Даю слово (СИ)
— Когда я училась в университете, моя подруга и соседка по комнате Радха, заинтересовала меня этим наречием. Мы придумали себе что-то наподобие игры, и дурачась учили маратхи. Это было очень удобно и забавно — никто другой нас не понимал, поэтому мы могли смело говорить гадости, глупости и делиться секретами.
— Ты не против, если вино выберу я?
— Вообще-то я не пью. Лучше воды, — но мои слова вызвали у Суреша такое потрясение, что я только через несколько секунд поняла, что он смотрит не на меня.
Оглянуться я не успела. Стул рядом со мной резко выдвинулся и к нам за столик присоединился незваный Захар Мазур.
— Ты, конечно же, не просто так мимо проходил, — выдавила я, взглянув на него искоса. Что-то мне подсказывало, что там сплошная маска гнева. Но нет, Захар умело скрывал свои эмоции, правда, он пилил взглядом Суреша, а не меня. На вид мой босс был совершенно спокоен, будто мы изначально собирались ужинать втроём и никак иначе.
Но вот когда он заговорил, я сделала себе мысленную заметку, никогда не верить его внешнему виду:
— Я говорил тебе не выключать телефон?! Это последний раз, когда я позволю тебе сделать из меня идиота! — отчётливо, жестко, самым холодным тоном.
— А что будет, если это повторится? — поинтересовалась я, не желая выглядеть пристыженной дурой.
— Тебе не понравится! — рявкнул Захар, метнув на меня свой уничтожающий взгляд, но к моему облегчению он тут же снова перевел его на Суреша. — А у вас, Сурешбхай, губа не дура, выбрали самую-самую. Злата безусловно красивая девушка. Умна, но не разумна, если вы понимаете, о чём я. Гордая, держится с достоинством, хорошо воспитана, и самое главное знает ваш язык. Маратхи? Знаете, что я делаю первым делом, когда собираюсь подписать крупный контракт? Нет, я не собираю информацию о компании партнёре — я пробиваю более деликатную информацию, личную. Злата, — Захар развернулся ко мне в пол оборота, но мне больше не хотелось встречаться глазами с ЭТИМ. Поэтому я упорно рассматривала удивительно красивый узор на скатерти. — Суреш, наверное, ещё не успел рассказать тебе, чем именно занимается его дядя в нашем городе? Скорее всего, наш индийский друг поведал бы тебе тёплую историю о давнем семейном бизнесе — о восточных специях. Да, специями там действительно припорошено, но главное не то, что они ввозят, а то, что вывозят. Твою ранимую психику просто разворотило бы вдрызг, если бы ты узнала в подробностях, какими извращенными могут быть богатые индусы, трахая светлокожих, светловолосых и голубоглазых иностранок. И я очень не хотел бы, чтобы ты оказалась одной из этих девушек!
Меня передёрнуло, и я еле подавила тошнотворный спазм. Но я по-прежнему не могла поднять глаз.
— Я не отвечаю за поступки моего дяди, господин Мазур. Секс-индустрия меня не интересует, так же как оружие или наркотики. Я чист, если вы действительно тщательно проверяли информацию. Уверяю вас, по поводу Златы у меня были самые благие намерения, — с оскорблением в голосе проговорил со своего места Суреш. — А вот ваше отношение к этой девушке возмущает даже меня. Злата ваша личная собственность или она собственность компании?
— Со Златой у меня и вправду особые отношения, но ваше заключение ошибочно, и уж я точно не собираюсь посвящать вас в наши личные нюансы. Вы можете возражать мне, Сурешбхай, и обиженно бить себя в чистую грудь, но я буду вам очень признателен, если вы будете держаться от Златы подальше. Я ни в коем случае не намерен разрывать наше деловое сотрудничество, мне интересен ваш товар, но пусть это общение так и останется на деловом уровне. Советую вам прислушаться, потому что вас я второй раз предупреждать не буду. Не наживайте себе такого врага, как я. Всего хорошего. Надеюсь, погода в Дели вас порадует, — закончив холодным учтивым тоном, Захар поднялся.
Пока длился этот недолгий разговор, я уже успела возненавидеть и эту скатерть, и этот ресторан, и эту жуткую ситуацию, из которой не было достойного выхода. Я просто кожей почувствовала, что Захар протягивает мне руку. Додумался! Отлично подобрал момент, чтобы доконать меня.
