Треугольник с острыми углами (СИ)
Ты оцепенел, перед глазами пронеслись последние две недели, но умные мысли не посетили.
- Вадим, хорош прикалываться? - со стоном, то ли спросил, то ли попросил ты. Вадим слегка передвинулся, взял в свою руку твою ладонь и положил на свою ширинку. Весьма оттопыренную ширинку.
- А разве похоже, что я прикалываюсь? - вот черт…
- Вадик, это все коньяк. Я не гей, ты не гей, у тебя, наверное, просто женщины давно не было, - ну, за себя Вадим не говорил бы так однозначно. Ему, по сути, всю жизнь было все равно: мальчики, девочки. Если хорошо, то какая разница? Лишь бы он оставался топом. Его до кругов перед глазами заводила мысль, что у Дэна никогда не было мужчины, что он будет первым (а что все-таки будет, он не сомневался, никто не мог отказать Вадиму Воронину) и единственным, уж за этим он проследит.
- Поехали ко мне после спектакля, - не обращая внимания на зарождающуюся у тебя истерику, сказал Вадим.
- Никуда я с тобой не поеду, - как-то даже зло ответил ты, на глаза навернулись слезы. - Чтобы ты меня там изнасиловал, да? - мысль, была, бесспорно, заманчива, но Вадим не был бы КМС по шахматам, если бы не умел вовремя притормозить, не сдавая, впрочем, завоеванных позиций. Дэна он хотел добровольно.
- Прости, Дэн, я веду себя как последний урод, - Вадим продолжал поглаживать тебя, но уже без прежнего напора. - Наверное, пойло паленое попалось. Конечно, мы не геи, и никто никого насиловать не собирается, - ты расслабленно откинулся на спинку стула.
- Ну и напугал же ты меня, Вадик, - выдохнул с облегчением.
- Я тебе настолько неприятен? - ты задумался. Нет, он ни в коем случае не был тебе неприятен, более того, ты находил его во всех смыслах достойным восхищения, но переспать с ним… Это нечто совсем иное. Ты колебался с ответом, и обидеть не хотел, и согласиться не мог.
- Нет, ты мне не неприятен. Просто я предпочитаю женщин, - молодец, похвалил себя, ответил именно так, как надо.
- Просто ты не пробовал мужчин, - спокойно возразил Вадим, перенеся взгляд на сцену. Ганса давно уже утопили в озере, Жизель и Альберт изо всех сил сопротивлялись подобной участи для Альберта, близился финал.
- А ты? - ты перевел дух, прежде чем завершить вопрос. - Ты пробовал?
- Да.
- И как? - Вадим улыбнулся, возможно, он поторопился поставить крест на сегодняшнем вечере.
- Что как? - решил помучить.
- Как, с мужчинами?
- В смысле, понравилось ли мне?
- Угу…
- Да.
- Просто “да”?
- Милый, ты что, подробностей хочешь? - с улыбкой спросил Вадим, а ты сидел и не знал, как реагировать на “милого”. Мудро решил, что никак.
- Ну, не подробностей, но не просто же “да”… Как это, с мужчиной? - спросил ты с какой-то детской непосредственностью. Вадим почувствовал, что снова возбуждается. Как-как, через зад, хотелось ответить, но он понимал, что Дэн не готов услышать такие подробности, поэтому сказал:
- Это по-другому, Дэн, иначе психологически. С женщиной же как? Ее возбуждение и готовность к акту любви не столь очевидны и бывают обманчивы, у мужчины все проще в этом смысле, - выпили еще. Близился рассвет, спасенный Альберт и мертвая Жизель прощались навсегда. - С мужчиной на равных, ты по себе знаешь, что именно может доставить максимальное удовольствие партнеру, не боишься делать резких движений, это как с самим собой, Дэн, со своим отражением, - ты слушал, раскрыв рот, никогда не думал о гомосексуальных отношениях в таком ключе. Как с собой… Занавес. Аплодисменты. Японцы наперебой делились впечатлениями, позволив помолчать и привести мысли в порядок. Вы попрощались, усадили их в заказанное заранее такси до гостиницы и пошли к машине, которая должна была отвезти тебя домой.
- Куда, Дэн? - ты задумался. Нет, ты точно ненормальный, если размышляешь, куда ехать ночевать.
- Домой. Ко мне.
- Ленинский проспект, - сказал Вадим водителю. Он решил не настаивать сегодня, вечер и так оказался небесполезен. До дома ехали в молчании, договорились, что завтра прямо с утра приедешь на Пушкинскую с ноутом и эскизами.
