Эра оборотней 1 (СИ)

— Сейчас день, вообще-то, какие вампиры? — заметил Эвис. — Да и вообще, какое твое дело, ты же бросила подругу и сбежала. Так чего теперь играешь роль заботливой наседки? Ревнуешь?
Эльвира недовольно встала в позу.
— Если бы я могла чувствовать это, была бы рада понять вас, правда. Я не говорила? Из меня ритуалом выжгли целый спектр эмоций, чтобы я не страдала в своей непростой жизни от глупой влюбленности, зависти, ревности. Нет во мне этих чувств, понимаете? — Эльвира ударила себя кулаком в грудь. — Я могу только догадываться головой, что вы испытываете. Не равняйте меня по себе, я живу в едином целом со страхом. И если я боюсь за Аирен — то именно это я и имею ввиду, а не что-то другое.
Эльвира словила на себе пару жалостливых взглядов. Неужели, то, чего она лишена — так важно? Она не ощущала себе неполноценной, скорее независимой.
Но то было лишь ее субъективное восприятие.
— Только недолго, — немного подумав, согласилась Эльвира, в очередной раз порадовавшись, что не привязана к вышкам для телефонов, ведь сеть изгоняющих работала иначе.
  
Глава 10
 
Аирен касалась могучих стволов вековых дубов, поднимаясь на озаренный светом луг. Высоко в небе кружил беркут, он словно провожал шедших своими зоркими глазами. Корни деревьев вгрызались в каменную породу и вились длинными сложными переплетениями. Приходилось смотреть под ноги.
Огромный оборотень-защитник неторопливо перебирал черными лапами позади, не мешая гостье оглядеться.
Они выбрались из лесной низины на просторное поле с колосящейся высохшей травой. Желтые стебельки неприятно кололи руки, но ароматы, густо напитавшие пространство над травой, стояли потрясающие. Аирен довольно вдохнула запах меда и молока.
Желтоватая полоса жестко расчертила горизонт с темным, почти черным небом. Одинокий холм посреди поля притягивал взгляд девушки.
— Необычная возвышенность, это ведь не просто холм, да?
Эвис поравнялся с девушкой и с уверенностью заявил, что это просто холм, который возвышался тут и столетие назад.
— Но ты там не тяни сильно, видишь, погода портиться. Звони и пошли назад. А я тут посижу.
— Хорошо.
Уже сделав два шага вверх, телефон тут же стал разрываться от смс. Встревоженные пропущенные вызовы от матери и братьев. Друзья ее не беспокоили, она обещала сама позвонить им и рассказать, как она проводит время. Но сначала ей предстоял неприятный звонок.
Аирен вздохнула, и нажала кнопку вызова, держа телефон на некотором расстоянии от уха.
Мама не кричала, она молчаливо подняла трубку и стала ждать. После виноватого «привет» дочери последовала фраза, которая пугала куда больше истерик и ругани.
«Ничего не хочешь мне сказать?»
Сначала Аирен думала оправдываться, потом поняла бессмысленность этого, и просто извинилась. Мама некоторое время дулась, но чуть погодя дочь сумела ее разговорить, и разузнать, как дела дома. Воданд все сидел дома смотрел за ее собакой, Стасий, младший брат, наоборот почти не появлялся там и зависал с друзьями, папа по-прежнему в командировке. Как всегда, в общем.
Другу Матвею Аирен набирать не стала. Рассказать о своих приключениях? Не при оборотне же. Поэтому она открыла сообщения и кратенько рассказала, что все в порядке, она жива-здорова и уже вечером выезжает в Арийск. А завтра она бы с удовольствием прогулялась бы по центру и посидела в кафешке.
Матвей был добрым и немного депрессивным всезнайкой-отличником, и с Аирен, как ни странно, у них сложились очень доверительные отношения. Он мало кому доверял и всегда хранил секреты подруги просто потому, что любил владеть информацией и знать больше остальных. Наверное, именно поэтому Матвей без какой-либо подготовки поступил в престижный вуз на бюджет.
Время за разговорами на холме пролетело незаметно, Аирен вздрогнула, когда ей на руку упала первая капля. Загремело тоже внезапно.
Уши Эвиса прижались к шее.
— Надо уходить, тут опасно.
Да и вправду. Молния в поле вызывала опасения. На часах уже четыре, а поезд приезжает в полвосьмого. А до остановки пешком не успеть. И пусть она всю дорогу кричала, что Эвис, едва рысивший по тропинке, несется со сверхскоростью и ей страшно.
 
