Навсегда (СИ)

Наш с Дэном путь на корабле занял два дня. В совокупности время в пути отсюда до порта и из нашего с Мэттом дома до другого — ещё почти целый день. Три дня… И обратный путь столько же. Получается, у меня будут всего сутки на то, чтобы раздобыть информацию.
Как? Как, чёрт возьми, я справлюсь с этим заданием?!
Я даже не представляю, как примет меня Мэтт теперь. Но самое главное, что понимаю из всех этих воспоминаний — близких он слишком бережёт. А себя — не особенно. Учитывая эти детали, я уверена — Мэтт скорее согласится на своё разоблачение, чем вынудит Эдварда растрачиваться своим редким даром. Ведь это наверняка не проходит бесследно. Иначе тогда, двести лет назад, колдун хотя бы предложил мне вечность, а не перерождение…
А тут речь о троих.
Другой вариант — обхитрить их, открыто противостоять им. Не сомневаюсь, что, скорее всего, Эдвард и Мэтт выберут это. Но я не могу рисковать. Слишком высоки ставки. Вряд ли это семейство отпустило бы меня так легко, если бы оставалась хоть какая-то лазейка.
Не удивлюсь, если, например, они передадут воспоминания кому-то близкому к семье и неприметному для общества. Чтобы тот действовал в случае, если колдун сотрёт воспоминания у них или избавится ещё каким-то способом.
И что остаётся тогда?
Не говорить Мэтту правду, а узнать про заклинание якобы для себя? Слишком жестокая хитрость. Да и вряд ли он поверит мне после всего, что произошло.
Понятия не имею, что делать, а потому суток будет ничтожно мало. Только бы поскорее увидеть Мэтта — тогда, может, идея спасения придёт сама.
Я даже не помню, как добираюсь до причала с кораблями на попутной карете. Всё происходит так спонтанно и отвлечённо, за мыслями, что прихожу в себя уже на месте. И тогда-то и чувствую сосущее чувство голода.
Есть хочется ужасно. Но сначала надо выяснить расписание кораблей. Почему-то не покидает ощущение, что каждая минута решает всё. Что если я отвлекусь хоть на секунду — нужные корабли уже уплывут без меня.
Я резко двигаюсь к порту… И замираю, увидев знакомое лицо. Оно резко выделяется из толпы. Как когда-то давно, на балу…
Мэтт тоже замечает меня. Он сразу уверенно движется в мою сторону, а я ещё с трудом соображаю. Как он тут оказался? Что теперь будет?
Мэтт…
Сердце стучит сильнее. Я вспоминаю, как ждала его тогда, двести лет назад. Как бросилась к нему навстречу… Как он смотрел на меня…
Теперь я понимаю его. И свои чувства к нему. Как я ни пыталась глушить их в этой жизни, они не умирали. Даже когда умерла я.
А сейчас мне не по себе взглянуть в его глаза. Хотя больше всего хочется снова оказаться в его тёплых объятиях.
— Как ты нашёл меня? — тихо спрашиваю, когда Мэтт подходит.
Я по-прежнему не смотрю на него, но всей кожей чувствую его взгляд. Муж отвечает не сразу. Пауза виснет какие-то секунды, которые тянутся ощутимо дольше. Похоже, ему понадобилось время, чтобы совладать с собой.
— Ближайший корабль отплывает через восемь минут. Поговорим там.
Я зачем-то оглядываюсь назад, к городу. Мэтт явно замечает этот жест — его глаза опасно темнеют. Перемена оказывается резкой, хоть и едва уловимой. И она беспокоит. Сейчас, когда я и без того слишком нервничаю.
Видимо, он решил, будто я готовлюсь снова бежать. Замираю, глядя, как Мэтт неумолимо шагает ко мне.
— Я хочу есть, — растерянно поясняю, когда он оказывается совсем рядом.
Наверное, Мэтт готов силком затащить меня на этот корабль, если понадобится. Интуитивно чувствую это, хотя он сохраняет холодную выдержку.
— Сядем на корабль и закажем там.
Киваю. Хотя не похоже, что Мэтт ждёт какого-то ответа.
Механически поднимаясь с ним на борт, я даже не раздумываю, как муж так быстро приобрёл билеты на вот-вот отплывающий корабль. Мне так не везло — всё было распродано. Но важно не это…
Мэтт перестал доверять мне. Неудивительно, если он подумал, что мои слова про голод — лишь повод задержаться в городе.
