Трель соловья (СИ)

— В связи с сложившимися обстоятельствами, я вынужден просить вас, капитан, выполнить роль дипломатического представителя второй раз и доставить мой ответ его величеству Стефану. Лично прибыть я смогу только тогда, когда будут сняты ограничения по использованию телепортационной сети на вашей стороне, а подписание договоров до этого времени будет отложено.
— Почему я? — не менее устало спросил Карстен, которому, вообще-то, уже было все равно, куда ехать, с кем общаться и что делать. Ну разве что хотелось отдохнуть, отпуск все-таки… но этого ему не грозило в ближайшие месяцы. — У вас есть собственная служба.
— И они все мои подданные, — грустно сказал Кристоф. — А это недопустимо. И все же, капитан, не окажете нам с коллегой еще одну услугу?
— Конечно, ваше величество.
— Вам будет необходимо передать Стефану пакет, который находится у моего секретаря, он вам выдаст. До Таркешши я предлагаю отправиться вам теплоходом, единственным на сегодняшний день образцом достижения современной науки, — улыбнулся король. — Уникальная возможность. В пути он находится намного меньше, чем привычные нам корабли.
— Никогда про такое не слышал.
— Заодно и ознакомитесь. Итак…
Спустя два часа изрядно замученный Карстен с облегчением покинул слишком уж гостеприимные стены дворца и неторопливо направился в сторону больницы. Попавшаяся ему на глаза пару дней назад Марика торопливо объяснила, куда идти и где искать Маркуса, и тут же снова исчезла — после безобразного побоища на площади много работы было и у стражи, и у магов, и отвертеться в этот раз ей не удалось.
К тому же после своей личной победы она стала намного спокойней и покладистей, избавившись от временами мучавших ее отзвуков прошлого — пусть она и утверждала обратное. Карин даже предположила, что к жизни снова вернется Керолайн Энн, на что Марика только расхохоталась, заявив, что прошлое осталось в прошлом, пусть там же будет и все, с ним связанное. А новое имя пусть и не было известным или особенно красивым, но ей нравилось.
Маркус нашелся почти сразу — обмотанный бинтами, он, громко ругаясь, бодро убегал на костылях от преследовавшей его со шприцом в руке лекаря, чем изрядно развеселил друга. Услышав неуместный в стенах больницы хохот, наемник остановился и раздраженно посмотрел на капитана, но выразить свое возмущение сразу ему не дала подошедшая девушка.
— Чего лыбишься? — простонал он, ковыляя к ближайшей лавочке. — Не люблю я уколы, а они достали — надо, надо… Еще всего вон обмотали, хорошо хоть к кровати не привязали. Для шеи, говорят, полезно, защемило. Над тобой так же издевались?
— Нет, — хмыкнул Карстен, садясь рядом. — Бегать за мной не бегали. Правда, подозреваю, там дело было в том, что бегать я и сам не хотел.
— Смеешься, да? — мрачно буркнул наемник и мстительно добавил: — Насколько помню, ты валялся бревном и уверял Дерила, что подыхаешь.
— Есть немного. И я этого, кстати, и не отрицаю.
— Ну и хрен с тобой. Ты вот что лучше скажи — возьмешь к себе в стражу, когда поправлюсь?
— О, я даже больше скажу, — многообещающе произнес Карстен, протягивая ему сложенный пополам лист бумаги, к которому был прикреплен серебряный медальон капитана. — Меня тут припахали к общественно полезному делу в Таркешше. И вот… Как раз шел к тебе с этим предложением. Нире не нравится исполнять обязанности, так что она обещала по моей рекомендации любого к этому делу пристроить. Тебя — так вообще с распростертыми объятьями.
— Ну спасибо, друг, — усмехнулся Маркус, но письмо и медальон аккуратно засунул в карман. — Вспомни, ты сам-то доволен этим местом?
— А ты собрался прямо так, с больной ногой преступников ловить? Не смеши. А к тому времени, как полностью восстановишься, я успею вернуться, — заверил его капитан, хотя сам в этом сомневался — пусть спина и не болела всю последнюю неделю, но никто не мог гарантировать, что этого не повторится снова. Как и того, что он благополучно избавился от проклятия, хотя верить в это очень хотелось.
