Четвёртая империя (СИ)
Девушки с внешностью Лады с лёгкостью губили мужские сердца. Она была красива, молода, стройна. Её тёмные глаза искрились жизнью и азартом, несмотря на заключение, а волосы были длинными, спускавшимися ниже плеч. Ниже плеч тоже всё было прекрасно. Несмотря на заключение держалась она хорошо, во взгляде не было уныния, а в голосе звучала злость. Джону почему-то показалось, что он её уже где-то видел, ну или по крайней мере кого-то очень на неё похожего он точно когда-то встречал.
Спустившись по лестнице в широкий коридор, по бокам которого располагались тесные камеры, двое бывших пиратов, шатаясь, подошли к той камере, на которую указал надсмотрщик.
— О! Ларго, иди сюда, с-с-смотри какая крас-с-сотка, ну прямо как та твоя бывшая поооодружка, как её там звали?.
— О, да, и впрямь! Как тебя зовут, крос… крыс… крусавица?
— Что вам от меня надо?! Я же уже сказала, что у меня ничего нет! И обращайтесь ко мне по имени!
— Как это нет? А зашем же мы тогда прышли, мм?
— Да что вам всем, от меня надо? Боже, какой запах, сколько вы выпили? Кто вы вообще?
— Видите ли, мааадам, мы с моим боевым товарищем ищем одну вещь. Она нам позарез нужна, ну просто вот так, — Джон провёл механической рукой вдоль горла, показывая степень важности искомого.
— А, теперь поняла. Вам тоже нужен этот клочок бумаги. Хорошо, вытащите меня отсюда, и я всё вам расскажу.
— Что значит тоже? Что уже кто-то приходил за ней? Может быть этот твой Бизон решил обхитрить тебя и присвоить себе наше золото? — Выдвинул идею Ларго.
— Нет, он не в курсе, где надо искать карту, думаю кто-то здесь был кто-то другой.
Услышав, что она может понадобится ещё какому-то подозрительному Бизону, бедная девушка непроизвольно сжалась в комок и решила, что ей обязательно нужно выбраться из камеры как можно быстрее, пусть даже с настолько опьяневшими пиратами. Не такой уж и плохой вариант, ведь от пьяных легче сбежать, чем от мужчины с не вызывающим доверия прозвищем «бизон». Поэтому немного подумав девушка вмешалась в их разговор и сказала:
— Эй, господа хорошие, повторяю ещё раз, я вам всё расскажу, но только если вы меня освободите.
— Знаете, что, милочка, ч-ч-что-то мне подсказывает, что вы хотите нас обмануть. Но это не важно, ведь денег-то у нас всё равно нет! — приятели вывернули карманы, пытаясь этим жестом подтвердить правдивость своих слов. — Мы наведаемся в гости к нашему кым… кимпаньону и одолжим у него немного денег на ваше освобождение, тогда и поговорим. Пойдём, дружище, нам с тобой здесь делать нечего.
— Пойдём, а чего это тебя так шатает, ты что пьяный?
— Кто, я? Нееет, ты что, ни в одном глазу! А ты сам-то что ногами шаркаешь по полу, да о стены облокачиваешься, может это ты пьяный?
— Да нее. Ты что? Просто здесь пол неровный.
***Тем временем Юрий чудом сумел выбежать из игорного зала, сбив с ног стоящего в проходе охранника.
— Схватить его! — прокричал Гр-Стейг и сам бросился за ним в погоню. — Если не сможете взять живьём, просто пристрелите его, он не должен сбежать!
Юра выбежал в коридор, но слева и справа на него уже бежали охранники Гр-Стейга. Не задумываясь, он сделал то, что большинство людей никогда не делают, или делают это очень редко, так как в этом нет никакой нужды. Но Захарич обладал нестандартным мышлением, а плюс к этому находился в критической ситуации. Он посмотрел наверх — это и спасло его. Прямо над ним находилась решётка вентиляционной шахты станции. Потолки в целях экономии на станциях делают низкими, так что он легко до неё допрыгнул, и вырвал силой собственного веса. Затем с размаху бросил в охранника, приближавшегося слева, который уже почти схватил его. Решётка была металлической и весила несколько килограммов, так что бросок повалил приближающегося вальмора.
Следующим прыжком Юра допрыгнул до открытой вентиляционной шахты, подтянулся, а потом, как сказал один из охранников Гр-Стейгу: «Его след простыл».
