Враг общества (СИ)

— Какое место? — не понял я.
— На очную ставку. Расскажешь нам, как вломился в башню, как охрану перебил, и как бомбу заложил.
Интересно, как они собрались проводить очную ставку в здании, которого больше нет? Честно говоря, вся эта история воняет… Говном. Причем я, кажется, в этом говне уже примерно по колено.
Да ладно на самом деле, кому я пизжу. Я в этом говне по шею, причем ровно с тех пор, как нарвался на драку на выходе из клуба после концерта.
— Эй! — послышался у меня за спиной женский голос. — Куда вы его повели?
Я обернулся и увидел рыжую девушку-майора, которая со всех ног бежала в нашу сторону по коридору. А вот теперь я чувствую не только запах, но и вкус говна. Интересно дела оборачиваются.
— Не лезь не в свое дело, — ответил один из капитанов, развернувшись. — У нас есть санкция руководства.
— Какие санкции, ты о чем вообще? — закричала она. — Это мое дело, мой подозреваемый. И вообще, он важный свидетель в другом деле, ему нельзя покидать участок.
Ну, сейчас или никогда! Надо действовать.
Я рванул вперед, обхватил голову одного из своих конвоиров руками, уперев цепь наручников ему над кадыком, резко рванул в сторону. С хрустом лопнули шейные позвонки, тело легавого обмякло, и он повалился на ступени лестницы.
Перелом шеи. Мгновенная смерть.
— Ах ты, сука! — крикнул второй, резким щелчком открыл дубинку и обрушил ее на меня.
Я подставил под удар «базуку», вибрация прошла по всему телу, от руки до кончиков волос. Но кибернетические руки выдержали, а я зацепил дубинку цепью от наручников, скрестил руки, не давая ему замахнуться во второй раз и тут же, что было дури, врезал коленом между ног.
— Падла блядская! — на выдохе произнес он.
Одним движением я вырвал дубинку у легавого, стряхнул ее в ладонь и хорошенько приложил его. Полицейский попытался закрыться предплечьем, но после удара его рука повисла плетью, а сам он дико заорал.
Перелом левого предплечья. Нарушение подвижности конечности.
Второй удар пришелся ему по голове. Глаза его закатились, и он упал, по волосам потекла кровь.
Черепно-мозговая травма. Сотрясение мозга. Потеря сознания.
Я сбросил дубинку, наклонившись, достал ключи от наручников из кармана полицейского, и через несколько секунд был уже свободен.
Выпрямился и уставился в ствол пистолета, который держала в руках Анастасия.
И только сейчас до меня дошло, что именно я сделал. Я отправил в переработку полицейского. Раньше я убивал бомжей, бандитов, других наемников, оперативников СБ корпораций. Но я еще ни разу не тронул легавого.
А теперь… Теперь пути назад уже не будет. Да, у него явно были на меня какие-то мутные планы. Скорее всего эти опера соблазнились наградой, которую дают за мою голову, решили вывезти меня якобы на очную ставку, а там продать одному из решал. Рассказать, что на них напали, а меня отбили, и все, максимум, что им грозит — это выговор. Да даже если они вылетели бы из полиции, то с полутора миллионами на брата, а скорее всего и больше, ведь за живого обычно платят щедрее.
Но все равно. Я прошел очередную точку невозврата. Я зашёл за грань уже так далеко, что перестал ее видеть.
— Ты не станешь стрелять, — сказал я, лихорадочно соображая, что же мне делать.
— С чего ты это взял? — спросила Анастасия, продолжая в меня целиться. ПЛК в ее руках ни капли не дрожал, тренированная.
Я положил руку на дверную створку.
— Потому что Князь вернулся, и он утопит этот город в крови. И только у меня есть хоть какие-то шансы его остановить.
— Правда? — спросила она. — Ты думаешь всей полиции города не хватит, чтобы остановить одного наемника?
— А вы смогли сделать это двадцать лет назад?
У нее дернулся глаз. Кажется, я попал в самую точку.
— Руки за голову, — проговорила она. — Два шага назад и лечь на землю.
И тут я резко захлопнул дверь. Из помещения раздался приглушенный выстрел, пуля ударила в створку, заставив ее противно зазвенеть, но не пробила толстого металла.
Я навалился на дверь плечом, схватил одного из капитанов, валяющегося без сознания, и привалил его к створке. Сделал то же самое со вторым трупом. Это, конечно, особо ее не задержит, но даст мне немного времени.
 
