Огненное-лето-44-го (СИ)

- Понятно. Вы развеяли моё удивление сержант. Знаете, я горд познакомится с единственной женщиной-офицером, и командиром батареи. Думаю, в армии она одна единственная.
- Это так, - согласился сержант. - Наших взводных, товарищ капитан, сама учила и тренировала. Они раньше командирами орудий были. А до них мужчины командовали, потом заменили на наших девчат, и у нас стала полностью женская батарея.
Договорить мы не успели, старшина прибежал, держа в левой руке «Наган», тот этим личным оружием вооружён был.
- Немцы, - выдохнул тот. - Много.
- Конкретно?
- Там дорога. Стоят и вроде курят.
- Глянем, - кивнул я, и повернувшись к девчатам, скомандовал. - Отдыхаете пока. Портянки проверьте, а то смотрю Зарубина хромает. Старшина, за мной.
Мы немного пробежали вперёд, и я, сняв фуражку, аккуратно выглянул, вооружив глаза оптикой. Бинокль приблизил дорогу, тут до неё метров двести было, к слову, она пересекала этот овраг, но там он мелкий, вряд ли по пояс глубиной. Я там сегодня ранним утром проезжал, и он меня заинтересовал на предмет днёвки.
- Тут и без оптики видно всё, - проворчал я. - Старшина, где ты тут видишь много немцев? Пятеро всего на двух «Цундапах». Остановились по полдничать. Давай, зови сюда девчат.
Тот быстро сбегал за нашими зенитчиками, и когда те собрались рядом, тут кстати шли пригибаясь, можно и в полный рост идти, но макушки уже возможно будет увидеть. В общем, те уселись вокруг меня, поправляя юбки и шаровары, последнее старшина, и я сообщил:
- Вынужден признаться, что я собственник. Да, у нас это порицается, но что есть, то есть, я жуткий собственник. Там на дороге пять немцев на двух тяжёлых мотоциклах. У меня таких пока ещё не было, «БМВ» есть, а «Цундапов» нет. В общем, я принял решении брать эти трофеи. Кто умеет водить мотоциклы?
Поднял руку старшина, и к моему удивлению все трое зенитчиков, включая Махмудову. Оказалось, у них на батарее были уроки по вождению разной техники, все обучились. Савуч настояла.
- Удивили. Ладно, я использую правило, кто взял трофеи, тому и принадлежат. Я лично возьму всех пятерых немцев, всё с них будет моё. Единственно, нужен помощник. Работа опасная, но зато разрешу выбрать с трофеев одну понравившуюся вещь. Кроме мотоциклов.
- А что делать надо? - поинтересовался старшина.
- Я пойду сдаваться, мне нужно сблизится с ними на расстояние броска, а это лучший и быстрый способ. А когда сближусь, из оврага должен подняться следующий со снятым ремнём и поднятыми руками. Отвлечь от меня, чтобы я смог атаковать.
- Вроде не сложно. Я бы попробовал. А когда вылезать?
- Немцы будет следить за оврагом, как я появлюсь и пойду к ним, есть один, может быть больше, так что не глазейте, сразу увидят. А как я подойду, то крикну, мол, выходите, вот ты старшина и появишься. Дорога пока пуста, за дорогой лес, где у меня техника спрятана, нужно действовать быстро.
- Хорошо.
- Как я немцев возьму, со всех ног за мной. Мы со старшиной снимаем с немцев всё что на них есть, включая исподнее, сержант со своими людьми готовит технику к выдвижению. И помните, не стрелять. Нельзя шуметь, деревня рядом. Я ножами буду работать.
Лютикова пыталась было отговорить от этой затеи, но я настоял. Да, опасно, да и на мотоциклы мне плевать, но я хотел проверить себя именно в таком боестолкновении. Дело в том, что в опции «Выживание», были основы рукопашного боя, причём довольно неплохие. Я их освоил в Аргентине, отработав, нашёл пару спецов, серьёзных, из наёмников, что часто воевали, и те помогли дальше совершенствоваться. После уже была история с наездом на бабушку, Анну выручал, инвалидность и тюремная больничка, однако в себе я был уверен. Вот и хочу убедится, так ли это или нет? Быстро снял с себя все вещи, приготовил оружие, два ножа, для вида спрятал в складках формы, а на самом деле я их достану из хранилища. Да и часть немцев в рукопашную возьму. Для этого и шёл. Захотел бы трофеев, вся ночь моя, богатый урожай бы снял. После этого убедившись, что старшина готов, я вышел из оврага, в левой руке ремень, на котором качалась тяжёлая кобура с пистолетом, и крича на русском чтобы не стреляли, я сдаюсь, двинул к немцам, что шустро заняли позиции за мотоциклами, целясь в меня из личного оружия. Старшим был фельдфебель, это армейцы оказались, и тот стал подзывать меня, встав на ноги, остальные четверо продолжали находится в укрытии. Делая вид что не понимаю, пучил глаза, но всё же дошёл наконец до мотоциклов. Фельдфебель тыкал пальцем в сторону оврага, и показывал на пальцах что от меня хочет. Сделав вид что догадался, и радостно улыбаясь как дурачок, активно закивал, после чего показал один палец, и крикнул:
 
- Старшина, выходи!