Она знала, что этот зверь может намного быстрее. И это потребуется.
Девушка испытывала странное чувство. Никогда ее парень, которым Эвис незамедлительно стал, не был и транспортом одновременно. Оборотень сам предложил ее покатать и не возражал, что она хватается за густой мех и сжимает его бока ногами.
Эвис оказался очень милым при всей своей показушной ершистости. При ней он открыл себя совсем с другой стороны, показав, каким обходительным и внимательным он может быть.
Аирен немного привыкла к скорости и тряске, и даже немного расслабила руки. Эвис это почувствовал, и ей показалось, что его бег стал еще мягче. Он долго молчал, но полпути спустя, когда проблемный участок с буреломом оказался позади, он остановился, смотря куда-то вперед.
— Что там? — насторожилась Аирен, прижимаясь к волчьей шее.
— Задумался, — отрешенно ответил оборотень, и, немного помолчав, спросил: — Скажи, а ты вернешься?
Аирен вздрогнула от той интонации, с которой оборотень произнес вопрос. Какое-то странное и непередаваемое одиночество заполнило ее, заставив все внутри сжаться. Эвис понял ее без слов.
— А если я скажу, что ты сегодня не успеешь на поезд… сильно разозлишься?
— В смысле не успею?! — испугалась Аирен. Как это, не успеет? Она всем пообещала, что вернется завтра, у нее последние дни каникул, подготовка к университету, множество дел, которые ждали, пока она за них возьмется. Мама, наконец, не выдержит, что дочь пропала еще на четыре дня. — Мне нужно домой!
Оборотень почесал шею и повернул голову к трем деревянным столбам, украшенных рогами коз и оленей, обмотанных чем-то темным, давно высохшим. Аирен не хотелось думать о природе этих материалов.
— Этот алтарь Ёгару я вижу уже трижды. Мы ходим кругами.
— Ты что, заблудился? — Аирен растерялась: как это, оборотень, который наизусть помнит лес и знает каждый камень на тех тропах, где ходит?
— Но-но, — заурчал зверь. — Я знаю дорогу, но нас кто-то путает.
Девушка поежилась от порыва ветра и дождя. Потемневшее небо ослепило белой молнией.
— Мне страшно, отвези меня назад. Пожалуйста.
— Сначала ты пообещаешь вернуться ко мне. Я ведь буду ждать тебя, не смотря ни на что. Или все то, что мы пережили, не имеет смысла?
— Имеет, но… давай дома обсудим. Мне страшно, я боюсь грозы!
— Ты пообещай, сперва.
Эвис знал, что обещания для Аирен много значат. Она всегда держала слово и рассказала оборотню про это. Чем он и воспользовался.
Она не хотела обещать ничего. Они оба понимали, что столичная девушка вряд ли поедет в такую глушь снова. Там, в городе, у нее сотни других дел, и скорее всего, про оборотня она вскоре забудет, не пройдет и семестра. То, что они пережили за эти три дня, останется приятным, а местами и не совсем, моментом в их жизнях. В ее человеческой, скоротечной, и его — длинной и сложной, в которой оборотень сможет долго хранить воспоминания.
Эвис стоял не шевелясь, ожидая желаемых слов.
— Я не знаю, Эвис. Если получится.
Оборотень выдохнул и вздрогнул от удара грома.
— Не устраивает. Да, или нет? Мне ждать тебя?
Аирен закусила губу. Ей не хотелось расстраивать спутника, но и обманывать его она не могла. Она видела, как браться-оборотни держались друг за друга, но при этом были одиноки. И было бы жестоко заставлять ждать одного из них, не собираясь возвращаться. Место, в котором она находилось, пугало ее, в тоже время, будто затягивая в свое болото, не желая отпускать.
— Я не могу. Не жди меня.
— Ясно, — отрезал Эвис и помчался вперед. Аирен вцепилась в холкуи придалась всем телом к разгоряченному от бега зверю. Лил дождь, они быстро намокли и устали. Эвис останавливался, принюхивался, скалился и срывался с места. Он сосредоточенно всматривался, вероятно, в свои же знаки на деревьях, в следы лап проходивших мимо зверей.