Даю слово (СИ)

— Да что ты говоришь?! — с сарказмом воскликнул он, опершись рукой рядом с моим местом нависнув надо мной бушующей тучей.
— Такое ваше поведение вовсе не мотивирует, оно унижает и обижает людей! — смело выдала я, посмотрев с укором на склонившегося ко мне Захара.
— Видишь ли, — выдержав паузу, он продолжил снова. — Захар Мазур, как человек и Захар Мазур, как глава компании — две большие разницы!
— Если доказать причинённый ущерб психическому здоровью, на вас можно подать иск о моральном прессинге. Частная собственность оправданием в данном случае не является, вы будете нести ответственность, как работодатель, — кажется, моя отважность сиганула выше планки ожидания самого Захара.
— Ты угрожаешь мне? — пораженно протянул он.
— Предостерегаю от возможных последствий, господин Мазур. И советую на будущее прибегать к иным методам мотивации сотрудников.
Выпрямившись, словно приняв вызов, Захар усмехнулся, покачав головой:
— Собрание окончено!
Я осталась.
— Я очень занят, Злата, — холодно заметил мне Захар, подойдя к окну. — К сожалению, не могу уделить тебе больше времени. Если это не срочно, запишись у моего секретаря на завтра.
— Захар, прости, — тихо произнесла я, потому что каким-то образом уже знала, что его сегодняшнее настроение связано со мной. — Я пожелала тебе быть всегда приоритетом, а сама отменила твой звонок. Это не значит….
— А что это значит? — резко обернулся он в мою сторону. — Ты могла бы поднять трубку и сказать, что занята, что перезвонишь позже, а не равнодушно сбрасывать! Я бы понял! Я вовсе не желаю, чтобы весь мир вращался вокруг меня, но я хочу, чтобы близкие мне люди в первую очередь считались со мной! Это значит, что я ни капли не важен для тебя, как человек!
— Захар, ты не прав…
— Прав! Я не идиот! Ты согласилась встречаться со мной только потому, что не хочешь больше новых трудностей!
— Не совсем так! — крикнула я, вскакивая с места. — Я хотела попробовать, правда, хотела, но мне тяжело доверять! Мне сложно понять почему я нужна тебе.
— Именно сейчас ты хочешь вернуть мне кольцо? — процедил он сухо, пронизывая меня испытывающим взглядом.
— Да, хочу, — решительно кивнула я, потому что после этого совещания я поняла, что сделала ошибку.
— Нет, Злата. Поговорим позже. Вечером. У меня через пять минут действительно очень важная встреча. Между нами… нам надо многое обсудить, нельзя просто оставить кольцо и уйти. Я бы хотел выяснить. Прошу.
Кивком выразив свое согласие и прощание, я смогла облегчённо вздохнуть только за дверью, съёжившись от мысли, что же меня ждёт этим вечером.
До конца дня сотрудники компании смотрели на меня с опаской, заговаривали с осторожностью — то ли стали бояться, то ли начали уважать. Я постаралась отключить мысли о личном, выяснение причин срыва переговоров с канадцами погрузили меня в работу с головой.
«Можешь ко мне подняться?» — я уже собиралась уходить, когда мне пришло сообщение от Захара.
Он сидел за своим рабочим столом, задумчиво потирая левый висок.
— Выглядишь уставшим, — примирительно заметила я, мы с ним не враги и моя злость немного утихла.
— Представляешь, даже со мной такое бывает, — с мягкой колкостью ответил он, устало улыбнувшись. — Многие считают, если человек богат, то он конечно же праздно вращается в своем кресле, пуская бумажные самолётики, корча из себя бога для устрашения.
— Я так не считаю… Ты сейчас кто? Босс или мой друг?
— Друг? — черная бровь изгибается, и взгляд пепельных глаз снова внимательно меня изучает. — Но я хочу быть не только твоим другом, Злата. Я не возьму обратно обручальное кольцо. Мы будем общаться и найдем выход. Ты… слишком крепко зацепилась за мою душу, меня это смущает. Я хочу занимать отдельное место в твоей жизни, быть важным для тебя человеком. Знаю, я беру нахрапом, не оставляю тебе времени на размышления, но мне показалось, что именно шоковая терапия подвинет твою фобию. Что мне сделать, чтобы уладить наше небольшое разногласие?
Сразу прикидываю в голове варианты.
 
— Ты опасен для меня в любом случае, — вздыхаю я, и кручу на пальце кольцо.
Некоторое время он просто смотрит на меня и думает.
— Это меня угнетает, Злата… Если я предложил тебе стать моей невестой, что, по-твоему, плохого я могу тебе сделать? Изнасиловать? — он знал, что меня покоробит, но всё равно поднял эту тему. — Может я веду себя как деспотичный козёл, но я не способен причинить тебе вред. Я могу кричать и топать ногами, потому что моя девушка меня игнорит, что у неё нет ко мне никаких чувств, и я не могу разобраться, что с тобой происходит и как к тебе подобраться. Но ты мне очень нравишься, и я тебя хочу и это нормально, это естественно. Другое дело — твоё подсознание ищет повод, как тебе от меня избавиться. Неужели мой утренний настрой перечеркнул всё, что между нами было?
— Они… изнасиловали не только моё тело… они надругались над моим доверием и мировосприятием. И теперь кроме прикосновений я больше всего боюсь, что кто-то станет мне по-настоящему близким, а затем ранив мою душу, снова разорвёт моё доверие. Ведь мы не влюблены друг в друга, Захар… Зачем тебе я? Ты мог бы просто опекать меня без обручального кольца… если уж тебя так гложет чувство ответственности.
— Мы с тобой обречены на другие отношения, — протянув ко мне руку, Захар заставил меня подойти к нему. И совершенно неожиданно, он с непринуждённым видом посадил меня к себе на колени, а я только вскрикнула, вцепившись ему в плечи. Наши лица оказались на опасно близком расстоянии.
— Неправда, меня ты не боишься, — прошептал он. — Кто сегодня показывал боссу зубки? Меня приятно удивило, что в тебе заложено это чувство борьбы. Да, мы покричали друг на друга, но это не повод возвращать мне кольцо и слово. Я тебе своё слово не верну. Я все равно буду рядом, Злата. Не всегда обязательна эта феерическая влюбленность с выпрыгивающим сердцем и безумным взглядом. Иногда люди просто понимают, что не могут друг без друга, и к таким любовь приходит тихо, — убрав с моего лица завиток волос, Захар нежно провел рукой по моей щеке. — Ты очень нравишься мне, Злата. Именно ты, почему я должен выбрать другую, когда именно ты для меня желанная женщина? А проблемы есть у всех. Главное для меня постоянство. Мне важно, чтобы для моей девушки не существовало других мужчин. Ты как раз такая. И я буду верен тебе всем сердцем, если буду видеть, что ты дорожишь мной. Пожалуйста, давай не будем горячиться. Что ты мне скажешь? Ты только молчишь и смотришь.
— Что мне сказать? — тихо ответила я. — Да, что-то между нами такое есть. Но такое твоё поведение, она неприемлемо. Жесткость, высокомерие и крик меня только отвлекают. Ты и так меня ошеломил своим предложением, этим кольцом, несдержанностью. А потом накричав на меня ты ещё и обиделся. Ты деспотичный козел, как ты очень точно выразился.
— Мне больше нравится бульдозер, — осторожно улыбнулся он. — Давай учиться вести себя друг с другом, как нам того хотелось бы? Пробовать, пытаться, искать подход, ошибаться, заходить с другой стороны, но не сдаваться? Обещаю быть более сдержанным, прости за эту вспышку. Это трудно, когда сходишь с ума только от одного взгляда на девушку, но я буду стараться. Дашь мне еще один шанс, моя прекрасная недотрога?
— Последняя попытка, Захар, — сказала я, соглашаясь. И совсем не потому, что, сидя у него на коленях мне нравились его заботливые прикосновения. Вопреки всему меня тянуло к нему, поэтому мне искренне хотелось дать этому человеку шанс. Видимо, где-то в глубине души я всё-таки очень нуждалась быть любимой и любить.
   
Глава 12
 
Мы потянулись друг к другу одновременно. Я робко, он более уверенно. От него так обалденно пахло. И его губы уже не ввергали меня в панику, мне было приятно их скользящее тепло, их прикосновение. Очень осторожно, с тихим стоном, Захар сжал рукой мою грудь через блузку, после чего начал потихоньку расстёгивать пуговицы.