Залетная гостья (СИ)

– После некоторых событий, связанных с разгулом инквизиции, дед перевез семью сюда и основал эту крепость. Но родовое гнездо у нас именно в столице. Тебе, должно быть, страшно интересно теперь там побывать?
– О да, не терпится, – пробормотала едва различимо. Только что оттуда, с пылу с жару. Но об этом мужу знать совершенно не стоит. Как и то, какая цепочка логической связи выстроилась у меня в голове и что теперь можно с ней сделать.
Излишняя болтливость Шера, вопреки его доброму намерению и странному поведению, сыграла злую шутку. Стремглав, высвободившись из его ничего хорошего не предвещавших объятий, я понеслась к Сакел. Кажется, муж что-то крикнул вдогонку сверкавшей пятками мне, но здоровенную рыбку на крючке я упускать была не намерена!
Вытребовала у девушки бумагу, письменные принадлежности и принялась заниматься тем, в чем никогда думала не преуспею – генеалогией. В очередной раз прихожу к выводу: Шеррер – потенциально прямой наследник Ароллы!
– Ю-Юля?
– Сакел, не мешай, у меня сенсационная новость, – грубо отрезала робкую попытку подруги получить объяснение урагану, внесшемуся в ее комнату.
Прямой наследник, а значит, необходимо срочно привести его в покои Ароллы в доме Киатар или в столице, чтобы снять проклятие. Тогда я точно смогу вернуться домой, за такое они все должны будут просто на коленях меня благодарить! Я вернусь домой, наконец-то!
– Шер просил передать, что едем в Аургавель завтра на рассвете, – несколько расстроенно сообщила Сакел, стоя в дверях собственной же комнаты, так бесцеремонно мной занятой. Признаю, некрасивый поступок.
– О, да. А я только что оттуда. С большой дороги. Длинною в шаг, – чуть слышно ехидно прощебетала себе под нос, беспощадно сгрызая подобие карандаша.
– Нанесем визит в столицу! – приободрилась подруга, в надежде отвлечь меня от коварных планов.
– О, да, Сакел. - А про себя добавила: двойной! И окончательный. Такой, чтобы сюда больше никогда не возвращаться!
Глава 17. Императорский бал
– Ты представляешь, Шер меня… у нас это называется клеить. В картинной галерее на глазах у всех своих предков! – поделилась с подругой по дороге на ужин, закончив рисовать запутанную схему взаимоотношений семей Киатар и Даргомас.
– Он пытался выразить свою признательность. Если бы ты не подоспела так вовремя, последствия его неудачного опыта могли бы отразиться на здоровье, – возразила девушка и я буквально кожей ощутила ее неодобрение моей легкой брезгливости. Ну и ну! Неужели кто-то решил переметнуться из одного лагеря в другой?
– Да, он же был ранен. Опять. Неженка.
– Юля! Где же твое сострадание в конце-концов?! – не выдержала Сакел, останавливаясь посреди коридора уже на подходе к обеденной зале, где мы и ужинали. Ей оказалось самое светлое помещение, и встречать закат за бокалом вина и вечерней трапезой мне показалось единственным воспоминанием, которое я бы хотела вспоминать и проносить об этом месте.
– Сакел, как ты думаешь, с чего бы это Шеру вдруг начать меня обольщать? Не голову же ему собирали по кусочкам, а лишь раны перевязывали! Наверняка это все, чтобы в столице я вела себя послушно. Не более, – отмахнувшись, продолжила чинно шествовать, в душе посмеиваясь над сложившейся ситуацией: словно важная дама прохожу каждый день, высоко задрав голову перед по-отечески осуждающими такое поведение стражника и до сих пор не могу остановиться.
– И все равно. Жестока ты с ним, – не унималась Сакел.
– Слушай, - мы подошли вплотную к повороту, за которым скрывалась столовая и раздражение достигло своего предела, отодвинув в сторону прочие глупые мысли, - если ты за него радеешь, так забирай себе! Я не против! Даже за. Мне осталось тут быть… - нет, пожалуй, все секреты раскрывать не буду, - совсем чуть-чуть, и браку конец! Он у нас, между прочем, как ты знаешь, фиктивный.
– Что ты такое говоришь! Я - служанка, куда мне до него?
