Я всегда готов помочь тебе. Поэтому предлагаю тебе остаться здесь, пока я не улажу все вопросы, которые не успел Иван.
— Хорошо. Дядь Витя, скажите, а отец правда от сердечного приступа умер? У него же не было проблем со здоровьем, — спрашиваю в надежде на чудо.
— Да, я тоже в шоке. Он же никогда не жаловался. Ты ведь знаешь, что его даже во время простуды нельзя было заставить лечиться. И он всегда отмахивался, говорил, что никогда не болеет.
— Вы правы, — подтверждаю я и слезы непроизвольно катятся из глаз. Неужели это все правда?
— Лерочка, ты поплачь, отдохни здесь. Не бойся, я найду этих гадов, что тебе угрожают. Только мне нужна твоя помощь. У Ивана в сейфе есть документы, которые мне могут очень помочь в этом. Ты знаешь пароль от него? — спрашивает, заглядывая мне в глаза.
Конечно я знаю пароли от всех папиных сейфов. И даже понимаю, про какой сейф он говорит. Это тот, который у папы в кабинете. Он на виду у всех, но там очень сложная система безопасности, так что открыть его не так то просто, если не знать пароль. Но у нас дома есть еще один сейф, где папа и хранил все на самом деле важное. А вот про него уже никто кроме меня не знает. Вот бы мне попасть домой и самой открыть его. Тогда бы я и поняла кто на меня охотится.
— Дядь Витя, я сейчас мало что вообще понимаю. Папа мне не говорил пароль, — почему-то мне очень не хочется сейчас вываливать все полковнику.
— Конечно, ты устала. Да и такой стресс. Отдохни и подумай, какой пароль мог поставить Иван. Ты нам очень поможешь и мы быстрее найдем твоих обидчиков, — кажется, что он мне не поверил, а только сделал вид, — мне сейчас пора ехать, а завтра утром я снова к тебе заеду. Отдыхай солнышко. Если что нужно, то говори ребятам. Они все для тебя сделают.