Новая жизнь. Вожак шайки (СИ)

Время еще есть, но не много, сумерки скоро начинаются и решать возникшую проблему лучше сразу. Что делать теперь мне, сражаться или ждать темноты?
В темноте я сразу же теряю свое преимущество в незаметности. Меня еще больше станет незаметно, но и враги оказываются почти в моем положении, всем придется ориентироваться почти исключительно на слух, а в этом деле не сказать, чтобы я уверенно лидирую. Броня моя выдержит почти любое попадание из арбалета или удар копьем без ущерба для меня, только шансы на то, что я не увижу летящий в лицо болт стремительно при этом возрастают.
Приготовились они крепко, продумали все неплохо, наверняка, есть и группа поддержки где-то с той стороны или в самой Скале она засядет.
Впрочем, может я себе и нагоняю, судя по тому, как Стражи тщательно прячутся на местности и занимают свои места, они могут не сразу же начинать войну и притаиться до времени, пока гости не пройдут мимо. То есть, готовы оценить противника, посчитать его, последить за ним, дождаться, когда незваных гостей погонят из Скалы и взять в плен по возможности.
Такое количество дорогих арбалетов говорит о том, что к засаде начальство отнеслось очень серьезно и есть какие-то способы подсветить густую ночь на скалах. Не зря мне показалось, что сложили воины подобие костерка около тропы и чем-то полили его, а может и еще польют, как дадут сигнал смотрящие за подходами к лестнице.
Что за сигнал — кто его знает, впрочем, пару раз ухнет сова и все, засадники изготовятся запалить трут. А когда незнакомцы появятся рядом, польют крепким вином и подожгут костерок, тот вспыхнет мгновенно, осветив цели для стрельбы. Да и просто кто-то его подожжет той же накрытой сверху чем-то для маскировки свечой и отскочит в темноту.
Теперь на первый план выходит вопрос, как мне добраться незаметно до арбалетчиков и разобраться сначала с ними, если ждать пока стемнеет. Проблема в том, что и они будут для меня в невидимости в темноте, значит, придется использовать мой фонарь, это самый простой способ.
Только, так всех не рассмотришь и не осветишь одновременно, стрелять по нему сразу же начнут беспощадно, да и товарищи из второй части засады заметят такое явление, как дивный свет невиданный и расслышат гневные крики и ругательства умирающих товарищей. Это они и так рассмотрят, и побегут на помощь к своим, только, так я в НЕЗАМЕТНОСТИ своей, пока не стемнело совсем, явно буду на коне. Пока вижу всех врагов, а меня хорошо рассмотрят только те, кто уже получил в тело двадцать сантиметров отточенной стали моего копья и не сможет поделиться увиденным напоследок со своими товарищами.
Придется мне под последним лучами светила, вылезающими уже почти из-за горизонта вступать в смертельную схватку и расчищать путь себе и подошедшим товарищам.
Поэтому мне пора снимать свои навороченные ботинки космического пехотинца, оставаясь только в носках из такого же комплекта, надевать на всякий случай тяжелый шлем, снятый со старшего отряда стражников, попавших в засаду около трактира и осторожно сползать со скалы по веревке. Все добро оставил там лежать, только за спиной мешок, в котором неместные вещи, да копье имеется, которое меня как раз и дожидалось внизу. Еще и арбалет охотничий у меня с собой, именно на него я рассчитываю больше всего остального.
Босиком потому, что сильно скрипят по камешкам мои чудо-ботинки, босиком, хоть и чувствительнее для стоп гораздо, зато, тише в разы.
Тут я увидел, что мои мольбы сбылись и половина Стражей быстро уходит в сторону Скалы. Понятно, они присмотрелись к местам, где будут дежурить ночью, когда подменят своих товарищей и теперь идут отдохнуть. Уходит ровно половина Стражей, теперь остаются двое около лестницы и трое около первого поворота, идти им сейчас минут десять и мне самое время выходить на позицию.
Значит, засада все-таки не силовая, а скорее, информационно-следящая.
Придут незваные гости в силе великой, можно просто отсидеться среди камней.
Окажется, что гостей несколько человек, тогда можно и напасть внезапно самим.