Бедолага Борис Янков, закончивший наконец копаться в полученном оружии, узнал, что его друга на борту звездолёта нет. Он схватился за голову и уже готовился к самым худшим последствиям и раздавал приказы немногочисленным наёмникам. Звонить на УПК Захаричу было бесполезно, а сообщения, отправляемые через Систему хоть и доходили до адресата, но он на них не отвечал. Возможно это была паранойя, а возможно просто тревожное предчувствие, но он стал готовиться к обороне в практически безлюдном доке.
— Снегирь, вон там в конце причального дока на выступе будет хорошая позиция, чтобы отстреливаться. Грохот, ты возьми взрывчатку, и отправляйся на верхние ярусы станции. Заминируешь там один из генераторов, только сильно не светись. На станции всем на всё плевать и её до сих пор никто не уничтожил лишь благодаря тому, что она никому не нужна. Если не сможешь подобраться к генераторам, то заминируй что угодно, но только не жилой отсек. Мы не убийцы и всего лишь хотим убедиться, что без проблем сможем уйти в случае неприятностей. А если Юра не отвечает на сообщения, значит неприятности уже несутся к нам на всех порах. Как выполнишь задание возвращайся к кораблю. Активируешь взрывчатку в случае если нам понадобится отвлекающий манёвр. Ну а ты, чудо в перьях, возьми свой УПК и попытайся взломать сеть станции. Нам нужно получить доступ ко всем гермодверям. Всем всё ясно?
— Так точно!
— Но я же не умею…
— Что ты не умеешь, сообразительный ты наш?
— Взламывать — навыка нет…
— А ты без навыка попробуй — вдруг получится? А в следующий раз не играйся попусту в игрушки на УПК, да не смотри эротические программы, а учись чему полезному! Да и вообще, захочешь жить — научишься, причём сейчас же.
— Но я же не…
— Бегом марш выполнять! Наёмник ты или кто?
— Есть!
— А как сделаешь, скачай всю информацию о взломе систем управления, хакерстве и прочей подобной ерунде! — обычно Борис не так быстро соображает, а иногда при разговоре и вовсе заикается. Но сейчас, в экстренной ситуации его было не узнать. Военная подготовка давала о себе знать.
В док вошли двое весёлых мужчин, у одного из которых была механическая рука, а второй уже издалека оценивающе осматривал «Мглу».
— Боря, у меня-с две новости: хорошая и не очень, с какой начать доклад?
— С плохой.
— Она в тюрьме!
— Судя по тому, что ничего непонятно, начинать нужно было с хорошей. Давай её.
— Вторая половина карты сейчас у одной симпатичной особы по имени Лада, но…
— Но она в тюрьме, понятно. Какие варианты её освобождения?
— Десять миллионов.
— Так не пойдёт, нужно придумать что-то другое, у нас нет такой суммы…
— Нет есть! — включился в разговор только что прибежавший, запыхавшийся Юрий. Он был весь в грязи, пыли и изодранной одежде, из раны на руке шла кровь.
— Что ты опять, натворил? Украл небольшую сумму у местных наркоторговцев? Переспал с дочкой наркобарона? Случайно разбил чью-нибудь хрустальную вазу, которой пять тысяч лет?
— Ну если бы я просто разбил чью-то вазу, денег у меня не было бы, — зашёл с козыря пронырливый товарищ. — Просто я играл с хозяином этой станции в карты, поставил все наши деньги, звездолёт, оружие…
— И проиграл!
— Ну почему же проиграл? Моя бабушка сорок лет проработала проводницей в поезде, так что играть в карты она умела, и меня научила всему. Да и к тому же, если бы я проиграл, за мной не гнались бы. Я выиграл, выиграл у него эту станцию!
— Да, уж, Юра, не знаю даже, что хуже. Потом с тобой поговорим. А сейчас нужно освободить Ладу и не сгинуть по пути.
Борис спешно вытаскивал из ящика оружие, выбрал позицию, расставил по местам Джона, Юру и Ларго, а затем спросил у примчавшегося Грохота:
— Установил взрывчатку?
— Так точно!
— В случае подрыва никто не пострадает?
— Так точно! Никто кроме станции!
— Тогда приготовься взрывать, я сообщу по УПК когда. Я пойду один, чтобы меньше привлекать внимания. Остальные берём оружие, занимаем позиции, готовимся к обороне. Юра синхронизируй наши банковские счета, чтобы я мог выкупить девушку. Джон, где находится тюрьма?