– Не знаю. Предлагаю начать с революции и выбиться в люди, а там и с направлением определишься поточнее. Но это все без меня. К тому времени след мой простынет, когда вы разберетесь кто на ком может жениться, – отрезала, на этом прекращая бесперспективную болтовню. – Есть охота, с завтрака маковой росинки во рту не было.
 
Ужин прошел в молчании и в каком-то беспокойном переглядывании с одного конца стола, на котором сидела я, на другой, где во главе привычно расположился муж. По левую и правую руку от меня, делая вид, что ничего не замечают, чинно восседали мои компаньонки, от которых я приняла решение избавиться по прибытии в Аордам (где подобрали, там и оставим!), а напротив - подруга. Не знаю, может его молния поразила, но муж пытался вести себя вежливо и галантно: говорил о погоде, предстоящей поездке, бале и советовал в пути сделать эскиз наряда, который я бы хотела надеть. А по окончании, наслушавшись моих хмыканий да пространных «замечательно, как мило, надеюсь, обязательно» встал и молча протянул, словно из воздуха извлекая, средней толщины явно залежавшуюся на дальних полках библиотеки расшитую дорогими нитями и бисером на переплете, но потертую по краям, а местами даже обгрызенную (не мышами ли?) книгу. Чтобы взять ее, мне пришлось бы в свою очередь встать, отложить салфетку и прошествовать к противоположному концу стола под пристальным взглядом всех наблюдающих.
– Благодарю, - приседая в неглубоком реверансе, протянула руку и забрала книгу, не поднимая глаз. Наверное, я залилась краской, потому что когда забирала, мою руку накрыли и нежно провели начиная от запястья до самых кончиков пальцев в самый последний момент. Не выдержала и на секунду вскинула взор: Шеррер с полуулыбкой на лице наблюдал за моим конфузом. Значит, так, на глазах у шести свидетелей (помимо девушек, в зале присутствовали еще Хэмец и двое слуг, подносящих блюда, убирающих посуду и подливавших напитки)?
– Зачем? – задала вопрос, отступая на шаг и готовясь, если что, спасаться бегством.
– Что-то не так? – Сама невинность, муж наиграно удивился и даже вскинул бровь. А глаза смеялись и рот чуть ли не растекался в притворной улыбке. Кажется, Сакел кашлянула и прикрыла губы салфеткой. То же самое проделали Малена и Заривва. Заговорщики!
– Пожалуйста, не надо меня так касаться. Мне не приятно, – спокойно высказала свою просьбу, стараясь, чтобы не дрожал голос. Да уж, это мне не мальчики-одногруппники из вуза, а взрослый и опасный мужчина-маг, зачем-то решивший пофлиртовать столь откровенно. Дуракам понятно, зачем-то ему это нужно. Уверена, будь у него выбор, сейчас он бы желал вымыть руку, которой до меня дотронулся.
– Леди Даргомас, - знакомый металл в голосе испортил такой момент, достойный любовного романа, но возвращающий все на круги своя, - нам с вами танцевать через полторы недели на балу, боюсь, не то что касаться, но и более тесно предстоит пообщаться. Танец предполагает физиологическое взаимодействие партнеров. Я бы не носиться по залу под свист и хохот придворных за вами, как за кудахтающей неугомонной курицей, упрашивая на танец. Привыкайте.
– Лорд Даргомас, - бросила на угол стола книгу, отчего разом подскочили два бокала, - в таком случае нам стоило брать уроки танцев как минимум с момента нашего знакомства, ибо двигаюсь я как та самая грациозная курица, упомянутая вами. Берегитесь, чтобы не клюнула, если будете впредь распускать руки! Увы, предстоящий позор вам уже не избежать.
Шер хотел что-то сказать, но я перебила его, выставив вперед руку, которая уперлась ему в грудь: слышала, тактильный контакт, раз уж мы решили перейти к нему, психологически воздействует куда сильнее, чем вербальный:
– Всего доброго, спокойной ночи, сладких снов, я устала, мне надо собирать вещи и приводить себя в порядок перед дорогой. Если у вас ко мне есть возражения или претензии, буду рада и готова выслушать их по утру.
Воцарилось молчание. Только потрескивали на столе свечи, да кажется кто-то скрипнул зубами.