Жена, как оказалось, не спала, поджидая тебя. Сказать, что Маргарита была поражена, увидев в дверях пьяного и растрепанного мужа, ничего не сказать.
- Ого, - только и прошептала. - И откуда это мы такие? Эскизы показывал? - ты снял пиджак, повесил его на вешалку и прошел в ванну. Зажурчала вода. Маргарита никогда не имела привычки лазать по чужим карманам, но из пиджака так маняще что-то выглядывало. Рита не удержалась и вытянула из кармана программку балета, покрутила в руках, с силой отшвырнула в другой конец прихожей, закрыла лицо руками и разрыдалась.
***
Ночью ты проснулся от легких поцелуев, покрывающих грудь и живот. Руки затекли, удивительно, как ты вообще смог уснуть в такой неудобной позе и с такими мыслями. Вадим сказал, что любит. От понимания этого голова шла кругом. Он. Любит. Тебя. Но способен ли он что-нибудь изменить?
- Вадим?
- М-м-м…
- Вадик, что ты делаешь? - с волнением и придыханием спросил ты, начиная возбуждаться.
- Дэн, я думал, я смогу, я весь день держался, не подходил, а вот сейчас не смог. Никак не уснуть, когда ты рядом, я словно постоянно слышу твой запах, твое дыхание, и думать ни о чем другом не могу. Что ты со мной сотворил, а? - быстро зашептал Вадим, глядя на тебя воспаленными глазами. Сердце разрывалось от жалости и бесконечной нежности к этому восхитительному человеку.
- Вадик, развяжи меня, я не сбегу, я клянусь…
- Хорошо… Но если сбежишь, я убью тебя, - ты вздрогнул, поверив сразу и безоговорочно.
========== Глава 8. Ступени познания ==========
Ты проснулся на диване, все тело затекло, голова, казалось, вообще сейчас оторвется. Сел, припоминая вчерашний вечер, и со стоном снова опустился на подушки. Сцену тебе жена устроила знатную, все пыталась докопаться, как зовут твою любовницу.
- Ритуля, какая любовница? Я работаю по двадцать часов в сутки, когда мне?
- Тогда с кем ты был в театре? - сощурив глаза, пытала Рита.
- С клиентом…
- Это теперь тоже входит в обязанности дизайнера? - и так далее… Обвинила во всех смертных грехах и закрылась в спальне. А ты вновь спишь на диване в гостиной.
Ехать к Вадиму было откровенно страшновато. Как он тебя встретит? Что скажет? А вдруг решит завершить начатое? А ты уверен, что откажешься? А если не захочет больше работать с тобой? Вопросы калейдоскопом крутились в голове. Ладно, решил ты, участь свою не узнаешь, пока не приедешь.
Веня встретил как всегда доброжелательно, ты уже начал привыкать к его чрезмерной, на твой взгляд, открытости и эмоциональности. Все-таки, мужчины так себя не ведут. Хотя Веня и не совсем мужчина, наверное. Вспомнив, что сам чуть было не стал как Веня, покраснел, потом побледнел, смутился окончательно.
- Вадим Александрович приглашает к себе.
Ты робко шагнул в кабинет, тихо притворив за собой дверь.
- Доброе утро.
- Привет, Дэн, проходи, садись, дай мне полминуты, я только письмо отправлю и готов работать с тобой, - проговорил Вадим, не поднимая головы от компьютера. Ты пытался прочесть по лицу его мысли и эмоции. Бесполезно. За плечами Вадима не один год отвоевывания места под солнцем, по нему, если он не хочет, вообще ничего не понять. Щелкнул мышкой, на полметра откатился в кресле и посмотрел прямо тебе в глаза.
- Похмелья нет?
- Нет. Спасибо, все хорошо, - вроде не сердится, подумал ты, не зная, чего ожидать от своего клиента, и от этого чувствуя себя очень неуверенно.
- Отлично, - улыбнулся Вадим, - тогда начнем.
В течение нескольких часов, с небольшим перерывом на кофе, обсуждали твои наработки. Что-то было одобрено, что-то сразу отметено.
- Я не хочу бирюзу в спальне, Дэн.
- Но она идеально дополнит твой любимый коричневый.
- Придумай что-нибудь другое. А вот как ты мебель расставил, мне очень нравится. А ванная какая-то слишком гламурная, нет?