Гремучая смесь (СИ)

Я отрицательно замотала головой, подтверждая: не пойду!
— Упрямая, — усмехнулся Павел.
— Два сапога пара, — продолжал веселиться Александр.
— А ничего, что я тут стою? — напомнила о себе. — Это, в конце концов, неприлично.
— Неприлично ходить в таком наряде, — стоял на своем Родимцев.
— Зачем тогда покупал? — спросила у него.
— Дурак потому что, — ответил Родимцев и тяжело вздохнул.
Я скрестила руки на груди, давая понять, что готова стоять насмерть.
— Ладно, — махнул он рукой, — поехали. В конце концов, какой день рождения без драки?
— Свадьба, — поправила его. — Свадьба без драки.
— Да? — Павел вскинул брови. — А у нас будет день рождения, для разнообразия, так сказать.
— Родимцев, если ты собираешь устроить потасовку…
— Да, ни, боже мой! — перебил он меня. — Катюша, где я, и где потасовка? Это просто смешно. Нет, это не мой масштаб. Драка, и только драка. Кровавая.

— Я не поеду, — пригрозила ему.
— Вот и хорошо, — тут же согласился Родимцев. — Сейчас переоденешься и дома посидишь. А я быстренько съезжу и вернусь.
— Ты специально?!
— Вы опоздаете, — напомнил Саша.
— Поехали, — Павел открыл входную дверь.
Дом семьи Акинтола поражал роскошью. Мрамор, золото и драгоценные камни. Слуги в ливреях. В саду я заметила павлинов. Гости, которые выглядели, как члены королевских семей. Лимузины и роллс-ройсы, этих гостей доставляющие. На шее одной из дам сверкало колье с таким неприлично огромным бриллиантом, что я, было, усомнилась в его подлинности.
Мое платье выглядело именно так, как нужно на этой тусовке. Шикарно. Ну и что из того, что мою шею не обнимало колье за миллион долларов? Зато я держала под руку самого лучшего кавалера из всех возможных.
Вслед за вереницей приглашенных, мы с Родимцевым прошли в дом.
Ну, кто бы сомневался, нас ждала роскошная лестница. А наверху, как вишенка на торте, именинник (или новорожденный?) собственной персоной. Рядом с ним, сверкая белозубой улыбкой, стояла Аданна.
Медленно поднимаясь по лестнице, я разглядывала ее из-под ресниц.
Она была в белом кружевном платье, подчеркивающем гладкую, темную кожу. Никаких бриллиантов, на Аданне Лезеди в этот вечер был только жемчуг.
«Фаты не хватает», — мрачно подумала я.
И верно, единственная дочь министра Акинтола выглядела, как счастливая невеста в ожидании своего жениха.

  
31.
 
Оценив вид соперницы (да-да, я ни минуты в этом не сомневалась!), подумала: а не упасть ли в обморок? У Павла великолепная реакция, вряд ли он позволит мне позорно скатиться с лестницы. Зато появится прекрасный повод покинуть дом семейства Акинтола прямо сейчас. И подпортить игру Аданне.
А с другой стороны, наши так просто не сдаются! И в обморок я могу упасть в любой момент. Так что вперед, на штурм!
Мы поравнялись с хозяевами.
— Рад вас видеть, — благостно кивнул нам министр.
— Благодарим за приглашение, — церемонно ответил Павел. — Примите наши искренние поздравления.
В знак благодарности Аката Акинтола чуть склонил голову.
— Вы не представите вашу спутницу? — Акита с интересом посмотрел на меня.
— С удовольствием, — рука Павла легла мне на талию. — Госпожа Екатерина Романова, мой большой друг.
Я выдала свою самую лучшую улыбку. Акита подхватил мою руку и церемонно поцеловал. А мне захотелось незаметно вытереть ее о платье. Еле сдержалась.
— Мою дочь, — министр кивнул за спину, туда, где стояла Аданна, — вы знаете.
Пришла моя очередь сдержанно покивать. Знаю, знаю.
— Ну, здравствуй, моя пропажа, — Аданна выпорхнула из-за отцовского плеча и, напрочь игнорируя отца, меня и остальных гостей, прильнула к губам Родимцева.
Мои кулаки сжались сами собой. Мне уже можно вцепиться ей в волосы? Или стоит еще немного подождать?
Павел, все еще продолжая обнимать меня, исхитрился оторвать от себя эту акулу. Аданна бросила в мою сторону победный взгляд и отступила на прежнее место — за плечо отца. Правильно, так вроде бы надежнее. Но если мне шило в задницу попадет, никакой министр не остановит. А эта б…. Легкомысленная особа, стоя за плечом хозяина дома, медленно провела языком по губам. Она еще и дразнится!
 
