На всех принцев не хватит или Идеальное детство (СИ)

Остановилась возле парочки оркаров и встала к ним спиной, потягивая шипучее вино. Его величество приказал слушать, о чем говорят между собой гости, делать выводы и сразу запоминать тех, чей язык будет непонятен. Тесты у него зашибись — своеобразные. Ну, ничего не мешки же таскать заставил, а за эту легкую прогулку жалование положено. Хотя, что там еще проверять? Я ведь даже древний друидский прекрасно понимала, а друиды вымерли давно. Этот язык здесь что-то вроде латыни, но находятся люди со способностью к его изучению, и трудятся потом в архивах, переводя старинные манускрипты.
— Нашу глиняную посуду лучше всего кайгорцы покупают и эльфаны.
— Да, с гномарями бесполезно торговать, у них все тарелки железные.
Оркары перекинулись парой фраз и расхохотались. Понятненько, пойду дальше.
— Нам надо просить его величество увеличить площадь торговых рядов. И вообще один квартал это мало!
— Точно! Мой брат с семьей тоже хочет переехать, а куда?
Гномари, возле которых я постояла, бурно обсуждали как бы надежней укорениться в Китояре.
И с ними все ясно.
Внимание привлекла яркая худая особа лет сорока, в сиреневом платье увешанная драгоценностями как новогодняя елка и беседующая с низкорослой толстушкой в зеленом. Кайгорка конечно, но уже по привычке приблизилась и прислушалась к разговору.
— Как вы с ними справляетесь? — брезгливо поморщилась толстушка. — Это же стая беспризорников, фу! Шум, грязь, вонь…
— Это дети, дорогая, — высокомерно усмехнулась носительница неимоверного количества украшений. — Что с ними управляться? Приказала сидеть тихо, и сидят. Иначе останутся голодные. Ха-ха… Они у меня пикнуть не смеют, голодранцы!
Меня посетило чувство гадливости. Вроде две лощеные знатные дамы, а говорят презрительно о чьих-то детях. Поискала глазами Лорана и, увидев парня, целенаправленно двинулась в его сторону.
— Как дела, Лиза? — вкрадчиво поинтересовался принц, заодно поиграв бровями, чтобы не потерять навыки сердцееда.
Вроде и не навязывается в кавалеры, но провоцирует в ответ строить ему глазки. Нет, ваше высочество, вы мужчина хоть куда, но мне нужен другой бабник. Как его найти? Знаю только имя и то сокращенное наверно. Я наоборот сосредоточилась и ответила:
— Нормально. Слушай, а кто вон та леди? В сиреневом платье с ней еще пухленькая в зеленом.
— О, это госпожа Гортензия Шарк, но она предпочитает, чтобы к ней обращались только по имени. Гортензия директор королевского приюта.
— Что? Приюта? — Это она о своих воспитанниках говорила? Голодранцы, пикнуть не смеют… Я неверяще тряхнула головой и поинтересовалась: — Почему королевского?
— Потому что он находится под патронажем его величества. Там всего тридцать детей, но они получают самое лучшее.
Я уже догадалась, что они получают, и с кислой улыбкой посмотрела на принца.
— Ты серьезно? Серьезно в это веришь? Она же на акулу похожа! Тем более сейчас так нелицеприятно о детях отозвалась.
— Конечно, Лиза, мы же проводим проверки, — чуть менее решительно ответил парень.
— Интересно как вы их проводите, — иронично хмыкнула, скривив губы.
Бумажки что ли только сверяют? Как можно не заметить что воспитанники затюканные и голодные? Но услышав ответ, обессилено рассмеялась.
— Ну, как и положено, — Лоран взял с подноса проходящего мимо слуги бокал. — Согласовываем день и приезжаем. Дети играют, девочки вышивают. Неумело пока, правда…
— Согласовываете? Может потому и неумело, что вышивают они только в день проверки? — желчно предположила я, уверенная на основании услышанного в том, что с детьми в королевском приюте не церемонятся. — В запланированный день наряжают в новое, выдают игрушки, а после проверки сразу отнимают и переодевают.
— Думаешь? — нахмурился Лоран. — Как по мне так они, правда, забитые, слишком тихие. Ладно, поговорю с папой.
