Змеиный хвост (СИ)

Надо отдать должное, но супруга Рон-Тана даже бровью не повела, когда отдавала этот наряд, хотя может быть в душе искренне радовалась, что вручила не кружева своей же сопернице.
«Все странные и какие-то слишком душевные», — продолжала размышлять Лей, убирая обновку в пустой гардероб. От нее не укрылись изучающие взгляды и такие же тихие перешептывания. Она чувствовала себя настоящим экспонатом. 
После общей вечерней трапезы, которая проходила в традиционном стиле — за низкими столиками на полу — принесли сладости и чай. Девушки разбились на группки по интересам и почти перестали кидать взгляды на Лей, как вдруг переборки разъехались и в их общую залу влетел пацан. Он был еще малышом, передние молочные зубки выпали, отчего его широкая улыбка казалась немного жутковатой. Он влетел на крейсерской скорости, громко выкрикивая: «Маам!» и кинулся к одной из наложниц. Та прижала сына к себе и испуганно посмотрела на Дениз.
Лей сначала не поняла, что такого страшного может быть в ребенке, а потом до нее дошло — мальчик. Сын Рон-Тана, но не от любимой жены!
Соперник будущему правителю. 
И будто подтверждая все ее мысли, девушка засуетилась и пролепетала:
— Я сейчас его уложу. Я быстро!
Дениз вытаращила на нее глаза и сквозь зубы процедила:
— Быстрее света, Айну!
— Те... — вдруг подал голос пацан, но мама перекрыла ему рот своей рукой и слишком проворно для такой изящной женщины подхватила ребенка подмышку, не давая ему разговаривать, и быстро удалилась из зала.
Дениз как-то вымученно улыбнулась Лей и нагло соврала:
— Это братик Айну, но из-за разницы считает ее мамой.
Лей кивнула, но ответила не менее фальшивой улыбкой. Если Дениз скрывает факт рождения сына, то этот гарем лишь на поверхности такой уютный и спокойный. Все-таки первое впечатление было верным.
  
15.4
 
Ночью не спалось. Лей крутилась из стороны в сторону, скинула огромное покрывало на пол, но кровать была еще больше, поэтому она вздохнула и полезла за сброшенной несчастной тряпкой, чтобы прикрыть ноги. Конечно, то была не «тряпка», а дорогое расшитое полотно, которое повторяло рисунок на балдахине. За последний час Лей изучила сцену из вархских сказаний до мелких стежков. Но легче не стало.
— Нет! Да он просто издевается! — Лей откинула ногой покрывало во второй раз, и вскочила с громадной кровати. Не спалось — это было слишком мягкое пояснение. Она была раздражена, заведена, «назмеючена», как любила характеризовать это состояние мама. Она хотела покончить со всем этим мыльным сериалом, хотела как следует поругаться с сестрой, не менее продуктивно вытрясти душу из Рон-Тана и наконец-то вернуться домой. И она бы точно осуществила свой план сегодня ночью, если бы Рон-Тан вызвал ее в свои покои. Но этот ящер как будто чуял надвигающийся взрыв сверхновой и даже мимо своего гарема не пробегал.
— Тогда я сама навещу тебя, мой господин, — растянула губы в зловещей улыбке Лей и с силой раскрыла створки своего гардероба. Там сиротливо висела ее военная форма, остальные наряды — в этом у нее не было никаких сомнений — доставят с огромной задержкой. И это могло остановить щепетильную вархскую красавицу, но не офицера нагской армии! Лей стянула пижамные штаны и надела свои брюки. Тапки не стала менять на сапоги, но посмотрев на себя внимательнее, все-таки решила обуться, а верхнюю рубашку от пижамы в милый горошек заправила за пояс брюк и расстегнула пару пуговок сверху. Волосы расплела и расчесала пальцами, позволяя им рассыпаться по спине блестящим шелком. В Лей не было и толики хрупкости и изящности варханок, но зато у нее были агрессивная сексуальность, пластичность нагов и гипнотический взгляд змеи.
Сейчас она выглядела греховно. И это ей очень нравилось!
Выскользнуть из гарема оказалось просто — охрана либо не понимала, что значит слово «безопасность», либо стояла для отвода глаз. Лей не стала рисковать и решила немного удлинить путь до покоев его величества. Как она уже выяснила у Дениз, Рон-Тан ночевал на этом же кольце станции, да и все покои приближенных находились здесь. Она могла бы дойти быстрее по внешнему радиусу — спальни были рядом, но чтобы не попасться, решила пройти сквозь центр — то есть через сад.
Дениз не обманула — биометрика уже была настроена, и все двери отъезжали по одному сканированию. Вот и в сад Лей прошла незамеченной. Там, как и на всем кольце соблюдался режим смены циклов, и в саду царил полумрак. Одуряще пахло ночными цветами, что раскрылись, когда искусственное солнце угасло, а ее шаги заглушал шум фонтанов. Лей скользила вдоль резных арок, растворяясь в их тени, и, наверное, так бы и дошла без приключений до нужного выхода, если бы не посторонний звук. Она резко замерла и прильнула к резной перегородке, сливаясь с тенями. Сквозь узор она принялась искать глазами виновника звука, но им оказалась виновница — Дениз-Султан обнималась с тем самым мужчиной, который так влюбленно смотрел на нее. И любовь у них была отнюдь не платоническая, потому что так целовать можно только своего любовника.
Лей усмехнулась, а на душе стало так горько. И что еще нужно этой девчонке, ведь ее супруг Рон-Тан?! Как можно желать какую-то жалкую копию?
«Можно», — ответил ее внутренний голос. — «Если любишь другого».
Может, ей стоит найти в лице Дениз союзницу и уговорить Рон-Тана прикрыть шоу под названием «гарем», а заодно раздать всем девушкам вольную?
  
