По обе стороны Грани (СИ)

— Это политика. Война сейчас смешает нам все карты. К тому же, если всё пойдет по плану, скоро нам и даром не нужен будет их октаниум, — послышался тихий смех, — Голодный рыбак мечтает о рыбке, но получит удочку.
Элис надеялась, что услышит ещё что-то, но агенты вдруг сменили тему, и заговорили о погоде. Решив, что узнала более чем достаточно, она спрятала запись и повернула назад, вздрагивая от малейшего шороха. Самое время делать ноги.
Удар об асфальт оказался довольно ощутимым: ещё бы, всё-таки пятнадцать метров. Ей случалось прыгать с куда большей высоты, но сейчас силы были на исходе.
Когда она добралась до конечной цели своего пути, уже совсем рассвело. Дорога к башне по земле заняла куда больше времени, чем она рассчитывала.
Задыхаясь, Элис вбежала внутрь. Ещё немного — и она в буквальном смысле окажется дома. Крутая винтовая лестница спиралью ввинчивалась в туман. Кое-где на ней не хватало ступеней, — приходилось прыгать.
На верхней площадке башни всё было точь-в-точь, как в её первый визит в Реверсайд. Солнечный свет окрашивал в нежно-персиковый цвет мрамор стен и клубы пара, идущего (теперь Элис это знала) из подвала дома миссис Браун.
Этот марш-бросок отнял у неё последние силы: девушка чувствовала, что энергия стремительно покидает её. Так вот как чувствует себя разряженная батарейка! Борясь с наполненной темнотой бездной, неумолимо затягивающей её в свою пучину, Элис кое-как добралась до Зеркала, и без памяти рухнула в свой мир.
Сознание вернулось к ней так же внезапно, как и покинуло: она лежала ничком на каменном полу подвала рядом с толстой водопроводной трубой, покрытой конденсатом.
Покачиваясь от жуткой слабости, Элис кое-как встала на ноги. Брезентовая куртка, тяжелая от влаги, тянула к земле. Девушка стащила бесполезный предмет гардероба и без жалости бросила в угол. Спать хотелось невыносимо. Но прежде чем можно будет позволить себе отдых, необходимо попасть в штаб.
Не без труда поднявшись на первый этаж, Элис ввалилась на кухню. В чайнике, как на заказ, оказалась свежевскипячённая вода. Она схватила стакан, высыпала туда добрую половину сахарницы и залила кипятком. Элис торопилась; сахар почти не успел раствориться, но питьё всё равно подействовало: во всяком случае, мир вокруг неё обрёл искомую резкость, перестав расплываться и двоиться.
— Добрый день, Юджиния. Не слышала, как ты пришла.
Миссис Браун хлопотала у плиты, полосатая кошка Рокси тёрлась у её ног. Обе взирали на девушку с неодобрением.
— Чай на столе, дорогая.
— Простите, — Элис вновь наполнила кружку, на этот раз добавив в напиток заварки, — Тяжелый день был… на работе.
Хозяйка с укором посмотрела на постоялицу, задержав взгляд на её всклокоченных волосах и цепочке грязных следов на полу. Стёкла очков прозорливо блеснули.
— Дождь закончился ещё вчера, — заметила она вскользь.
Элис чуть не захлебнулась: как раз в этот момент она допивала четвёртый стакан.
— Думаю, мне пора, — она опрокинула чайник, но на пятую порцию воды не хватило, — Много дел.
— У тебя правда всё хорошо? — крикнула старушка ей вдогонку, — Ты выглядишь утомлённой.
"В штабе её сто раз потеряли!"
— Конечно, миссис Браун. Не беспокойтесь, миссис Браун, — привычно соврала Элис, для верности подкрепив слова вымученной улыбкой, — Всё просто великолепно!
Элис вышла из дому, радуясь как ребёнок серому пасмурному небу своего мира. Своего родного мира. Нужно побывать по ту сторону Грани, увидеть изнанку бытия, и вернуться домой, чтобы по-настоящему понять прелесть и очарование жизни, и заново научиться ценить то, что даровано с рождения: то, что ошибочно принимается как данность.
После суток злоключений в Реверсайде путь до Департамента показался Элис послеобеденной прогулкой.
"Реверсайд!"
По коже пробежали мурашки. Как там остальные, всем ли удалось добраться до Зеркала? Она же ничего не знает…
Страх и тревога за друзей хлынули в сердце расплавленным металлом, — по сравнению с этим всё пережитое в Дарквуде показалось ей детской забавой.
 