В попытке успокоится я глубоко вдохнула, стараясь сделать это незаметно. Но Акита Акинтола увидел и с интересом энтомолога окинул меня взглядом. Улыбнулся предвкушающее. Ну и семейка!
— Русские не сдаются, — прошептал мне Павел, как только мы отошли от папеньки с дочкой.
— Да где здесь русские, — хмыкнула выразительно.
— Ты да я, да мы с тобой, — ответил Родимцев. — Разве мало?
— Ты подлизываешься, что ли? — осенило меня.
— С чего бы это? — Павел невинно похлопал глазами.
— Дай-ка подумаю, — я приложила указательный палец по лбу, делая вид, что глубоко задумалась. — Возможно, ты чувствуешь себя виноватым? Это ведь тебя пару минут назад прилюдно обслюнявила какая-то левая баба? Или я что-то путаю?
— Ревнуешь, — с удовлетворением заметил Павел. — Это хорошо.
— Хорошо, что ревную? — уточнила у него.
— Ага.
— И чем же это хорошо? — спросила подозрительно.
— Ревнуешь, значит любишь, — убежденно ответил Родимцев.
А вид такой довольный, как у кота, обнявшегося сметаны.
— Не обольщайся, — решила немного остудить нахала. — Просто не люблю попадать в дурацкие ситуации.
Павел явно обирался ответить что-то едкое, но я не дала ему рта раскрыть.
— А шампанское здесь подают?
— Шутишь? Здесь подают не просто шампанское, — Павел огляделся в поисках официанта. — Здесь подают Cristal.
— Всегда хотела попробовать. Надо же узнать, настолько ли оно хорошо, чтобы стоить таких денег.
Родимцев нашел глазами официанта, сделал знак рукой, подзывая его, и ответил:
— Вот сейчас и решишь.
Нам подали знаменитый Cristal. Взяла хрустальный бокал, медленно пригубила элитный напиток. М-м-м, пожалуй, богачи правы, предпочитая эту марку.
— И как? — спросил Павел.
Пару глубоких глотков, и мой бокал пуст. Павел протянул мне свой.
— Когда выйду замуж за миллионера, — ответила, сделав глоток из его бокала, — буду пить его каждый день.
— Обязательно за миллионера? — уточнил Родимцев.
— А кто еще будет поить меня шампанским стоимостью тысячу долларов за бутылку?
— Ну, — Павел пожал плечами, — я могу.
Любая другая на моем месте, тут же ухватилась за эту фразу. Похлопала бы ресницами, с придыханием спросила бы: «О чем ты?», или, прижимая руку к взволнованно колышущейся груди сказала: «Я не понимаю тебя». Или что-нибудь еще, в этом роде. У женщин масса приемов и уловок.
Ага, разбежались. Ничем я хлопать не буду и спрашивать или уточнять тоже не буду. Надо ему, пусть сам скажет. А несколько дней ходила сама не своя, ждала, когда этот мужлан разродится предложением. И что? Ни-че-го. Дырка от бублика. Спасибо, с меня достаточно.
— Я подумаю, — ответила Павлу и сделала еще глоток.
Бинго! Судя по выражению его лица, он ожидал гораздо большей заинтересованности. Гад!
Обвела глазами зал, разглядывая гостей. Да, публика здесь явно не бедствует.
— А министр женат? — спросила у Родимцева.
— Присматриваешь мужа? — иронично поинтересовался он.
— Возможно. Так что, женат?
— Давно.
— И где его министерша?
— Катерина, что за выражения?
— Нормальные выражения. Он министр, она его министерша. К тому же нас здесь все равно никто не понимает.
— Ага, как же, — хмыкнул Павел. — Половина присутствующих училась в Советском Союзе. Так что ты поаккуратнее.
 
Упс, как же я об этом не подумала. Видимо, Cristal сделал свое черное дело. Вот что значит дорогой напиток — эффект виден сразу.
— Шарикову больше не наливать, — сказала Павлу.
— Брось, ты выпила всего ничего. К тому же, когда ты пьяная, такая очаровашка. Мне ли не знать.