Безутешный счастливчик

24 мая – Бобы достигают потолка (подоконничные). Уличные бобы начинают перевиваться друг с дружкой.
31 мая – Появляется первый душистый горошек (23). Еще сажаю гвоздики.
1 июня – Еще появляется душистые горошки и периллы (23).
4 июня – И балконный боб достиг потолка. А душистых горошков – 8. Куда их, подлецов, рассаживать?
6 июня – Вечерняя гроза с ливнем. Бедствие в основном для ноготков в ‹нрзб.› ящике и для бархатцев. И васильки сгибаются.
8 июня – Еще дожди, холодные.
9 июня – Еще бедствия. Неслыханный ветер. Спасаю все бархатцы. Дожди без милосердия и ‹нрзб.›
10 июня – Скоро будет первый ‹нрзб.›
В ночь на 11-е сулят почти морозы. 9–11–12-го – То и дело спасаю цветы.
18 июня – Все еще холода и ветра, и все еще продолжаю спасать.
19 июня – Сажаю портулак розовый в нижний ящик. Немного пересадок.
19–20 июня – Замечаю: цветут бобы.
21 июня – Первый ноготок.
25 июня – Вот и второй ноготок.
28 июня – Первый бархатец (темный).
29 июня – Первая настурция.
2 июля – Первый василек (розово-белый).
4 июля – Первый синий василек.
8 июля – Первый бархатец (светлый).
9 июля – Первая космея фиолетовая.
11 июля – Первая белая космея.
16 июля – Рано утром первый мак.
21 июля – Рано утром первая ипомея.
(В 20-х числах понемногу чахнут от черной сыпи настурции и несколько ноготков и космей.)
С 21 июля – Каждый день вспыхивают ипомеи-однодневки.
25 июля – Их сразу 12.
29 июля – Первый душистый горошек.
30–31 июля – Первый русский желтый исполинский бархатец.
1 августа – Замечаю, что пробиваются на 2-х георгинах загадочные две завязи-пипочки.
6 августа – Сразу 13 ипомей рассыпаются по балкону. Продолжаю наблюдать за пипочками георгинов.
Первые дни августа наконец-то астры пошли в рост и уперлись в перила.
9–10 августа – В канун отъезда на Кольский окончательно распустился первый георгин.
24 августа – Утром по прибытии с севера вот что вижу. Настурции исчезли, съеденные чернотою, большинство ноготков тоже. Ипомей намного меньше. Пуще всего цветут бархатцы, в особенности махровые. Маки отцвели. Васильки почти тоже. Космеи тоже в черноте, но цветут. Бобы цветут бешено и сверху донизу. И душистый горошек.
29 августа – Борюсь с белыми тварями на астрах, намеренных цвести. И с черными тварями на ипомеях, настурциях, космеях и ноготках.
Ночь на 1 сентября – и первый белый георгин. Продолжают надуваться красные.
1 сентября – И опять первая настурция, после черной немочи.
5 сентября – За два минувших дня явилась первая астра. «Но разве это астра!»
6 сентября – Уже много длинных и выморочных астр. Диковинной окраски георгины. Простуженные.
7 сентября – Последняя ипомея отцвела и повисла.
21–26 сентября – Теплынь. 16–20 градусов. Цветут: последняя, наверное, настурция. Худосочные астры – две хилые календулы. Надуваются новые георгины. По-прежнему бурно цветут: бархатцы, горошек, бобы.
29 сентября – В последний солнечный сентябрьский день сбор плодов: стручки бобов в зарослях, семена бархатцев, вьюнков и васильков.
8–9 октября – Распустился последний оранжевый георгин.
10 октября – Выселяю с балкона внутрь дома все фиалки.
15 октября – Срезаем стручки душистого горошка.
Ночь на 16 октября – Первый мороз. Finis.
Ночь на 17 октября – Еще мороз.
20–21-го – Погожие дни, плюс 12–13 градусов.
22 – Поливаю зеленые и так не расцветшие гвоздики. Остальное мертво.
Ночь на 31 октября – Мороз (третий в октябре). Обираю семена махровых бархатцев.
10 ноября – В ночь выпал снег, который станет окончательным.
13 ноября – После двух ночных морозов (13 градусов) вспомнил, что забыл ископать корневища георгинов. И хрен с ними! Они того не стоят.
1985
Вот как писалась «Вальпургиева ночь»:
До 19 февраля – обдумывание и копание в старых бумагах и блокнотах.
19–20–21–22–23-го. Печатаю 1-й акт. Занавес.
25–26–27–28-го. 7 страниц 2-го акта.
2 марта – 8-я страница 2 акта.
З. 3–4–5-го – 9-я стр. 2-го акта.
6–7–8-го – Подъем. Заканчиваю 2 акт. 141/2 стр. Занавес.
 
10 марта – первые 3 стр. 4-го акта.
12 марта – 4-я стр. 4-го акта.
