Пыльца счастья (СИ)

Верно говорят, честь — самое больное место мужчины. И самолюбие. Брагоньер занялся делом виконта — и результат?
Как котенка! И все по милости шалопаев из Совера. Вот и не верь после интуиции, которая с первого взгляда вынесла вердикт: набрать новых сотрудников.
Совер…
Брагоньер припоминал детали недавней проверки и сожалел, что не уделил должного внимания провинции. По бумагам выходило одно, на практике — другое. Оставили знания на ученической скамье, расслабились среди краж кур и бытовых ссор.
Ничего, соэр справится. Найдет компетентного человека и пришлет сюда. Наверняка начнут роптать, жаловаться —пускай. Слово инквизитора весомее, а если он еще
Королевский прокурор…
Словом, когда Брагоньер услышал голос Сольмана, в голове уже созрел план, в том числе, новых шагов по расследованию громкого дела.
Глава Тайного управления — несмотря на инцидент на королевской охоте, когда виконт ли Дакеш пытался помешать государственному перевороту, он сохранил должность, —приветствовал друга встревоженным: — Что еще, Ольер?
— Еще? — Брагоньер сел и бездумно чиркнул фамильным перстнем по столу.
Вряд ли речь о пустяках. Значит, дело государственной важности.
— Ясно, — отделался сумрачной недомолвкой Сольман, —пока не в курсе.
— Королевская семья, побег, заговор? — соэр по очереди перечислил возможные причины для беспокойства.
Дакеш молчал, что навевало мысли о худшем развитии событий.
— Пришли шифровкой, — предложил привычный способ общения Брагоньер, — если не доверяешь магической связи.
— А ты? — усмехнулся Сольман.
Он знал, друг не меньший параноик, чем он сам.
— Своей — да. Местной… — Королевский прокурор помолчал и скривился. — У меня просьба.
— Наследник.
— Что — наследник? — не понял Брагоньер.
— Старший. Да здравствует король.
В комнате ненадолго воцарилось молчание.
Значит, принц Гидеон мертв. Следовало ожидать. Соэр удивлялся, отчего Арлан ли Сомераш ждал так долго. В народе его давно называли Арланом Первым, не хватало только официальной коронации, а так регент, соправитель при пасынке, кукловод министров, хранитель Большой королевской печати.
Интересно, как все обставили? Принц не отличался здоровьем, Брагоньер предполагал отравление. Или несчастный случай. Помнится, Гидеона отправили в плаванье — в один конец.
— Не удивлен? — Послышался звон хрусталя. Очевидно, Сольман беседовал с другом за бокалом вина, а то и чего покрепче.
— Нам следует удивляться другому. Чаще поглядывай через плечо.
Приятели немного помолчали, почтив память юного принца, после Брагоньер изложил суть просьбы. Он предполагал, Винсент Маснед выбрал в качестве точки переноса место за пределами Сатийской области. Люди Сольмана пригодились бы, чтобы быстро вычислить его, пока темный маг не залег на дно, а то и вовсе сбежал на знаменитые болота. Задачу немного облегчали браслеты. С ними Винсент не мог колдовать, только использовать заготовки чар в накопителе. Однако это занятие чрезвычайно опасное, даже смертельное. Раз так, маг попытается избавиться от «украшений». Вряд ли сумеет сам —обратится к кузнецу или сообщнику. Тут его и надо брать.
 
— И вот еще что, — Брагоньер барабанил пальцами по столешнице, — предоставь список пороков высшей сатийской знати и их родственников. Я не всех знаю, не хочу тратить время и копаться.
— Подозреваешь? — Не видя друга, соэр знал, тот улыбается.
— Уверен. Маг убежден в безнаказанности и вряд ли свободно вхож в аристократический мирок. Полагаю, он на службе. Разумеется, неофициальной. Наркотики — мелочь, один из источников дохода покровителя, а вот что он дает взамен?
— Хотел бы встретиться с тобой в зале суда, господин инквизитор, — с уважением произнес Сольман. — Зачем тебе Сатия, перебирайся в Калеот.
— У меня семья, нельзя. Ты же знаешь, я глаза не закрою, а жену без меня заклюют, — соэр провел пальцем по дутой поверхности брачного кольца.
Да, с некоторых пор он обязан думать о других, не волен распоряжаться собственной жизнью. Особенно теперь.
— Как в браке? — сменил тему Сольман. В воздухе будто потеплело, исчезла напряженность. — Думал, и года не продержишься.
— С переменным успехом, но теперь лучше. Эллина освоилась. Однако время дорого. — Брагоньер поднялся. —Поможешь, буду благодарен. Связь держи через магов. Я в Сатию, куда потом, предупрежу.
Помолчав, соэр добавил:
— Удачи и благословения Дагора! Они тебе понадобятся.
Глава Тайного управления не ответил. Он тоже не до конца доверял магической связи в Совере.
Уцелевшие на местах сотрудники местного Следственного управления забыли про сонливость и рутинную бумажную работу. Брагоньер прикрепил их к отрядам, созданным из стажей порядка, и отправил прочесывать окрестности. Сам
Королевский прокурор с напряжением наблюдал за действиями Буруса.
У соверского судебного мага подрагивали руки. Шутка ли, от одного заклинания зависит карьера! Оставалось полагаться на милость богов и сговорчивость духов.
— Вам депеша, благородный сеньор, — пригибаясь к земле, почтальон вручил Брагоньеру конверт.
Соэр мельком глянул на печать и отошел в сторонку, чтобы прочитать. Большой круг — дело не пяти минут, успеет ознакомиться с донесением Лоша Фосса. Мальчишка всерьез взялся за дело, раз не забывал отчитываться.
Новости оказались неутешительными. Для Малиса. Не подвергни его соэр магическому допросу, и вовсе фатальные.
Нашлась свидетельница, которая якобы слышала крик жертвы: «Малис, не надо!» Вовремя объявилась, даже слишком. Однако говорила уверенно, подтвердила под присягой.
Человек внутри Брагоньера требовал арестовать некроманта.
Тот легко мог смухлевать, например, исказить накладываемые чары. Темные всегда виновны — это аксиома. Только вот Брагоньер-следователь ратовал за факты, а они опровергали показания свидетельницы.
Слово некроманта против ее слова.
Вторая часть сообщения пролила немного света на четверное убийство. Эксперты не только частично восстановили пропавшие записи, но и нашли нечто занятное в тайнике господина Женда. Соэру предлагали взглянуть самому, но он и так догадался по колонкам цифр и инициалам, чем промышлял врач в свободное от практики время. Сложить два и два несложно. Сначала некое прибыльное подпольное дело, затем убийство, теперь цифры и собственно товар.