Но проклятие почему-то сейчас, при взгляде на перемотанного друга, волновало его меньше всего.
 
— Ладно, убедил. А…
— Милорды, будет лучше, если вы поговорите позже, — вежливо, но непреклонно сказала стоявшая поблизости лекарь. — Больному еще на перевязку.
Полюбовавшись напоследок на вытянувшуюся физиономию Маркуса, Карстен хлопнул его по плечу и пошел дальше, оставив друга наедине с хищно нацелившейся на него девушкой.
Попасть к Лирен оказалось сложнее — на этаж с тяжелыми пациентами пускали только по специальному пропуску, но его вполне заменила записка, подписанная лично его величеством. Пробегавшая мимо девушка, нагруженная какими-то трубочками и хирургическими инструментами, быстро объяснила, куда пройти, попросила сильно не тревожить и спешно скрылась за дверью, из-за которой уже доносились злые окрики.
Лирен лежала на боку, опершись на забинтованную руку, и что-то писала здоровой. Услышав щелчок открывающейся двери, она напряглась — лекари запретили ей шевелиться лишний раз, — но, увидев Карстена, расслабилась и откинулась на подушку.
— Как ты себя чувствуешь?
— Ничего, — грустно улыбнулась девушка, тихо шмыгая носом. — Жива. Единственное, что хорошо… Ты знаешь, что стало с Дени? Расскажешь?
— Ты уверена, что хочешь про него слушать? — уточнил капитан, затаскивая в палату стоявший в коридоре стул.
— Почему нет? — Лирен зажмурилась, но сдержать набежавших слез все-таки не смогла. — Какая уже разница. Только дверь закрой, а то набегут эти… Они пугаются, когда я начинаю говорить, поэтому запретили.
— Из-за чего? — удивился мужчина, послушно поворачивая защелку.
— Помнишь, ту легенду, которую просила Лина рассказать? Наш дар работает точно так же, и тогда в лесу я… испугалась и сорвалась, чего не должна была делать. Один раз влечет за собой еще один, и еще — это что-то вроде естественного правила. И потом как-то все оно разом… главный, Дени, эта рана… Эмоциональная нестабильность, переживания, в итоге я просто не могу себя контролировать, и лекарям достается, когда им приходится что-то у меня спрашивать. А на тебя почему-то не действует.
— Иммунитет, — отозвался Карстен, не вдаваясь в подробности. Объяснять, что этот самый иммунитет был приобретен после проклятия, ему не хотелось.
— Ясно, — девушка вздохнула. — И все-таки, что с Дени? Кажется, Марика за ним кинулась…
— Говорят, весь город видел огонь. От этого недоумка остались только обугленные кости, с которыми даже некромант ничего не смог сделать.
— Хорошо. — Лирен закрыла глаза и какое-то время они молчали. — Скажи, откуда ты знаешь про хартии?
— Не держи меня за совсем уж неуча, — усмехнулся Карстен. — Нира настаивает на том, что старшие чины стражи должны быть хорошо подготовленными и в этом плане, благо у нас есть собственная академия в Дартве. Да даже без Ниры… меня в академию запихнул мой учитель, чтобы я днем не шатался по улицам без дела.
— Это была определенно отличная идея, — искренне сказала девушка. — Чем во дворце все закончилось?
Некоторое время ушло у капитана на то, чтобы пересказать просьбу его величества — заодно и проконсультировался у более опытного человека относительно некоторых вопросов. Лирен одобрила эту идею и окончательно расслабилась и даже слегка повеселела — хотя бы здесь все складывалось удачно.
— Ты не собираешься возвращаться в столицу?
— Зачем? Стефан создаст свою собственную новую службу, в которой будут верные ему люди… А я не хочу еще раз пройти через это. Хочу вернуться к Джо, она милая и добрая — и ей действительно нужна моя помощь.
— Правильно, — улыбнулся Карстен и положил на прикроватную тумбочку еще один конверт. — Тем более у нее скоро совершеннолетие, и будет хорошо, если ты будешь рядом. Я вряд ли успею вернуться.
— Что это?
— Маленькая просьба. Не хочу, чтобы ты этим сейчас забивала себе голову, это будет к месту ближе к дню рождения Джоанны.