В дверь ударили сильно, с разбега, но я надежно держал ее. Наклонился, выхватил из кобуры легавого пистолет, засунул его за пояс, достал ключи от машины, надавил на кнопку, и увидел, как одна из припаркованных рядом «Лад» мигнула фарами. А ведь это не служебная машина, личная. Ну что ж, она даже лучше подойдет.
Последним, что я взял, оказался тощий бумажник. Все, пора идти, потому что со стороны будки дежурного в мою сторону уже бежал человек в форме.
Я рванул с места, обежал машину, открыл водительскую дверь и запрыгнул внутрь. Приложил ключи к замку зажигания, тачка завелась.
Осмотрелся. А ведь так себе машинка, салон засранный, да и вообще обшарпанное все какое-то. Даже моя ласточка, брошенная на стоянке у отеля «Регина» смотрелась презентабельнее.
Дверь управы распахнулась, и наружу выбежала Анастасия, больше похожая на разъяренную фурию. Она тут же бросилась ко мне, открыла дверь машины и снова наставила ствол мне в лицо.
— Руки с руля! — приказала она. — За голову! Выйти из машины.
Она подошла слишком близко. Впрочем, и тут имелся риск, что я просто утоплю педаль газа и уеду, поэтому ей пришлось практически сунуться в тачку.
Я рванул в сторону, схватил ее за предплечье, и с силой ударил о раму. Девушка вскрикнула, пистолет выстрелил, пуля проделала в боковом стекле аккуратную дырочку. Блядь, чуть в башку не попала!
Анастасия набросилась на меня, попыталась ударить свободной рукой, но я схватил ее за горло и сдавил. Не что было сил, ломать ей гортань и убивать мне не хотелось, все-таки она в отличие от тех уебков показалась мне неплохим человеком. А так, передавливая сонные артерии.
Несколько секунд борьбы, и ее тело обмякло.
Слева раздались выстрелы, и по кузову машины забарабанили пули. Из управы выскочили несколько человек, и открыли огонь.
Я перевел коробку передач в положение «драйв», утопил педаль газа, выворачивая руль. Посмотрел на девчонку. По-хорошему выбросить бы ее из машины, да только не на ходу ведь. Ладно, потом разберусь.
Потянувшись в сторону, я захлопнул дверь с пассажирской стороны.
Проехал по стоянке, снова повернул, прибавил газа и сбил шлагбаум. Меня тряхнуло слегка, девушку гораздо сильнее, она сильно треснулась головой о приборную панель, чуть не упала на коврик. Но в сознание не пришла, и это было хорошо. Потому что единственное, чего мне не хватает — чтобы мешали вести машину.
Выехав на шоссе, я снова утопил педаль акселератора. Хорошо, что утро, движение в центре города в это время не такое уж и сильное, и можно хорошенько разогнаться. Заодно и меньше шансов, что кто-то пострадает.
Доехав до перекрестка, я резко вывернул руль, пустив машину в занос и войдя в поворот практически боком. Снова рванул колесо, но уже в другую сторону, выравнивая тачку, доехал до следующей развилки, проскочил на красный свет. За спиной уже выли сирены, но в экране камеры заднего вида полицейских пока видно не было. Может быть, получится оторваться, и обойдётся без погони?
Снова повернул, а потом еще и еще. Я петлял, словно волк, убегающий от охотников, если, конечно, где-то в этом мире еще остались эти хищные звери, не считая тех, что ютятся в тесных клетках зоопарков и выступают в цирке.
Я поменял направление движения еще дважды. Сирены потихоньку стали тише, а скоро совсем замолкли. Кажется, вырвался.
Нужно избавиться от машины и найти себе укрытие.
  
Глава 4
 
Это была дрянная ночлежка в одном из самых грязных районов города. Не Квартал, конечно, но без пушки на улице тут лучше не попадаться. И даже с оружием не высовываться на улицу по ночам.
Впрочем, у этого места был один плюс. Тут не задавали вопросов, только плати деньги. В кошельке убитого мной капитана нашлось полторы сотни рублей, чего как раз хватило на суточную аренду номера. Да, похоже, что я был прав, и дела у полицейского шли хреновенько. Может быть, именно поэтому он и решился на то, чтобы сдать меня. Разбогатеть за один день, кто от такого откажется?