Мэтт следит за каждым моим движением. И на этот раз это не только забота, с которой он помогает мне подниматься наверх; но и предосторожность. Я чувствую это. Мэтт начеку, потому что в любой момент готов к неожиданностям с моей стороны.
 
Но главное даже не это. Несмотря ни на что, Мэтт всё равно собирается вернуть меня домой.
Конечно, я всегда знала, что он не откажется от меня. Что бы ни было. Но сейчас эта мысль греет и поддерживает, как никогда.
**************
Я набрасываюсь на еду с таким аппетитом, что вряд ли у кого-то могут оставаться сомнения в моём голоде. Такое сложно сыграть.
Мэтт никак не комментирует это, но периодически бросает на меня странные взгляды. Сложно сказать, что у него на уме.
Но вот стол пустеет. Подходит время для разговора. Я не знаю, как себя вести. Понимаю наверняка лишь одно — нельзя рассказывать о случившемся. Слишком рискованно, что Мэтт станет рисковать своим благополучием. Но тогда нельзя и признаваться ему, что всё вспомнила. А значит… Нельзя и вызывать подозрения внезапным смягчением к нему.
Чёрт, как всё сложно и запутано. Ведь единственный способ узнать заклинание — дать понять Мэтту, что мне самой хочется бессмертия. Единственная причина для этого — осознание, что наши чувства взаимны и у меня искреннее желание провести вместе вечность. Только так он поверит.
Но… Поверит ли? После того, как я уже манипулировала его чувствами ради того, чтобы сбежать?
Что ж. Теперь придётся действовать максимально осторожно. Выдать правду я боюсь — мы ещё недостаточно отплыли. Велик риск, что тогда Мэтт выйдет в ближайшем порту и поспешит к Дэну разбираться самостоятельно.
— Ну так как ты нашёл меня? — нерешительно начинаю.
На этот раз я осмеливаюсь посмотреть на него. Всё равно сейчас по Мэтту сложно разгадывать какие-либо эмоции. Это напрягает, но не особенно. На передний план становится желание решить проблему. От этого зависит слишком многое.
— Гидзи сказал, что обвинитель поехал за тобой. Осталось за малым, — ровно отвечает Мэтт.
Я застываю. Мысль, что Мэтт побывал у торговца магией и узнал от него детали, заставляет покрыться мурашками от волнения. А что ещё муж мог узнать?
Ведь Гидзи и Дэн заодно…
— Гидзи? А его как… — начинаю было, но перебиваю себя: — Неважно. Наверное, через Эндрю. Но как ты разговорил Гидзи?
Я спрашиваю это, чтобы избежать главного вопроса. Что ещё Мэтт узнал. Хотя что-то подсказывает — он не был бы так настроен везти меня отсюда, если бы подозревал о намерениях обвинителя.
Или Мэтт собирался сначала вернуть меня домой, потом разобраться самому?..
— Любого можно разговорить, — помедлив, отвечает он. Красноречивый намёк, что без силы или угроз не обошлось, заставляет меня вздрогнуть. — Он сказал, что Дэн хотел увезти тебя из города назло мне. Мы встретились на причале. Ты ушла от него?
Нажим в вопросе и испытывающий взгляд требуют ответа. Не отвожу глаза. Я готова говорить, раз уж Гидзи даже под давлением не выдал настоящую версию событий.
— Нет, Дэн не предлагал мне оставаться с ним, — как можно увереннее утверждаю. — Думаю, его план состоял только в том, чтобы помочь мне сбежать. Ведь этого достаточно, чтобы опозорить тебя…
Осекаюсь, когда осознаю, что и кому говорю. Тут же вспоминаются слова Дэна о том, как отнесётся общество к побегу жены.
Не хочется даже думать, через что я заставила Мэтта пройти. И ведь если у меня ничего не получится, это станет только началом…
В какой-то момент мне отчаянно хочется рассказать правду. Дать понять, что больше никуда и никогда не сбегу, что жалею о содеянном… Хочется наплевать на всё и просто сделать этот решающий шаг.
Но его отстранённый взгляд не располагает к душевным порывам.
Мэтт так ничего и не отвечает, и я сама нарушаю неловкую паузу:
— Я не нашла себя в этом городе, здесь всё чужое для меня, — пояснив своё присутствие на причале, не сдерживаюсь и добавляю: — Я захотела вернуться.