Неспящая во льдах (СИ)

– Ой, поняла! ― Марикейт захихикала. ― Они будут ведьмами-недоучками. Какой с них спрос! Ладно. Вон там, ― фея указала в сторону волшебного дерева, ― место сбора. Минут через пятнадцать подойдёте с западной стороны и спрячетесь в избушке. Авось, никто и не заметит.
Королевы исчезли, а мы с мамой стали аккуратно пробираться к поляне.
– Дочка! Смотри, там же настоящая бойня, столько раненых и убитых! ― Эмма содрогнулась.
Мы притаились за огромным ветвистым деревом и с ужасом наблюдали за столпотворением бессмертных. Судя по всему, тут только что закончился бой. Марикейт и Аннора, которые так хотели принять участие в сражении, казались разочарованы, хотя их появление прошло весьма эффективно. Фея, как всегда, сверкала, а Аннора порадовала мужчин, спустившись вместе с сёстрами с набежавшего облачка. Мини юбки валькирий и ботфорты на одиннадцатисантиметровых шпильках не остались незамеченными. Я мысленно аплодировала. Когда-нибудь и я смогу вот так же предстать перед изумлённой публикой, гордо расправив золотые крылья. Или не смогу?
Мы с мамой обошли поляну и пробрались в избушку. Перед нами на сухом поваленном дереве сидели две королевы и хорошенькая рыжая женщина, грудь которой была туго перебинтована. Из разговора я поняла, что это сестра Геры, Аникейн. Она так же являлась дочерью короля чародеев. Сложив все факты, я усмехнулась. Значит, и Гера, и её дочь, принцессы? Вот это да! Прямо королевские игры какие-то! Мужчины спорили, кто отправится в мистическое государство демонов сражаться с древним злом, а кто останется охранять переправу, которую я только что заметила. Королевы же не вмешивались, по обыкновению обсуждая мужскую привлекательность отдельных представителей. По непонятной мне причине, их выбор пал на гномов. Впрочем, я могла и ослышаться. Называть гномами двухметровых парней у меня просто язык не поворачивался.
Наконец, правители пришли к согласию. Три дюжины солдат разных рас окружили темнокожих женщин. Как я поняла, они тоже являлись ведьмами. Остальные же заняли позиции у огромного тёмного озера. Марикейт дождалась, когда наспех сооружённые плоты исчезнут из поля зрения, и махнула мне рукой.
– Присоединяйся к нам, королева!
– А Аникейн? Она отбыла в первых рядах?
– Да. Крошка Жаклин её племянница. Она отвечает за неё перед кланом. Ей нужно быть там, как можно быстрее.
– А мы? Почему мы медлим?
Аннора пожала плечами.
– И ничего мы не медлим. Они сами по себе, мы сами.
Шестеро огромных Чёрных эльфов вынесли из леса крепкий плот.
– Почему мы должны плыть? Разве нельзя просто переместиться?
Аннора посмотрела на меня, как на неразумное созидание.
– Тумана нет? Нет! Вода поднялась? Да! Стражи ушли на дно. Что это значит?
Фея взяла меня за руку.
– Ну, откуда ей знать, что это значит? Она же тут новенькая. Слушай. Раз в пятьсот лет, старейшины Дарсии запускают старинны заклятья. Они блокируют любую магию. Демоны считают, что это не позволит древнему злу воспользоваться своими силами и выйти на свободу. Так вот, переправа становится проходимой. Портал в государство, охраняемый зубастыми чудовищами, превращается в простое озеро, которое можно пересечь на пароме и даже переплыть брассом.
– Там, в Дарсии, у нас не будет никаких способностей. Придётся рассчитывать на собственные силы. Ты умеешь драться?
Я поёжилась. Я не только не умела драться, я ещё не умела бегать, прыгать и кувыркаться, ну, как мне казалось раньше. А сейчас я даже не знала, на что способна.
Аннора первой взошла на плот.
– Ладно. Разберёмся на месте. Никсон в Дарсии. Думаю, он преследует одноглазого демона.
– Да, ― Марикейт разбежалась и чуть не перелетела паром, удержавшись на самом краю, ― как выяснилось, наш хороший одноглазый друг, ко всем его достоинствам, так же является магистром адептов, поклонников древнего зла.
Я тоже разбежалась, но это не помогло. Если бы не королевы, я быстро пошла бы ко дну. Даже у берега глубина странного водоёма достигала нескольких метров. Мне показалось, что что-то клацнуло у ног.
– Блин! Надо быть аккуратнее. Не все стражи заснули. ― Валькирия взяла весло и оттолкнулась.