Глава 3.
«Оружие уравнивает слабых с сильными».
Ксенофонт.
Расстояние порядочное, но тот услышал и поднявшись на ноги, показал поднятые руки и ремень в левой руке. Оружия не было. На старшину отвлеклись четверо, а фельдфебель занимался мной, сразу забрав ремень с пистолетом. Так что момент для атаки был ну просто отличным. Тычковый удар, пытавшегося отпрянуть фельдфебелю в горло, и второй под левое четвёртое ребро, гарантировано вырубил того, а я уже перепрыгивая через тело фельдфебеля, со спины атаковал оставшуюся четвёрку. Жаль те не вместе, и пусть мотоциклы стояли недалеко друг от друга, метрах в трёх, но немцы укрывались попарно, так что удары в затылки погасили сознания двоих, а вот второй парочке я уже ничего сделать не мог, те наводили оружие на меня, матерясь на своём германском. В общем, в рукопашную шансов нет, поэтому в моей руке появился «Вальтер» и дважды хлопнул пистолет. Глушитель приглушил звук. Дёрнув головами, пули вошли как раз под срез касок, и немцы повалились, один на спину, второй на бок. Перекинув пистолет в левую руку, махнул старшине, подзывая, и пока те вчетвером табором со всеми вещами ко мне бежали, быстро занялся осмотром трофеев, откладывая интересное. Ну и на остатки провизии глянул, у меня подчиненные голодные, больше суток не ели. Те суточные припасы что в сидоре были, я Савуч отдал. Найдёт применение, выдаст самым ослабевшим.
Дальше застегнул свой ремень на талии, поправив кобуру, забрал вещи у девчат, и мы быстро стали собирать трофеи, увязывать форму в тюки, сапоги к ним, и грузить в коляску одного из мотоциклов. Повар наш делал бутербродики, девчата по-быстрому перекусывали, а мы со старшиной относили тела к оврагу, в низину, тут я троих оставшихся добил ударами ножа в сердце. Старшина без особого содрогания с интересом наблюдал за этим. Тот из кадровых, начинал войну в первые дни, три медали имеет, одна из них «За Отвагу». Вернувшись к мотоциклам, оседлали их, те уже урчали на холостом ходу, сержант за пулемётом, оба мотоцикла были вооружены, и мы покатили к лесу. Успели, дорога всё также пуста, и от деревни, что виднелась на горизонте, так и не появились свидетели, а мы свернули на тропинку к лесу. Далеко не уехали, загнали мотоциклы поддеревья, и велев старшине построить людей, уточнил у повара всё ли та взяла из припасов, повёл подчинённых за собой, бросив технику, при этом изучая карту найденную в планшетке фельдфебеля. Меня заинтересовали обозначения, что были на ней. А именно, не так и далеко расположилось подразделение Люфтваффе. Их значок был. Этой ночью наведаюсь туда, если в связи с наступлением советских войск, его не эвакуировали, передислоцировав дальше в тыл. Вот ночью и узнаю. Мне «Шторьх» нужен. Ну и другие самолёты интересны. Хотя бы по одному экземпляру. Реплики техники этой войны в будущем очень ценятся. За оригиналы не выдать, новые. Можно и банки пограбить чтобы благосостояние поднять, к слову это у меня в планах, но чуть позже.
Я отвёл группу метров на двести от оставленных мотоциклов, и построив их, сообщил:
- В этой роще у меня укрыты танки и грузовик с припасами. Первым сюда пригоню танк, возьмёте его под охрану, после него грузовик, и сразу выдвигаемся к позициям вашей батареи. Поэтому сейчас отдыхайте, можете использовать оставшиеся припасы, что взяли у немцев. Меня в расчёт не берите, я не голоден. Старшина за старшего, не забудь выставить часового.