Махинации самозванца
А дальше всё само собой сложилось. Кожаный мех с наливкой тому способствовал. Не знаю, что там было за пойло, по вкусу градусов пятнадцать. Впрочем, я когда-то то же самое заявлял про восьмидесятиградусный самогон по особому рецепту у двоюродного деда…
На ум не просилось ничего особо умного, пошла банальщина на рыбалке.
Чёрный ворон, что ж ты вьёшьсяНад моею головой…Сиди и не парься…Не подавай вида…Протягивая слова, запел я по-русски.
– Если начнётся, сбегай… – прокашлялся и перешёл на местный язык: – Не поётся… Тебе так не кажется, Каяр?
Он не подал вида, что понял. Я бы на его месте понял бы. А значит, и он понял. Понял не смысл пропетого, а то, что я ему не доверяю, и подал какой-то знак девице. Хотя кто его знает, может, и не понял…
По крайней мере, Алёна, умница, не подала вида, что я что-то пропел. Временами дура дурой, а временами такая умница. Впрочем, это обычная русская женщина. Всё как обычно.
Когда появились Гумус и Ивар, с двумя наёмниками, я кивнул им, чтобы присели. Чуть позже пришёл Гевур. Насчёт Гумуса, толку-то от него с его пукалкой. Арбалет в его руках тем и страшен, когда он в засаде. А тут я его спалил. Какой смысл отправлять на фишку.
– Поговорим? – спросил я, когда наёмники присели.
– Ну раз все здесь, то смысла нет затягивать… Все понимают, почему мы тут. Что вам сказать? Мы в жопе. А вот дальше есть всего два варианта, – говорил я и смотрел на их лица в отблесках костра. Честно, не на лица я смотрел. Лицо – обман. Даже глаза обман, что бы ни говорили многие продвинутые в единоборствах. Глаза редко, но обман. Я смотрел на плечи…
Молчат. Смотрят на меня. Понимают, что я не стал бы вскрывать гнойник, если бы не было решения.
– Начнём с базы… Все видели дым над горами. Понятно, что это горела деревня у врат. А теперь задумайтесь о том, зачем деревню сжигать, если у захватчиков всё проходило легко…
– А ты не ссышь?! Много вас таких, втягиваете во всякую хрень… А мы в ответе! – подал голос Беспалый.
Я усмехнулся. Я понял его.
– И что? Сам-то? Не ссышь? – спросил я. – Я всё понимаю. Есть два вида баронов. Первый сыт и посылает умирать за него. Второй вид вымирающий. Они уходят в первых рядах. И умирают. Как ты думаешь, какой я тип?
– Второй… – спустя несколько секунд молчания ответил Беспалый.
– Хрена ли! Я третий тип. Я подыхать не собираюсь. Там, где надо, пойду в первых рядах. Там, где не надо, подожмусь… – выплюнул я слова. – Я подыхать не собираюсь. С хрена ли я должен им в угоду подыхать?
– Ты нам кобылу за член не тяни. Есть что сказать. Говори! – грубо встрял в разговор Хьюго. Жёсткий товарищ, как и сама его жизнь. Порево лишних слов не для него.
– Ты, безродная скотина… – начал было Ивар, но я его пресёк, пнув по пятке. Наёмники наверняка заметили, но не в этом суть, рыцарь заткнулся. Потом с ним поговорю…
– Мой отец захватил эту долину у орков. Он отбивал её десять лет, если не больше… Удержал. Сломал врагов. А я что, буду хрен сосать у кобылы?! – на одном дыхании выдал я и понял, что говорю не о том. – Я не мой отец. Я недостоин его. Но!
Вырвал флягу из рук Каяра. Отхлебнул. Не то чтобы мне это так надо было, но и резюме пьяного барона надо поддерживать. Отхлебнул и заметил. Алёна косилась на меня сурово, как будто я её мужик и обязался не пить, не ходить по другим бабам.
– Я верну свою долину. С вами или без вас. Клянусь Рарнором, – вытолкал я из себя свой пьяный бред. Выдохнул. Подумал. Усмехнулся. Как они не пересрались только от одного упоминания бога смерти, молчаливого юноши с веткой омелы.
Как бы вам сказать. Я сам офигел от того, что меня услышали. Именно услышали, а не прослушали, как это обычно бывает… После этого разговор переместился в рабочие русло. Последовали вопросы: Что делать? Куда идти? Цель? Цели! А что я мог им ответить? Сам не знаю! Или ещё хуже: как доведётся!