Эмма стояла на берегу и махала нам рукой. Она согласилась остаться и помочь раненным в сражении оборотням. Я не увидела ни страха, ни отвращения в её глазах. Принимая меня, она смогла принять и мой новый мир, каким бы странным он ей не казался.
Путешествие длилось минут двадцать. Выйдя на асфальтированную набережную, мы стали подниматься вверх по холму. Остановившись у пункта проката машин, Марикейт вздохнула. Её великолепное сияние погасло, и это подорвало её уверенность в собственных женских чарах.
– Иди ты, Мари, договорись. Нам нужен автомобиль.
Огромный демон с толстыми закрученными рогами произвёл на меня неизгладимое впечатление. Когда я по простоте душевной спросила, почему на него не действуют заклятия против магии, он долго смеялся.
– Это мой образ, моя сущность, девочка! Кстати, я Самуэль. Так вот. Демоны пьют зелье, чтобы не пугать людей. ― Он нежно погладил ониксовые рога. ― А что касается их, ― Самуэль небрежно кивнул на двух королев, мнущихся у входа на улице, ― то все их сияния и молнии ― не что иное, как магия чистой воды. Лиши их этого, и смотри, вон стоят обыкновенные бабы. Даже не скажешь, что высокородные особы.
– Скажи, Самуэль, давно ли тут появился лорд Никсон?
Демон потёр забинтованную руку.
– А тебе зачем?
Я тяжело вздохнула.
– Я его невеста. Прорицательница сообщила, что с Максом может произойти беда. Надеюсь, я не опоздала…
– Невеста? Вот это да! Кто бы мог подумать… Ладно. Лорд прибыл вчера. Он спешил нагнать генерала.
– Родена?
– Точно. ― Демон опять потёр забинтованную кисть.
– В общем, думаю, они встретились. Все мои машины оснащены спутниковой локацией. ― Демон достал карту. ― Вот здесь. ― Он ткнул пальцем с острым чёрным когтём, чуть не прорвав бумагу. ― А потом поехали в эту сторону.
– Оба? Значит, мой вампир жив?
– Ну, если чёртов Роден не раздвоился…
Я схватила карту и кинулась на улицу.
– Стой, фурия! Ключи от машины забыла!
Я остановилась, как вкопанная.
– Откуда ты знаешь?
Самуэль усмехнулся.
– От тебя исходит особый запах, запах опасности. Скоро ты начнёшь превращаться.
– Это ещё почему?
Демон хитро подмигнул мне.
– Я же сказал, здесь, в Дарсии, в период воцарения, каждое существо обретает своё истинное лицо. А твоё истинное лицо прекрасно. Не стесняйся его, девочка.
Я вышла на улицу совершенно ошарашенной.
― Дерьмо, дерьмо, жизнь ― дерьмо! ― Аннора пинала Джип по колёсам и изрыгала ругательства совсем не по-королевски.
– Да угомонись ты, валькирия! Без тебя тошно! Марикейт покинула машину и приступила к изучению карты. ― Ты же видела, весь транспорт разобрали до нас. Скажи спасибо, что хоть это чудо техники осталось.
Из-под капота чуда техники валил сизый дым, давая понять даже самым тупым и непродвинутым автомобилистам, что дальше придётся топать на своих двоих. Мои подруги выглядели несчастными и разбитыми. Зато я чувствовала прилив сил.
– Мы находимся тут. Верно? ― Я вырвала карту у Анноры. ― А машина Никсона была запеленгована там. Значит, до неё примерно десять километров.
– А миль? Сколько это в милях.
Я задумалась.
– Не важно. Вы останетесь здесь, а я пойду вперёд.
Валькирия округлила глаза.
– Ты? Ты же рухнешь за ближайшим камнем. Если уж мы выдохлись…
– Не переживай. Всё будет хорошо.
Я сунула карту в карман и пошла вверх по склону.
Каменная пустыня произвела на меня неизгладимое впечатление. Ещё никогда мне не доводилось видеть полное отсутствие жизни. Зловещий красный туман опускался на горы и долины, ухудшая видимость. Хотя, я прекрасно видела и сквозь туман. Я поднималась всё выше и выше, ругая себя за то, что не отправилась в путешествие одна. Из-за королев мы потеряли слишком много времени. Как я не пыталась объяснить, что не стоит делать крюк и обследовать места, где лорда уже не было и в помине, женщины упёрлись, как овечки. Не получив долю славы в сражении, они решили поиграть в детективов-спасателей. Поэтому полчаса исследовали пустой разгромленный дом, который, по их словам, принадлежал самому королю демонов. Забрав с собой единственный трофей, окровавленный кинжал с отрубленной кистью, они решили отправиться дальше. Если бы валькирия вела машину аккуратнее… Впрочем, всё сложилось так, как сложилось.