15.5
 
— Я так больше не могу! — всхлипнула Дениз и прижалась плотнее к мужчине. Лей не хотела подглядывать, но сама сцена поразила ее, учитывая как легко она обошла охрану и проникла в сад, то получается любой любопытный варх мог их увидеть.
— Никакого инстинкта самосохранения, — прошептала она себе под нос и продолжила наблюдать за изменой молодой варханки.
— Арслан, поговори с ним еще раз. Неужели он не понимает, что рано или поздно все станет явным?
— Птичка моя, надо потерпеть. Ты же видишь в каком состоянии находится Рон-Тан. На нем сейчас непосильная ноша по сохранению нашего мира. Еще ведь нельзя забывать о семейной жизни, которую он стремится наладить. Потерпи.
— И сколько мне терпеть? — рассердилась Дениз. — Пока живот на глаза не налезет? А что потом? По углам будем прятаться?
— Не будем! Скоро все вернется в прежнее русло. Иди спать. Тебе нельзя нервничать. — Мужчина ласково провел рукой по еще плоскому животу своей возлюбленной и поцеловал девушку в лоб. А Лей будто что-то перемкнуло: это же какими наглыми и беспринципными надо быть, чтобы настолько открыто показывать свои чувства, да еще внебрачного ребенка обсуждать под боком у супруга.
Больше всего в жизни она ненавидела измены. Родители никогда даже намека не давали на какие-то посторонние связи, любили друг друга самозабвенно. Никто в их большой семье никогда не изменял и не предавал, зная ценность теплым родным отношениям.
Лей не испытывала на своей шкуре ничего подобного, но зато много наслушалась историй от Ави, которая рассказывала про отца, и ничего более мерзкого она и представить не могла, как предательство родной души, поэтому не смогла остановить свой порыв и разобраться с этим здесь и сейчас.
Она вышла на приглушенный свет и зло прошипела:
— Мало того, что тискаетесь здесь почти у всех на глазах, так еще посмели и ребенка заделать. Умно. Будущий наследник ведь...
Мужчина сразу напрягся, хмуро свел брови. И видно было, как он разозлился на слова, но постарался ответить спокойно: