Трель соловья (СИ)

— На диван переберись, не просить же девушку тебя затащить.
— И усыпишь? — Карстен с трудом, при помощи Дерила, поднялся на ноги и тут же рухнул — к счастью, попав на диван.
— Не так, полусидя… Обязательно, — заверил его маг, набрасывая на него свободный край покрывала. — Идемте, Лирен, вы же явно от меня что-то хотите.
— У него эти… проблемы со спиной не из-за проклятья? — спросила девушка, осторожно прикрывая дверь в соседнюю комнату.
— Вы обратились не к тому специалисту с этим вопросом, — покачал головой маг. — На это вам ответить может разве что жрица Май Ше. Я не некромант и проклятия не вижу, ни классические, ни столь специфические. Какие-то еще вопросы?
— Не думаю, что с моей стороны было бы…
— Сломанные ребра — не худшее, что случалось с Карстеном за время нашего знакомства, и в этот раз полезнее будет его обругать и где-нибудь запереть, чем понапрасну волноваться, — понимающе улыбнулся Дерил. — Будь все серьезней, я бы приводил его в чувство, а не разговаривал сейчас с вами.
— Полгода назад маг-ренегат в Квирне атаковал меня каким-то особо редким заклинанием. Придворный маг не знал, как к нему подобраться, а знающая магичка была слишком занята, чтобы разбираться в этом подробней, и лишь вытащила… «колышки». С ранами лекари справились, но сказали, что от шрамов они избавиться не в силах. Возможно ли это сделать хоть каким-нибудь образом?
— Хм… — Дерил задумчиво потер подбородок, обдумывая ответ. — Навскидку я могу предположить, что заклинание было снято не до конца — или работал некомпетентный маг, — и его остатки мешают нормальному процессу регенерации. Такие случаи известны и достаточно распространены, особенно в среде воинов и наемников или во время войны, однако помимо этого встречается и личная непереносимость магии, и скрытые последствия примененного заклинания. Но точно я могу сказать только после изучения шрамов.
— Они на спине. И… — Лирен смущенно отвела глаза. — Спереди, на груди.
— Вы просите меня о помощи, Лирен, но стесняетесь показать проблему. — Неодобрительно сказал маг, приглашающе открывая дверь в соседнюю комнату. — Это ваше дело. Решайте. Платье не обязательно снимать полностью, приспустите на спине. Этого сейчас будет достаточно, вот только если вы захотите от них избавиться, избавиться придется и от вашего смущения.
— Я понимаю.
— И еще один момент. — Дерил протер ладони пахнущей спиртом салфеткой и прямо посмотрел на девушку. — Я не занимаюсь бесплатным излечением. Одно дело, если это будут обычные шрамы, совсем другое — оставленные магией. Во втором случае это будет стоить немало.
— Ничего себе, — не удержалась Лирен, услышав названную сумму. — Треть от доли в лавке Джоанны.
— Возможно, вы могли бы оказать мне услугу.
— Боюсь спрашивать, — фыркнула девушка, расстегивая застежку на платье.
— Ничего предосудительного. Мне необходимо, чтобы кто-то присмотрел за человеком, который любит совершать глупости. Он не должен их совершать.
— Вы оцениваете это в столь внушительную сумму?
— Когда речь идет о Карстене, предлагать меньшие деньги было неуважением к вам, госпожа. Вы сможете заставить его думать хотя бы потому, что на вас у него нет рычагов давления, к тому же вы опытный дипломат. В моих силах только преувеличить степень его травм, а не запереть в темнице… хотя сделал бы я это с удовольствием.
— У него не сломаны ребра? — удивилась Лирен, в душе сильно сомневаясь в правоте мага. Пусть Карстен пока этого и не знал, но за прошедшие полгода у него возникли пути для манипуляции, и для того, чтобы их не заметить при постоянном нахождении рядом, надо быть глупым человеком, не умеющим составлять простейшие логические цепочки. Об умственных способностях мужчины она была достаточно высокого мнения.
— Всего лишь небольшая трещина и проявление старых проблем, которые лечатся без особого труда, — улыбнулся Дерил. — Но ему об этом знать не обязательно. Пусть лучше лежит в кровати и ругает меня, чем пытается лазить по крышам или гоняться за кем-то. Итак, ваше решение?
 
— Хорошо, — кивнула Лирен. — Я согласна.
— Ты решил теперь постоянно изображать роль моего персонального стражника?
Маркус натянуто усмехнулся. Он не спорил, что Анна была умелым и опытным воином, однако она умудрилась убить одного члена Братства на глазах у другого, а это было очень нехорошим знаком, сводящим шансы женщины справиться в одиночку почти на нет.
— Ты чего, считаешь, что мне стоит опасаться этих парней? Брось.
— Я же говорил, что в курсе, как они мстят. Собственный кодекс чести и все такое, могла бы и знать.
Анна только фыркнула и поглубже натянула капюшон. Шапку она не носила принципиально — благо в этот год зима позволяла, оказавшись на удивление теплой. Спорить дальше она, впрочем, не стала — женщина и без того устала за вечер, чтобы еще кому-то доказывать, что победить ее не так просто. Да и Анна действительно сомневалась, что смогла бы вовремя среагировать, напади на нее кто-то вроде тех, кого послала столичная госпожа, особенно с чужим мечом не по руке, который она так и тащила за собой — оставлять в ратуше было жалко, еще приберут к рукам стражники.
— Слушай, может, заберешь меч? Отдашь его потом Карстену, все-таки коллеги.
— Давай, — легко согласился Маркус. Таскаться с оружием без ножен ему тоже не хотелось, особенно когда спутница настойчиво пытается доказать, какая она сильная и выносливая, но лучше уж лично передать другу из рук в руки, чтобы на совести было спокойно.
Дальше они шли молча, думая каждый о своем — но на удивление в одном направлении. И именно из-за этого постоянно ожидавший нападения Маркус едва не прирезал неосмотрительно подошедшего сзади мальчишку-гонца, используемого стражей для передачи разного рода сообщений.
— Чего тебе? — раздосадовано рявкнул Маркус, опуская меч.
Гонец настороженно посмотрел на меч, но с эмоциями справиться все-таки смог.
— На Приморской пожар, горят два жилых дома и крупный склад.
— Причем тут я?
— Какие дома? — отрывисто, на выдохе спросила Анна, перебив мужчину и в запале схватив гонца за плечо.
— Капитану стражи регламентом предписано в подобных ситуациях находиться на месте и осуществлять общее руководство, — заученно ответил мальчишка. За время службы в городской страже ему волей-неволей пришлось выучить ее устав, чтобы повторять его нерадивым и упирающимся стражникам. — Третий и пятый.
— Анна? — Маркус обернулся к резко сорвавшейся с места женщине, в ответ только махнувшей рукой. — Подожди.
— Зачем? — сквозь зубы поинтересовалась она, не сбавляя темп.
— Куда ты так рванула?
— Пятый дом — мой. Там остался Вит.
Мужчина коротко кивнул и дальше расспрашивать не стал, только прибавив скорость. Это, впрочем, уже значения не имело — к тому моменту, как они оказались на нужной улице, от одного дома не осталось почти ничего, другой серьезно пострадал, а с охватившим склад огнем все еще пытались бороться, почти успешно: последние языки пламени уже уступали под натиском пожарных-добровольцев, и большую часть хранившихся там товаров наверняка удалось спасти.
Пробившись через собравшуюся толпу соседей и зевак-полуночников, Анна застыла перед пепелищем, сжав кулаки и пустым взглядом глядя куда-то перед собой.
— Стоять. — Маркус тяжело положил руку на плечо пытавшегося успокоить толпу стражника, из-за чего тот нервно вздрогнул и завертел головой. — Где ребенок из пятого?
— Мы не знаем, — доложил стражник и как-то виновато добавил, искоса глядя на женщину: — Соседи говорят, что дом сгорел в считанные минуты, скорее всего, магический поджог. Если внутри кто-то был, он вряд ли успел спастись.
— А вы наверняка стояли и смотрели, как полыхает дом, — скрипнув зубами, процедила она. — Даже не подумали, что кому-то нужна помощь.
— Анна! — прикрикнул на нее Маркус, обняв ее и насильно оттаскивая в сторону, подальше от пепелища и стражи. — Чего взъелась? Не он твой дом поджег.