Клянусь тебе в неверности (СИ)

На ватных ногах подошла к бывшему мужу и поймала его рассеянный взгляд. Он был в сознании, но на грани того, чтобы совсем отключиться.
- Что-то не так. – тихо сказал, в один миг будто опьянев в сто раз сильнее. Речь нарушилась, а рука, которую он пытался вскинуть, чтобы вытереть кровь с лица, не смогла прикоснуться к цели и в итоге безвольно повисла вдоль тела.
- Я вызову скорую. – судорожно сглотнув, отозвалась, перед тем, как муж потерял сознание. Достала из кармана мобильник, но Слава меня остановил.
- Тут клиника есть за углом. – взволнованно произнес он, вытаскивая из костюма Богдана брелок от машины. Садитесь. Он кивнул на большой внедорожник, и подхватил под руки мужчину, которому еще минуту назад без сожаления наносил удар за ударом. Усадил безвольное тело на заднее сиденье авто, захлопнул за ним дверь и не теряя больше ни единой секунды, сел за руль чужого автомобиля.
Я не успела заметить, как мы уже затормозили возле входа в частную клинику. Санитары, устроившие перекур у бордюра, быстро сработали, заметив, как из внедорожника вытаскивают мужчину без сознания.
Туман в моей голове никак не желал рассеиваться. Я будто на автомате прижимала рыдающую дочку к себе, наблюдала как Богдана перекладывают на каталку и везут в клинику. Шла сзади, отвечая на вопросы врачей.
- Мам, папа что, умирает? – захлебываясь в слезах, произнесла Машка.
Я виновато взглянула в ее заплаканное лицо. Пригладила непослушные белокурые волосы.
- Конечно, нет. Все будет хорошо. – ответила, пока разум уже подкидывал догадки.
Я была в одиннадцатом классе, когда у папы случился первый инсульт. Тогда мы были дома вдвоем. И это мое первое воспоминание, когда я отчаянно впала в панику и не понимала, как следует поступить. Почему-то тогда я не додумалась взять телефон и позвонить в скорую. Я не знала, что происходит с отцом и почему в один миг он из обычного состояния превратился в человека под сильным алкогольным воздействием. Мне казалось, что он не может контролировать ни свою мимику, ни жесты, ни даже речь. Каким-то чудом, я сообразила постучаться в дверь соседки тети Наташи, и она сразу же позвонила в больницу. Тогда все обошлось, но я до сих пор вспоминаю, как собственный же рассудок меня предал в критической ситуации отказываясь рационально соображать. Днем позже врачи сказали, что, если скорую вызвали бы на десять минут позже – последствия были бы совершенно иными.
Перед нами захлопнулась дверь реанимационной палаты. Строгие доктора сухо сказали, что дальше вход воспрещён, оставляя нас с дочерью возле жестких железных сидений в мрачных коридорах больницы.
- Мирр, - голос мальчишки заставил меня вздрогнуть. Поежиться. Я совсем забыла о том, что он стоит за спиной.
Оглянулась, облизала пересохшие губы. Впилась взглядом в его окровавленное лицо. Зачем-то начала отрицательно мотать головой, будто отказываясь верить в происходящее.
- Прости. – тихо выдавил он. Перевел взгляд на Машку. – И ты, малышка, прости меня и своего папу. Мы не хотели тебя напугать.
Еще миг и из моих глаз хлынут слезы. Я сжала зубы, приводя дыхание в норму. Плакать и еще больше пугать дочь – не лучшая стратегия в такой ситуации.
- Оставь нас одних. – холодно произнесла я, желая лишь одного – чтобы с глаз моей дочери убрались последние признаки безумной драки. – Обработай раны. Мы поговорим позже.
Слава хотел что-то ответить. Наверное, возразить. Но в итоге лишь кинул на меня виноватый взгляд, вложил в ладонь брелок от машины Богдана, и не прощаясь, развернулся спиной. Пошел прочь по длинному больничному коридору, заставляя каждый звук тяжелого шага отдаваться эхом в моей голове.
Это я во всем виновата. Я одна.
 Глава 13. На осколках страсти. 
- Как ты? – осторожно спрашиваю я, когда Богдан открывает глаза. Он уже приходил в себя, но плохо понимал, где находится и что именно произошло.
Муж морщится, демонстрируя боль. Неповоротливо шевелит рукой, ощупывая лицо и сломанный нос.
