Игрушка для бога (СИ)

Дарт весь затрясся от злобы и поклялся отомстить злопамятному богу за свои приключения. Отомстить так, чтобы ему больше никогда и в голову не пришла подобная мысль. Разрабатывая планы своей мести, Дарт не заметил, как погрузился в сон, в котором он крушил храмы и душил бога своими руками. В ответ бог смеялся и растворялся в воздухе, а его смех продолжал звучать со всех сторон.
Проснулся Дарт уже под утро, когда небо на востоке посветлело и начало гасить звезды одну за другой. Несмотря на беспокойный сон, чувствовал он себя уже гораздо лучше. Тело привычно справлялось с повышенной нагрузкой и, через пару дней, должно было прийти в норму. Рядом с собой он обнаружил выстиранную и высушенную одежду, к которой добавилась короткая рубашка, вроде той, что была сейчас на нём. Всё было в порядке, за исключением куртки, которая, как и предполагал Дарт, лишилась большей части своего мехового достояния. Теперь на бежевой поверхности кожи оставались лишь узкие полоски шерсти, извивающиеся в хитроумном узоре. Дарт подивился новому дизайну своей амуниции и, быстро переодевшись, вышел во двор.
Рассвет застал его за тренировкой, с помощью которой он пытался растянуть застоявшиеся мускулы и вернуть подвижность суставам. К концу тренировки из дома вышли хозяин с женой, и Дарт уведомил их, что собирается покинуть этот гостеприимный дом завтра. Остаток дня он провёл, штопая свою одежду, поглощая обильные завтрак, обед и ужин, тренируясь во дворе под пристальным взглядом хозяина и просто валяясь в сене, спрятавшись от полуденного солнца.
На следующее утро он позавтракал и, распрощавшись с хозяевами, направился в сторону Расфаха. До города было примерно десять километров, и он намеревался добраться туда часа за три. Разменяв золотой в одной из придорожных таверн, он напросился в телегу проезжавшего мимо крестьянина и вскоре после полудня миновал южные ворота. Ленивые стражники оглядели его сонными глазами и, не заметив оружия, даже не стали спрашивать, кто он такой.
Первым делом Дарт направился через весь город к караван-сараю, принимавшему караваны купцов и путешественников. Там он хотел разузнать последние новости. Примерно через час разговоров он пришёл к выводу, что обстановка здесь ничем не отличается от той, что он наблюдал в Ифирате. Все говорили о наводнении, караваны стояли на месте, ходили слухи об участившихся набегах разбойников, грабивших караваны.
Единственной разницей был новый слух о том, что дожди на севере пошли на убыль, но все маги упорно отказывались подтверждать или опровергать его, так что никто особенно и не верил в это. Были и печальные вести. Караван Рашида успел достичь города до начала наводнения, но в момент, когда он пересекал реку, его настигла неожиданная пятиметровая волна воды, и весь караван разметало в стороны. Лишь паре счастливчиков и десятку верблюдов удалось выбраться из реки уже в долине. Саи Абу Рашид был хорошим знакомым Дарта, и он сожалел о его смерти.
На берегах Хашруда скопились толпы наёмников, и найти хороший заработок здесь стало сложно. В то же время, в других областях охранников не хватало, и зарплаты там выросли почти вдвое против обычного. Это заставляло некоторых наёмников объединяться в небольшие отряды и самостоятельно отбывать на восток. В связи с этим, цены на верблюдов также подскочили. Купцы несли огромные убытки и беспокойно ждали новостей. Некоторые даже повернули назад, чтобы нанять в Илифахе корабль и вывезти груз морем.
Судоходство в районе устья Хашруда было опасным занятием из-за наличия большого количества мелей и рифов. Приливные течения постоянно меняли рельеф морского дна, и там, где ещё неделю назад был глубокий канал, сегодня могла находиться поднимающаяся над водой коса. Так что большинство моряков предпочитало обходить этот край стороной, следуя глубокими водами километрах в тридцати от берега.
Именно по этой причине, Расфах, являющийся крупным пунктом караванной торговли, не стал морским портом. Развитие судоходства также осложнялось отсутствием в окрестностях каких бы то ни было источников древесины. И те несколько лодок, что водились у местных рыбаков, не могли решить проблемы перевозки грузов.