— Элис? Ох, Элис, ты здесь! Какое счастье! Ну и напугала же ты нас!
Это был голос Анабель, а через мгновение к нему присоединились радостные вопли Теренса и Питера.
— А мы уже и не чаяли увидеть тебя снова, подруга!
— Тайлер запретил тебя искать. Мы тут с ума сходили, тебя ждали. Все вернулись ещё вчера, — только тебя недоставало. Чем ты там занималась так долго?
— Мне бы тоже очень хотелось это послушать, — вставил Кристофер Тайлер.
— Я должна поговорить с сэром Паркером, — стряхнув с себя друзей, Элис подняла глаза на наставника, — Немедленно. Это крайне важно.
* * *
— Это правда, Крис? — не удержалась Элис, когда они шагали по коридору, — Ты действительно запретил им меня разыскивать?
— Правда, — агент отвёл взгляд и твёрдо добавил, — Прости. Уверен, на моём месте ты поступила бы так же.
— Знаю. И я рада, что ты их удержал. Центр Дарквуда был в оцеплении, возможно, его не сняли до сих пор. Кто-то предупредил Нулевой отдел о нашем появлении.
— Что?.. Не может этого…
— Вы хотели меня видеть? — сухо осведомился Реджинальд, опускаясь в кресло, — Элис, с возвращением! У тебя есть какие-то новости?
— Сэр Паркер, — она торопливо вытащила записывающее устройство и вынула из него виниловый кругляшок, — Мне удалось сделать отпечаток пространства, содержащий небезынтересный разговор. Это займёт ровно восемь с половиной минут вашего драгоценного времени. Здесь можно прослушать аудиозапись?
В кабинет вошли Роджер, Феликс, Энтони и ещё несколько старших агентов, имён которых Элис не знала, и молча заняли места за круглым столом.
— Что это? — Энтони кивнул на виниловый диск.
— Где проигрыватель? — повторила Элис.
— Давай сюда, — Феликс открыл секретер и извлёк оттуда черный блестящий прибор сферической формы размером с шар для кегельбана. Отвинтив крышку, Элис положила свою добычу на вращающуюся панель, отрегулировала скорость и нажала клавишу воспроизведения.
— Слушайте.
Некоторое время единственным звуком, нарушавшим тишину кабинета, было шелестящее бормотание аудиофона голосами сотрудников Нулевого отдела, сопровождавшееся щелчками и шумом. Пока проигрывалась запись, никто не проронил ни слова.
Элис внимательно следила за реакцией своих коллег. Не исключено, что предатель среди них, в этой самой комнате… Но, даже если это так, он себя ничем не выдал.
Запись оборвалась, и диск остановился. Теперь объектом всеобщего внимания стала Элис. В глазах Феликса читалось восхищение, Реджинальд выглядел рассерженным и удручённым, Роджер беспокойно ёрзал на месте. Под многочисленными пристальными взглядами агентов девушка почувствовала себя музейным экспонатом в лучах прожекторов, выставленным на всеобщее обозрение. Прогнав неприятные ассоциации, подкинутые заботливым подсознанием, Элис вышла из-за стола и встала напротив оконного проёма, — так, чтобы её лицо оставалось в тени, а те, кто глядели на неё, были бы вынуждены щуриться от яркого света.
— Не думала, что первая практика в Реверсайде подарит мне столько открытий. Оказывается, власти Реверсайда должны нашему миру кругленькую сумму, — подумать только, — октаниума!
— Октаниум вот уже третью сотню лет выступает денежным эквивалентом в наших отношениях, — пробормотал Энтони, — И главным экспортным сырьём.
— Так в правительстве знают о Реверсайде?
— Правительство у нас в подчинении, — неохотно признался Феликс, — ДВР контролирует всех сенаторов, владеющих информацией о зеркальном мире. Де-факто бразды правления находятся в наших руках.
 
— Геология Зеркальных миров такова, что все крупные месторождения октаниума сосредоточены здесь, на территории Скайленда. Княжествам Реверсайда повезло меньше, — Роджер устало вздохнул, — Мы ссужаем обогащённый октаниум в долг, — это залог перемирия между нашими мирами.