Тайна Велимиры (СИ)
"— Серёжа, давай не здесь — видишь, сколько ушей вокруг, зачем шептаться, всё на прогулке, заодно и проветриимся" — ответила она
Ну ладно, ок. Вышли после ужина, оставалось минут 20 до встречи, благо здесь всё недалеко, ушли в тренажерный городок, и неспешно "пошевелили булками" на всяких шагоходах, по крайней мере так это шутливо назвала Настя. Заодно объяснив, что никакого особого смысла в алкашке нет, просто ей нравится дразнить начмеда. Мол, той конечно очень хочется понять что Настя со мной делает и как, но внесение в "схему лечения" десятка видов разного алкоголя в случайном порядке портит той всё "научное" понимание метода — да и повторить такие эксперименты, скажем на десятке-сотне курсантов военных училищ намчеду конечно никто не даст, ведь тогда алкоголь придётся завозить даже не газелями, а фурами. Или сразу цистернами, если курсанты, допустим, боевые пловцы.
"— Ну, а если серьезно, можно долбануть тебя еще парой таблеточек, из серии якобы биохакинга, ну помнишь на Цукерберге один товарищ писал, как он за $200k стал подопытным кроликом для американских дипломированных шарлатанов и собирается поэтому прожить до 100 лет? Да, ты будешь спокойный как танк, даже если твой жилой корпус загорится и уже стропила падать начнут, ты такой с идиотской улыбкой на позитиве будешь как сонная муха выбирать — непременно в синих очках для снижения волнения — в каких штанах более модно на улицу выйти и не забыл ли powebank со шнурком для телефона. Это я может утрирую — но американские антидепрессанты — зло, и конкретная промывка мозгов, особенно если с накопительным эффектом. А хороший алкоголь в малых дозах полезен в любых количествах!" — снова усмехнулась Настя.
"— Послушай, мало того, что эта цитата — баян, но мне как-то не очень хочется так плотно бухать" — возразил я.
"— Так и хорошо, что не хочется — это признак того, что из депрессии мы тебя уже помаленьку тащим, хотя и суток не прошло, как я за тебя взялась. Но для надежности — недельку поработаешь по схеме, а лучше и две. Заодно перепробуешь всё, хотя бы будешь знать, чем Кюрасао от Kahlua отличается, кроме цвета. А потом начмед зарисует схему, выпишет на пол-лимона элитного алкоголя для повторения экспериментов на благо адаптационных процессов военнослужащих специальных подразделений — и кто бы ей возразил! Быстро получит "Разрешаю!" от Виктор Ивановича, начфин выпишет средства из оперативных фондов, обнесёт ближайший Ароматный Лаб. А потом — пусть попробует этот алкоголь, о котором все узнают, уберечь на военной базе с парой сотен молодых мужиков и знойных девушек — с парой сотен дней рождений на всех за год, а еще ведь у нас танцы по пятницам устраивают и делают маленький бар для своих, не знал?"
"— Ды ты интриганка! Ок, договорились. Ну что, пошли уже сдаваться к шефу?"
"— Пойдём!"
"— Поверить не могу, что я так свободно с тобой общаюсь, хотя мы познакомились вот пару дней как! А ведь вчера с девушками двух слов связать не мог."
"— То ли еще будет, ой-ой-ой, берегите девок мамы!" — засмеялась Настя и мы пошли к Виктор Ивановичу.
Вечерело. Пропустив нас в кабинет, Виктор Иванович принял формальный доклад от Анастасии, согласился что всё идёт по плану, и дальше включил какой-то приборчик, от еле слышимого писка которого стало немного некомфортно, и потом еще в ушах появлялось и исчезало какое-то неприяное ощущение, вроде как при воздушных ямах в самолете, или при ускорении в машине где-то от 150 км/ч и выше. Махнув рукой на приборчик — кратко бросил "Антипрослушка на все варианты, включая электронные гаджеты, неприятная, но экономит время" — и серьезно посмотрел на меня, продолжая:
"— Короче так, что ты меняешься, я вижу, но происходит это как-то быстровато — когда я вынимал тебя с ботаником из квартиры, вы оба выглядели как два конкретных лошарика. Ну и если начинать с нашего знакомства, то в магазине помимо геройской повязки, ты только извини, у тебя лицо было человека, давно и уверенно махнувшего рукой и на себя, и на окружающий мир. Чего молчишь, ты сам чувствуешь чего?" — прервал себя вопросом ко мне шеф.