14 марта – 5 и 6 стр. 4-го акта.
Ч. 15–16–17–18-го – 7-я стр. 4-го акта.
19–20-го. Подъем. 4 или 5 стр. 4-го акта.
Ок. 24-го – Заканчиваю 4-й акт.
25–30-го – Третий акт, впоследствии забракованный.
31 марта или 1 апреля – Никуда не годная 1-я стр. 5-го.
2–3–4 апреля – Больница.
5–6–7 апреля – Разбираю хаос принесенных черновиков.
9 апреля – Больница. Отдаю стр. 1–4 5-го акта.
11 апреля – Больница. Отдаю стр. 5–8 5-го акта.
Од. 12 апреля – Больница. Отдаю стр. 9–12 5-го акта.
Из. 13 апреля – Больница. Отдаю стр. 13–18 5-го акта.
14 апреля – Пасха. Нахрапом делаю весь 3-й акт.
З. 15 апреля – Больница. Отдаю предисловие. 19–21 стр. 5-го.
Г. 16 апреля – В полдень ставлю точку. Отдаю последние 5 страниц 5-го акта, писанные вчера и сегодня утром. Finis.
С 17 апреля начинаю извлекать материалы и обмозговывать «Диссидентов». Совершенно пока не ясен финал. Но главное: хозяин заведения Миша Каплан. И его веселые и слабоумные друзья-нонконформисты.
17–18 марта – Выхожу понемногу из состояния без вдохновенности. По страничкам продолжается 4-й акт.
19–20 марта – Тихо продолжаю 4-й акт, с прочитыванием готовых кусочков Надьке Балаш. Прежняя система горячих спиртных.
21 марта – Откровенная водяра, и Некрасова в гостях. Застопоривание 4-го акта.
22 марта – Яна у нас. К вечеру будто бы Ир.
23 марта – Публичное платное чтение у Иодковских. Со мной Нос. и Яна. 1-й, 2-й и почти 4-й акт. Большой успех. Фотовспышка и пр.
24 марта – День, в котором, по-моему, под аккомпанемент холодного и горячего спиртного заканчиваю 4-й акт.
25–28 марта – Продолжение печатания. Но уже неряшливо и впоследствии, в апреле, забраковываю 3 акта.
29 марта – Пьяненький вечер публичного чтения у Марии Фоминой. Виктор Ерофеев, Пригов.
30 марта – Мур. в гостях. Читает 4-й акт. Нехотя даю ему 3-й, и он прочитывает со снисходительностью «интермеццо».
1 апреля – Осталось свидетельство: записка к Г. Нос. с просьбой дать на бутыль, а последний, 5-й акт я за это обещаю отстучать в 4 дня.
2 апреля – Вторник. Корвалол. Полчекушки. Санитары. Спокоен. «Только на 5 дней». Отделение реанимации. Весь вечер под капельницей. Позволяют курить. Любезное обращение.
3 апреля – В реанимационном отделении. Визит Рашидовича. Все подчеркнуто милы. Капельница. Чудо: полстакана. Дозволение одежды. Аппетита нет по-прежнему.
4 апреля – С утра чувствую переселение. В 31-е. Ровное и бодрое состояние духа. Рассматриваю за окном: клочки оттаявшей травы. Ровная и вялая весна. Вечером Г. Нос. Бумага, авторучка, очки, штаны. Прекрасно. Мартовские рукописи.
5 апреля – 31-е отделение. Привожу в порядок хаос принесенных рукописей. Все готовлю для 5 акта. Весь день – в этом. Один пациент подходит: «У вас интеллигентное лицо» и пр. Масса уколов, деловит.
6 апреля – Вербная суббота. Впервые съедаю все меню. В ожидании гостей. Яны нет. Нос., Лён, его приятель. Куча приношений. Весело. Чудно. Но отбор для пьесы притормаживаю. Бессонница до 3-х ночи.
7 апреля – Вербное воскресенье. После бессонницы. Неутомим. Весь день – отбор для 5-го акта заканчиваю. Теперь можно переписать набело. Бодро и непоседливо. Аппетит – уже требую добавок. И снова бессонница до половины третьего.
8 апреля – Переселение в спокойную палату. Стойкая благосклонность врачей. Позволено позвонить домой: требую от Нос. прежних актов для ориентировки и «Москва – Петушки» для персонала. Вечером – Нос. О приезде Бориса Ер. Как быть? За окошком валом валит снег.
9 апреля – Весь день в отличном и победном настроении. Рыженькая Вал. под влиянием «М. – П.»: «Я потрясена, В., книгой. Это обалденно, ваш юмор, выше булгаковского» и пр. И даже не делает сегодня мне никаких уколов. И – разрешение на прогулки. 1-я прогулка. Тот самый садик и беседка. Все-таки: четыре страницы пишу набело и вечером отдаю пришедшей Нос. Начало 5 акта есть. Бессоница до 4-х.