Ультимативная Угроза (СИ)
— А это вообще — возможно? — заинтересовался я.
— На воде, как жидкости — нет. Никак. Но в промежуточных состояниях на грани замерзания… И учти, вилы — совсем не оптимальный инструмент живописи. И вообще — чего ты к этим вилам и даме привязался⁈
— Да просто интересно стало, — честно признался я. — В общем — понятно. Возможно, поля Бронзового или стазис вашего подарка помогут.
— Возможно. Почему и хочу, чтобы ты попробовал. И если ты «ради интереса» спросишь, можешь ли отказаться — ответ «нет».
— А если не полечу? — заинтересовался я, на что Его Императорское Величие демонстративно закатило глаза и испустило тяжкий вздох.
— Выкину тебя с твоими бабами на необитаемой планете. В жопе ми… тьфу, дальше, чем в Жопе Мира! Пока ситуация не разрешится.
— Ясно-понятно, — кивнул я. — Но я и не собирался отказываться, вообще-то. Это был просто интерес.
— Угу, — покивал Император с видом, как будто он мне не верит.
Ну-у-у… чёрт знает. Если бы не жопность существующей ситуации — я бы, может быть, даже подумал. С девчонками, на необитаемом Мире, без всякого напряга и вообще… Ну хочется, да, а то подустал я последнее время. Не физически, скорее эмоционально. Но в условиях существующей жопы — меня ни жёны не поймут, ни Эмик не поймёт. Ни, что самое страшное, я себя не пойму.
— И вы уверены, что мы сможем утягать этот образец?
— Нет, естественно. Это шанс, а как выйдет — увидим. Помотаетесь по сектору на корабле. Самое смешное, что вы вообще можете не наткнуться на ксеноса.
— Мне почему-то не смешно, — признался я.
— Мне, вообще-то, тоже, — признался Император. — Ладно, вопросы есть?
— До фига, Ваше Августейшее Величество! Данные, которые узнали по ксеносам…
— Все данные уже у тебя на браскомме.
— Тогда вопросов нет, — протянул я, бегло просматривая невесть откуда появившийся на браскомме пакет файлов.
— Даже что получишь за работу, дукс империалис?
— Всё то же, Ваше Величество, всё то же, — пожал плечами я.
Император на это прищурился, кивнул и развеялся в воздухе. Ну а я потопал из Тронного Измерения. Понятно что доставкой нас будет всякий там Секретариат и Канцелярия заниматься. В общем-то, у ворот меня и встретил какой-то чин, бегло просветил, что на рассвете нас будет ожидать челнок, а челнок — межзвёздник.
— А в чьём подчинении я буду? — на всякий случай уточнил я, а то мало ли.
— Ни в чьём, дукс империалис, — уставился на меня чин. — Вы получили приказ от Его Августейшего Величества. Вам в распоряжение придаётся крейсерский курьер Фермопилы.
— Совсем в распоряжение?
— Естественно!
— Благодарю за ответ, — задумчиво протянул я, потопав в наши с девчонками покои.
Прихватил их, близнецов, и направились мы в ангар к нашим Инвиктусам. Их это как бы тоже качается, да и в ИР моделировать удобнее.
— Мда-а-а… — прогудел Бронзовый. — Экие редкостно отвратительные, ксеносские твари, — откомментировал он голо «из боя», в нормальной метрике.
Ну, в общем, так и было: груды складчатой плоти, морщины, щупальца противные. Как из ночного кошмара. И «эффекторы» в виде техники или бойцов, гротескно перекорёженные, часто лишённые какой бы то ни было симметрии. Но узнаваемо антропоморфные или «скопированные» с тяжёлых платформ. Не полностью, «улучшенные» самым поганым и ксеносским образом, но узнаваемые. Вдобавок, цвета этой пакости, во всех её проявлениях, были омерзительными — говнисто-коричневый, гнойно-жёлтый, кроваво-красный. Гадкая пакость, в общем.
А «антропоморфность», подозреваю — копирование «удачных решений» нас, людей. Плагиаторы сволочные!
— Это может быть и один ксенос, — уточнил я.
— Ещё редкостнее и отвратительнее, — отрезал Бронзовый. — Их даже пинать не хочется — противно. Сразу пожать Жнецом. Надо термические заряды…
— Не работают, — отметил я, разворачивая соответствующие файлы из папки от Императора. — До семи тысяч —резистентны, проще корабль расплавить.
— Гадость!
— Ну да. Но стоит учесть, что то, что мы видим как «плоть» — всего лишь часть чего-то, плотью, может, и не являющейся.
— Какой ты у-у-умный, Гален! — издевательски протянул Эмик. — Ищи свой дурацкий Путь, а не умничай!
— А ты мне помогай. И все помогайте, хотя данных толковых, конечно, нет, — вздохнул я.
В итоге просто коллективно ознакомились с данными. На их основе что-то понять было можно, но вот строить планы и искать Путь — нереально. Так что оставили мы Инвиктусы ломать вычислители, а сами просто отправились наслаждаться комфортом и всяким таким. А на следующий день мы были на курьерском крейсере Фермопилы. Чертовски защищённом, просто титаническая броня и щиты, высокая скорость и довольно мало оружия.
— Корабельное оружие в гипере вообще, да и против наших противников в частности — не слишком годится, — вещал триерарх, вышедший на ангарную палубу нас встречать.
Мужчина средних лет, с ходу определивший своё «подчинённое положение». Правда, с оговоркой — покинуть «район проведения операции» с нами на борту он может только в случае «успешной операции», ну или там каких-то лютых ранений-повреждений Инвиктусов. Что и логично. Назвался триерарх Колином Шредером, и вторым делом после представления представил нам «персонального вулканиста» — Ферромантума. Так что завели мы Инвиктусы в мастерскую-ангар, да и направились в… покои не хуже, чем в Императорском Дворце. Вот за это Его Заботливости спасибо, оценил я, да и не только я. А то торчим, как дураки, в Инвиктусах безвылазно, и ладно бы по делу — так нет, просто потому что негде больше.
— А вы сталкивались с ксеносами? — резонно уточнила Хло.
— Так точно, домина, — с лёгким поклоном ответил капитан Колин. — Четыре раза, успешно отбивались, Фермопилы обходились малыми повреждениями.
— И как вам эти твари? — уточнил я. — И в бою, и по ощущениям.
— Вы знаете, дукс, с учётом, что действенное оружие против них есть, а сила полей Фермопил такова, что проникнуть на борт ксеносы могут только сквозь малые и мерцающие проколы — никак. Жертв на борту не было вообще, абордажный батальон Фермопил прекрасно справлялся. Но отвратны, конечно, — поморщился он.
— И, возможно, придётся сегментно отключать щиты, — уточнил я.
— Я это понимаю, дукс. И я, и корабль и экипаж — готовы! А теперь прошу простить — вынужден вас оставить, Фермопилы выходят на разгонную траекторию, а место капитана во время гиперперехода…
— На мостике. Понимаю, триерарх, — кивнул я.
В общем, огляделись, спустились в ангарную и стали думать. Где эта «стабилизирующая деталь» в груде плоти-эффекторов ксеноса (или ксеносов). Или орган, или ещё что-то, чёрт знает, что. Но пока выходило неважно: нападение выглядело так, судя по всем данным: на движущееся в гипере судно шмякался ком ксеносов (или ксеноса). Огромный, достаточный, чтоб практически полностью закрыть лайнер Космонавигации.
Кроме двигателя — поток термоядерного пламени твари не нравился, явно не температурой, а, скорее всего, каким-то жёстким излучением.
Так вот, навалился этот ком плоти на корабль. Если есть щиты — начинает их ковырять физикой и всякими своими проявлениями. Если нет щитов — сразу ковыряет обшивку и подпускает под нею эту свою массу. Которая принимает формы «боевых эффекторов». И старается перебить, поглотить и всё такое людей на корабле. И… развеивается при выходе в нормальное пространство. Той частью, что снаружи. А что внутри — не исчезает, а истлевает.
Не слишком радостная картина рисуется, кстати говоря. Как бы этот «стабилизатор» не был в части, которая до захвата судна находится в гиперпространстве. И на корабле не появляется до окончательного захвата, в смысле «расчистки от экипажа».
— А ведь так, скорее всего, и есть, — констатировал я в процессе беседы.
— А что нам делать? — растерянно уточнила Кудряшка.
— Ну, для начала, познакомиться с этими ксеносами поближе, — пожал я плечами.
14. Гиперпространственный пейзаж
Как пояснил Колин: чтобы не тратить времени на вход-выход в гиперпространство, Фермопилы сходу, от Терры, закладывали этакий «крюк по карантинному региону». Который ксеносами и атакуется. Не сказать, чтобы это стопроцентно надёжный способ их найти (а точнее — нарваться), но других никто не знал. А вот по пути мы считали и прикидывали с Эмиком: а что мы вообще в этом гиперпространстве сможем сделать? Потому что, что сможем «внутри корабля» — понятно. Только вероятность пребывания этой «стабилизирующей фигулины» вне корабля во время атаки — процентов восемьдесят-девяносто.