 
- У тебя был инсульт. – произношу как можно спокойнее, хотя внутри все рвется на части.
Мужчина хмурится и смотрит на меня не верящим взглядом.
- Тромб. – я отвожу глаза в сторону. – В твоей голове был тромб. Сосуды закупорились. Врачи сказали, что рано или поздно это все равно бы произошло, и драка просто ускорила развитие событий.
Слышу тяжелый вздох, а затем чувствую аккуратное прикосновение холодной руки к своей ладони. На глаза наворачиваются слезы, от страха, от бессилия, от невозможности повернуть время вспять и предотвратить этот ужас.
- Мирра, милая... – голос Богдана ослаб, поэтому приходится напрягать слух, чтобы разобрать его речь. – Прости.
С этим коротким словом с души будто убрали затвор, который сдерживал все эмоции. Из глаз хлынули горячие слезы, а грудь зашлась в частых рыданиях.
Я подскочила со стула и устремилась к окну. Закрыла лицо ладонями. Если бы в коридоре сейчас не сидела Машка, за которой присматривает вызванная прямо в больницу Алиса, я бы уже унеслась из палаты.
Нам невероятно повезло, что клиника оказалась в десяти минутах езды от дома, а ее главный врач был хорошо мне знаком. По чистой случайности эта больница была клиентом моей компании и регулярно заказывала артистов на корпоративы.
Быстрая реакция Матвеева, который сразу привез нас сюда, и оперативность врачей, позволили отделаться малой кровью. Пожалуй, последствия оказались минимальными из всех возможных. У Богдана лишь небольшое осложнение на левую руку, и совсем немного нарушена речь. Доктор сказал, что через два месяца усердной терапии и занятий, все придет в норму.
Но, черт, кровь в жилах стынет, когда я думаю, что все могло бы обернуться совершенно иначе.
С трудом взяв себя в руки, я поворачиваюсь к мужу и скованно улыбаюсь.
- Я вел себя как ублюдок. – неожиданно говорит он, пронзая меня молящим о прощении взглядом.
- Не время…, - опускаю глаза, исследуя стерильный больничный пол. – для серьезных разговоров. Тебе сейчас нужно думать о своем здоровье, а всё остальное потом.
- Милая, подойди ко мне. – помолчав лишь мгновенье, попросил муж.
Я нехотя сделала шаг и вновь села на жесткий стул возле его кровати.
- Ты пойми… - он на секунду замялся, прикрыл глаза, а потом словно заставил себя вновь посмотреть на меня. – Все, чем я жил, это все было только ради вас с Машей. Мне без вас ничего не надо… У меня без вас смысла нет.
Я замотала головой, отказываясь принимать то, что слышу. И если честно, то было гораздо легче, когда Богдан злился, шантажировал и оскорблял. Так я имела хоть какое-то право сердиться на мужа. А сейчас сердце сжимается от его слов.
- Не говори глупостей. Наш развод, это не конец жизни. – я нервно кусаю губы и чувствую на языке металлический привкус. – И не нужна тебе такая жена.
- Нужна. – перебивает меня Богдан, сильнее сжимая ослабшими пальцами мою руку. – Ты нужна мне любая. Все совершают ошибки. Ты просто оступилась, так бывает. Я никогда даже не напомню об этом,…
- Нет, пожалуйста. – мой голос глохнет, словно лишившись красок. – Не говори то, что хочешь сказать…
- Давай все исправим. – не обращая внимания на мольбу в моем голосе, продолжает мужчина. – Давай еще раз попробуем. Ради нас. Ради дочери. Мирра…
Он смотрит на меня прямым искренним взглядом, от которого душа ломается пополам.
- Все будет иначе. Я обещаю. Я тоже во многом был не прав, но теперь все изменится. Мне без тебя не жить. Я просто не знаю зачем. Я без тебя не поправлюсь, а если и так – то протяну недолго. Я точно знаю, чувствую.
- Богдан! – я не выдержала, вырвала свою влажную от волнения ладонь, и подскочила со стула. Заметалась по комнате, словно добыча, которую загнали в ловушку. – Не говори так! Ты же знаешь, что так нельзя… После всего, что произошло… Я просто не смогу… Не сумею…
- Пааааап! – жалобно протянула Машка, просовывая голову и дверной проем. Следом показалась Алиса.