Между делом я кратко обосновал, почему невыгодно меня списать в расход. Всё логично. В именитые группы их в любом случае не примут. Дело не в репутации, а в банальной… Старый лейбл воскресить нереально. У них выбор простой: идти рядовыми в именитые отряды, первыми под кипящую смолу и кипяток, или рискнуть со мной.
Спасибо адвокатишке, что он меня поднатаскал. Если бы не он, то я не знаю, смог бы выкрутиться базаром… Когда появилась Алёна с закуской, я сам офигел. И ведь не придраться к ней. Закуска была в тему, вовремя.
– Я молодец? – только и спросила она. Смотрит на меня. Ждёт ответа. А что я могу ей сказать. Что она дура. Что и без неё найдётся кому принести закуску. Что её убьют, если что-то пойдёт не так. Хотя она всё равно не жилец, если всё пойдёт не так… Так что снимаю все свои слова. Умница.
Сидит. Улыбается. А я виду не подаю, что при некоторых моментах у мужчин тянутся руки за спину. Обычно там кинжал, у самого так.
А дальше начался цирк. Я не ожидал, что так всё получится, и тупо молчал, слушая, как переругивается Каяр и со своим подчинением. Позже Могр включился в ругань. Подполз со своего лежака ближе к костру и такое завернул, что даже я подофигел. Да что там про них, этих матерщинников, даже мелкий и Алёна временами что-то брякали в тему… Вывод один. Никто не знает, как быть.
Когда мне вконец надоел их трёп… В общем, я высказался. Как я говорил, не помню. А вот о чём я говорил, помню. К чёрту лирику и патриотизм, всё кроет банальный прагматизм и чувство мести. Была куча хрени с небольшой тележкой. Это мои сопли про женщин, стариков и детей. Куда же без этой хрени. Сколько лет ни пройдёт, а ими всегда будут прикрываться в своих целях.
Главный упор был на логику. А с учётом логики не всё так просто, как кажется. Признаюсь, на некоторые мысли меня навело посещение в прошлом подземелий замка. В относительно новом замке есть подземный ход. Не понимаете? Вот и я вначале не понимал.
Сознаюсь. Когда я инспектировал долину, мне было не до тайн прежнего владельца. Я тогда думал о банальном, уцелеть, закрепиться, выжить. Мой самозваный батя всегда мыслил в том же ключе. Вывод: неужто такая хитрая лиса не озаботился запасным выходом? Вроде бы ответ на поверхности, есть тайный ход из замка, старый барон был подготовлен, но…
А вот на это «но» только в последнее время я обратил внимание. Бредово, но всё же. Банальный вопрос: «А вот зачем в замке подземный ход, если долина закрыта горами? Зачем вообще стараться что-то рыть, если от захватчиков не спастись?»
Глава 5
О митинге «на подводной лодке» и первой диверсионной операции
Когда пикировка между нами у костра достигла своего финала… В общем, настало время выносить сор из избы. Что бы мы ни нарешали, но мы всего лишь часть от общего. Мнение «мяса» в своей массе решает не меньше, чем наши пертурбации. Гумус собирал деревню, Хьюго и Беспалый – наёмников.
Поясню, почему я решил устраивать митинг в ночи. Обычно такие вещи делаются с утра, когда все отоспались, сняли лишний груз с психики через сон, а тут я так выкаблучиваюсь.
Всё просто. К утру я могу недосчитаться трети своего «мяса». Сейчас перед сном друг другу отведут душу. Глупые будут открыто показывать своё отношение. Умные затихарятся. А наутро часовые поймают самых говорливых, если, конечно, с ним не сбегут…
Вот и приходится на сон грядущий устраивать митинг. Так сказать, пытаться удержать снежный ком до того, как он начал катиться с горы. Елозить грубыми словами по нежным, несколько часов назад девственным душам… Я вот своего первого пару недель активно вспоминал, вплоть до ниточки слюны слева и выпученных неверующих глаз. А потом ещё пару лет пассивно вспоминал по пьяни… После третьего гораздо легче. Просто очередной.
Ивара и Гевура я встретил недалеко от нашего, командного костра. Вышли из-за комеля ёлки, корней выше человеческого роста, подточенных углубившимся оврагом. Семь метров от костра это самое то. В темени, да к тому же в отблесках костра уже не видно, но всё хорошо слышно.