 
Обдумав ситуацию, Дарт решил остаться в Расфахе до окончания наводнения. Имевшихся у него денег при разумном расходовании хватило бы на четыре месяца или даже на полгода. А свободное время он планировал посвятить плану мести, который смутно зрел в его голове. Ни на минуту он не забывал об испытанном унижении, и, хотя первый гнев прошёл, он скорее переплавился в холодную и расчётливую ненависть.
Первым делом Дарт отправился на поиски жилья. В городе, переполненном жителями, это было нелёгкой задачей. Он потратил три часа слоняясь по узким улочкам и расспрашивая людей о сдающихся внаём комнатах. Поселиться в таверне было бы проще, но стоимость проживания там была бы раза в четыре выше. Наконец, один из знакомых, на которого он случайно натолкнулся в уличной толпе, посоветовал обратиться ему по адресу, который он прошептал на самое ухо, оглядываясь по сторонам.
— И скажи, что это от меня. — Подмигнул он ему и бесследно растворился в городской толчее.
Дарт с трудом нашёл указанный дом и постучался в неприметную дверь. Дверь ему открыла старуха с подозрительным взглядом. Её растрёпанные чёрные волосы придавали ей сходство с ведьмой, а большой длинный нос, нависавший надо ртом, выдавал неместное происхождение. На боку у женщины болтался кинжал, что говорило о её богатом жизненном опыте в вопросах самозащиты.
На вопрос о сдаче комнаты она подозрительно нахмурилась, но, услышав знакомое имя, смягчилась и отступила назад, пропуская Дарта внутрь. Оказалось, что человек, встреченный им на улице, только что освободил эту комнату и собрался ехать на восток в караване одного из купцов. Так что Дарту сильно повезло, что он смог найти приличное место для жилья.
Комната, предложенная ему хозяйкой по имени Хакида, выглядела достаточно чисто. В противоположном от входа углу, возле окна, расположился топчан с соломенной циновкой вместо матраса. Маленькое окошко выходило во внутренний двор, заваленный всяким хламом. Договорившись об оплате на неделю вперёд, Дарт растянулся на постели, привыкая к своему новому жилищу. Но через пару минут он поднялся и, распрощавшись со старухой, опять вышел в город.
Теперь ему предстояло обзавестись хорошим оружием, и он медленно пошёл в направлении торговых кварталов. Встретив на одном из перекрёстков лавку торговца, на витрине перед которой лежала всякая всячина, Дарт вспомнил об амулете, лежавшем в его кармане, и зашёл внутрь.
— Я хочу продать вам эту вещь. — Обратился он к маленькому быстрому мужчине в грязном полосатом халате, протягивая костяную фигурку. — Это очень действенный магический амулет, который не раз спасал мне жизнь.
Хозяин лавки подозрительно глянул на поданный ему предмет, повертел его в руках и вернул обратно.
— Я не специалист по магическим вещам, и не знаю стоимости этого амулета. Может быть, он действительно настолько силён, как ты говоришь, а может быть это и обычная побрякушка, какие сотнями валяются на прилавках города.
— Я не прошу за него много денег. Скорее я просто не хочу выбрасывать его просто так. Пусть уж лучше его купит у тебя тот, кому он нужнее, чем мне.
Торговец удивлённо посмотрел на Дарта и что-то забормотал себе под нос. Он ушёл в заднюю комнату и начал что-то искать там, бренча посудой и шелестя мешками. Наконец, он вернулся, неся в руках ещё один амулет. Это был округлый осколок стекла неправильной формы, оправленный в деревянную рамочку. По размерам он с лёгкостью умещался в кулаке.
— Этот амулет позволяет определить наличие магии. — Заявил он Дарту. — Я специально приобрёл его для таких случаев.
Он вытер руки о свой халат и поднёс стекло к глазу, глядя сквозь него. Он рассматривал амулет около минуты, а затем удовлетворённо кивнул.
— Хорошо, я заплачу за него одну серебряную монету.
Это была хорошая цена за такой товар.