Он не произносил ни слова. Просто молча ждал. Я должна была сделать выбор сама. И я понимала, что он хочет, чтобы я сделал этот выбор наглядно. Если я решу продемонстрировать свою независимость, поддавшись своей вопившей фобии и не подам ему руки — я навсегда потеряю его личную опеку. А ведь где-то глубоко в душе, в очень дальнем её уголке, теплилась крохотная надежда, что этому человеку можно верить. Даже не мужчине, а именно человеку! С одной стороны внимание Захара меня до жути пугало и отягощало, но с другой — мне немного импонировало быть особенной для него. Но в эту минуту мне казалось, что если я подам ему руку — то признаю его безоговорочное доминирование и свою капитуляцию. Во всём.
— Похоже, ты наконец решилась бросить вызов своим страхам, но ты не с того начала, солнышко, — Захар всё же решил мне помочь. — Это просто дружеская рука, Злата. Не рабский поводок и не предложение руки и сердца, и уж точно не намерение затащить тебя в постель. Я, конечно, ужасно терпелив, но всему есть предел.
Опершись на его руку, я встала. Всё-таки на самую малость Захар расположил моё доверие.
— Я прошу прощения, — когда я заговорила, по взгляду Суреша я поняла, что моего извинения ему недостаточно. — Мне очень неудобно за этот инцидент, мистер Гани, но думаю, нам не стоит продолжать ужин в подобном ключе. Познакомиться поближе было неудачной идеей. Я корю себя, это было непрофессионально с моей стороны. Всего доброго, — взяв Захара под локоть, я позволила ему вывести себя из ресторана на улицу.
— Ну вот, а я так мечтала попробовать фирменное блюдо знаменитого шеф повара, — протянула я, отвлекая саму себя от того факта, что я иду, держась за мужчину. — Из-за тебя я осталась голодной и теперь на всю жизнь возненавидела идею сходить в ресторан с парнем. И похоже, ты потерял и этот контракт.
— Но не тебя, — тихо проговорил Захар, от чего моё сердце почему-то тут же сбилось с ритма, споткнулось и заметалось. Оттого … как именно это было сказано.
Моя реакция — я немедленно отдёрнула руку и отошла на один шаг в сторону.
— Возможно у меня слишком избалованный вкус, но я бы не присвоил этому ресторану столько звёзд, — как ни в чём ни бывало продолжил Захар. — И дабы не стать убийцей твоих порывов, может, ты позволишь мне исправить положение? Поужинаешь со мной в моём любимом месте? Предупреждаю, там будут люди, так что со мной наедине ты не останешься.
На этот проникновенный взгляд невозможно было не ответить согласием.
— Твоё счастье, что я очень хочу есть.
Любимым местом Захара оказалось маленькое уютное ничем не приметное кафе в пригороде.
— Я нарочно не рекламирую это место, чтобы вандалы с центра и медийные хищники не спугнули его душевную колоритность. Вожу сюда только близких друзей. Здесь варят изумительный кофе и подают просто офигенные пироги, — разглядывая меня, Захар усмехнулся. — Ты меня удивляешь, Злата. Как бы мне хотелось измучить тебя своей кучей вопросов. А давай попытаемся прикинуться нормальными и поговорить? Например, что тебя вдруг заставило пойти с Сурешем на свидание?
— Господи, это было вовсе не свидание! — фыркнула я, хотя изначально собиралась игнорить все его заковыристые вопросы. — Это была моя попытка подтолкнуть свою жизнь в сторону развития. Ты же сам навязал мне эту веру, что всё в моих руках. Суреш обходительный галантный молодой человек, к тому же мне на глаза попалось твоё интервью в дурацком глянцевом журнале. … Но ещё до твоего появления в ресторане я поняла, что это была слишком отчаянная выходка с моей стороны. Я не готова к подобному общению с мужчинами.
— Почему ты так упрямо отметаешь помощь психологов, Злата?
Видно, он долго собирался задать мне этот вопрос в лоб.
— И много у Захара Мазура близких друзей? — мне хотелось дать ему понять, что я не собираюсь говорить на тему прошлого.