— Вы странные, — глядя поверх гостей, со вздохом сказала я. — Кто же так проверяет? Проверка должна быть внезапной и незапланированной как ураган. Только так выявишь истину.
— Ну, в принципе согласен. Просто госпожа Гортензия говорит, что к визиту дорогих гостей надо подготавливаться. Иначе обижается на недоверие и папа… — задумчиво прищурился принц и воодушевленно произнес: — А давай завтра ты приедешь к обеду, и мы с его величеством поговорим. Расскажешь, как проводят проверки в твоем мире. А то и правда… мне эта Гортензия самому не очень нравится. Скользкая какая-то, слащавая.
 
— Давай, — согласилась и развела руки в стороны. — Ну, пойду дальше. Выявлять незнакомые мне языки.
— А пока нет?
— Пока все шпарят на русском.
Обменялись улыбками и разошлись. Еще несколько раз я приближалась к леди с цветочным именем, но она тараторила о балах и нарядах. О детях больше не заикалась. Видимо, не очень это приятная тема для беседы. А мне очень-очень захотелось нагрянуть к ней с проверкой. Иногда фраза, брошенная вскользь, говорит о многом.
Я исправно крутилась среди гостей и всех прекрасно понимала, для меня они общались на чистейшем русском, лишь иногда слышались ломаные фразы — это означало, что кто-то пытается с жутким акцентом объясниться на не родном языке. Вот такие выводы. Уникум!
***
На следующий день, как и договорились, я снова прибыла во дворец. Третий раз подряд надевать одно и то же платье не стала (это даже для меня моветон), а похвалив себя за предусмотрительность, принарядилась в обновку. Если в голубом я смахивала на бледный колокольчик, то в черно-красном выглядела гораздо ярче.
По просьбе Лорана пересказала его величеству подслушанный разговор двух дам, и король спал с лица.
— Не может быть! Я же ей доверял! Вернее… она так убедительно всегда отчитывалась, что все в полном порядке.
— Так поехали, посмотрим, — вскочил со стула прыткий принц. — Папа, то, что леди Гортензия твоя дальняя родственница вовсе не значит что она святая.
— Она и твоя родственница! — правитель ловко перекинул долю ответственности на юные плечи.
— Очень надо! — отрекся от сомнительного родства парень. — Пока ты не назначил ее директором приюта по просьбе бабушки, я знать не знал эту леди. Да ее и заметно не было, а теперь посмотри — вся в драгоценностях.
— Это меня тоже смущает, — признался король. — Жалование конечно хорошее, но… Она все-таки заведует приютом, и наряжаться могла бы поскромнее. Ну ладно, что гадать? Поехали! Лиза, вы с нами?
— Конечно, ваше величество! Только я на своей карете если можно.
— Можно, догоняйте, — направляясь быстрым шагом к выходу, скомандовал мой босс (всем боссам босс), и мы с принцем вылетели из кабинета следом.
Искоса наблюдая, как две кареты оснащенные местами для стражников (и занятые вышеупомянутыми стражниками) двинулись к воротам, запрыгнула в свою открытую до сих пор повозку и скомандовала вознице в лучших традициях киношной погони:
— Дархан, следуйте за ними! Как говорится — сядьте на хвост.
— Хорошо, госпожа Мализет, — послушно взмахнул поводьями мужчина.
Я поморщилась.
— Просто Лиза. Сколько раз вас просить? — садясь вполоборота за спиной кучера, возмущенно высказалась я.
— Так и вы мне "выкаете" будто я чужой, — обиженно парировал бородач. — К простому люду разве ж так обращаются?
— На "ты" надо чтобы вы чувствовали себя родным?
— Конечно, госпожа Лиза, а как же еще? Я к другому не привык, — подгоняя коня, ответил Дархан и поинтересовался: — Мы что в академию едем?
— Нет, в королевский приют.
— А, так он недалеко от академии находится.
— Ты город хорошо знаешь? — перейти на "ты" оказалось проще простого. Я уже до того привыкла к бурчащему мужику в доме что считала его отцом родным. Тьфу, лучше еще одним дядюшкой. — Ориентируешься в улицах и адресах?
— Так ведь частенько по делам приезжали со старшим Мализетом, я Китояр как поместье изучил.
— Хорошо, значит, не потеряемся.
— Обижаете, госпожа Лиза.