 
Не спеша я, тщательно следя за тем, куда ставлю ноги, добрался и двинулся по самому центру тропы, где камешки немного уже притоптаны и не так сразу меня выдадут, благо засада расположилась в одну сторону от нее, оставив со своей стороны недалеко от прохода подозрительную такую высокую кучу из сухих веток и сухой травы. Теперь, когда я подошел поближе, уже ощутимо попахивает чем-то спиртосодержащим, скорее всего, крепким вином. Вскоре оно впитается в валежник и частично испарится, не станет пугать крадущихся в ночи проходимцев своим запахом. Да и ветерок задувает от тропы в сторону скал, где спрятались засадники Стражей, не выдаст приготовленную хитрость нежданным гостям.
Ветерок взвился над скалистым пространством и помог мне своим завыванием напоследок и умением ПРЫЖОК на четырнадцать метров оказаться на расстоянии трех метров от первого Стража. Он самым крайним засел около тропы, замер за большим валуном, крепко сжимая в руке копье, еще длинный клинок висит на поясе, такой прямо скрамасакс в чехле. Молодой мужик, широкоплечий и высокий, с мужественным лицом должен прикрывать арбалетчиков от прорыва врагов прямо к ним, на близкий контакт.
Вот он и прикроет своей смертью стрелков, только, не очень надолго.
Арбалет натянут, полтора десятка хороших болтов ждут своей очереди в специальном колчане, снятом с одного из егерей, и я не теряю время, скоро уже стемнеет.
Стреляю в голову парню прямо с тропы и через несколько мгновений, за которые я прохожу на несколько шагов мимо засады, на шум треснувшей тетивы и вскрик парня выглянули остальные Стражи из своих укрытий, и я вижу пару арбалетов, уставившихся в мою сторону.
Его окликают, только, безрезультатно, тело воина выгнулось в последний раз и опало на камнях. Кто-то из соседей видит лежащего соседа, только, что с ним случилось и от чего тот умер, точно сказать не может, поэтому пара голов еще сильнее вылезают из-за камней. Наконец, один воин подбегает к мертвецу, прикрываясь каменными глыбами, наклоняется над его телом и теперь кричит своему товарищу, что пробита голова Креса арбалетным болтом.
Пусть думают, что это выстрел издалека и стрелок прячется где-то за следующим поворотом или среди каменных россыпей и обломков скал в стороне от них.
Я не стреляю, жду, пока внимание окажется отвлечено от меня. Болт, вылетающий из машинки, становится видим всем сразу, поэтому я медленно отхожу до подходящего под укрытие камня и еще раз прицелившись, все-таки не удерживаюсь, чтобы не попробовать подстрелить второго парня, переставшего возиться с телом и напряженно что-то сообщающего засаде около спуска, что у них случилось. Делает это он какими-то знаками, местным языком для военных Стражей, укрываясь за камнем от выстрела со стороны Скалы, но, с моей позиции я хорошо вижу его бок в легкой кольчуге в десяти метрах от меня. Тщательно прицелившись, стреляю бронебойным болтом, второй воин не успевает среагировать на предупреждающий возглас товарища и сам болт, получив его в бок. Такая рана не сразу убьет подстреленного, но, он больше не опасен, согнулся и упал за камни.
Зато в наступающих сумерках оставшийся Страж не смог точно определить место, откуда я выстрелил, поэтому просто пустил болт в мою сторону наугад, спрятался за камнями и продолжает высматривать любое движение, заряжая судорожными движениями свою машинку снова.
Я покидаю защищенное место и двигаюсь по кругу от места засады, обходя несколько глыб и поднимаясь на невысокую скалу, откуда вижу последнего арбалетчика, теперь слишком сильно высунувшегося в мою сторону. Только, до него метров пятнадцать, и я опасаюсь промазать из легкого арбалета.
Зато, от лестницы бегут двое Стражей с копьями в руках и как раз прячутся за камнями в пяти метрах от меня, выглядывая из-за них и пытаясь понять, что произошло и откуда стреляют по их товарищам. Они оба в хороших кольчугах, поэтому я не рискую стрелять в тело, прикрытое доспехом, болт вонзается одному из копейщиков в затылок, мужик падает вперед лицом и его товарищ с криком отчаяния бежит вдоль всей стенки из камней, надеясь найти за одним из них своего врага.