"— Чувствую, но пока не очень понимаю" — честно ответил я, чего врать-то. И тут Виктор Иванович сказал главное:
"— Есть мнение, что тебя изменил, и продолжает менять переход туда-обратно, прыжок в пространстве-времени."
Тут он посмотрел на Анастасию — и заметил — "Настя сегодня подписала груду бумажек, я решил, что её практическая помощь проекту полезнее, чем слишком прямолинейные подходы наших хороших и проверенных, но слишком уж традиционных специалистов. Хотя да, медицину с тебя сняли очень подробную, и еще на всякий случай продолжат снимать регулярно — придётся потерпеть, считай себя космонавтом, хватанувшим дозу непонятно чего, находящимся под плотным наблюдением врачей."
Я не очень обрадовался таким новостям, но в ответ на его вопросительный взгляд — кивнул, а что я еще мог сделать, заорать "Не могу-не хочу-не буду?" … тем не менее моё чисто формальное согласие как бы позволило Виктор Ивановичу продолжать давать вводные:
"— С Валерой, скажем, никаких подобных изменений не происходит. То есть сам шарик не особо влияет, влияет переход, прыжок. Он тебе, товарищ принц, кстати привет передавал. Мы его пока с программистами нашими посадили на аккуратное вскрытие той программы для управления "шариком". Общий язык ребята вроде нашли быстро, но закопались сразу наглухо, только еду заказывают и еще пиво, вот уже двое суток роют носом, пока ничего толком не нарыли. Смежники звонили и аккуратно интересовались, за что мы его взяли, и не оборзели ли вконец. Мы их удивили тем, что скоро научрука Валеры можем попросить посотрудничать, и они не смогут отказать.Тут они напряглись и задумались.По словам ребят, "софт" для шарика собран из стандартных блоков, какой-то open source, github, короче студенческая самодеятельность, почти КВН, блин. И на месте шарика может быть, как там они сказали — да тупо ошейник для кошки с GPS, который транслирует хозяину, где именно на дачном участке. его пушистая мурчалка мышкует сейчас. То есть дело не в софте, а в железе — а шарик у нас один и даже по-серьезке его просвечивать чем-то — глупо — можно остаться просто с куском металла, нам даже пробу с него не взять — хотя внешне это обычная хирургическая сталь. Что тоже интересно — на кой черт именно хирургическая, он что, так сказать, скрытого ношения вещь, при необходимости? А почему работать начинает только в почти кипятке? Вопросов всё больше, понимания всё меньше. Какие есть идеи?"
Я чуть подумал и стал отвечать:
— Не знаю, к чему меня готовят, но пока мне всё нравится — на эти мои слова Виктор Иванович и Настя переглянулись и обменялись хитрыми улыбками, мол "Еще бы ему не нравилось"
— Эй, я всё вижу! — не дал я себя сбить с толку — Так вот, я хочу научиться поувереннее себя чувствовать с девушками, получше понимать их сигналы, и особенно почетче чувствовать когда они врут, ну хотя бы когда слишком грубо врут.
— Ну это наврядли, этому научиться конечно малореально — усомнился Виктор Иванович, вздохнув о чем-то своём.
Не прерываясь, я развивал мысль, : "И, скажем, через неделю я готов буду встречаться с Велимирой, только мне кажется, это придётся делать без особой аудио прослушки и без видео-фиксации, да и сопровождение Ваше близко подойти или тем более рядом маячитьне сможет — мы ведь не знаем, какие у них возможности, и объявлена ли у них тревога по факту несанкционированного использования шарика."
— Давай дальше, пока все дельно излагаешь — подбодрил меня шеф
— Ну а цель встречи, учитывая нашу от них абсолютную зависимость и так-то уязвимость каждого из нас перед адресным изъятием — в любом моменте нашего прошлого. Цель непосредственно придётся формировать по ходу переговоров, принимая на себя ответственность, пусть и громко звучит, за всех нас, на себя. Честно скажу, я пока к этому не готов напрочь, страшно знать, что одно неверное слово — и всеё базе — капец! И это минимум!