Чужой (СИ)
— Не беспокойтесь, Икута-сан, — успокаиваю я. — Уверена, без крайней необходимости вы бы не стали создавать неудобства. Очень внимательно слушаю вас.
Сказал, а у самого предвкушающе ёкнуло сердце: неужели хочет предложить работу? Ура! Будут деньги!
— ЮнМи-сан, дело в следующем. Министерством образования Японии решено провести благотворительный концерт с целью противостоять суициду среди подростков. Хотя в моей стране нет экзамена вроде корейского сунын, но число самоубийств школьников достаточно высоко. Согласно статистике, в течение года происходит несколько всплесков смертей, самый большой из которых приходится на момент окончания средней и старшей школы. ЮнМи-сан, нет ли у вас желания принять участия в этом, проводимом с благородными целями, мероприятии?
«Кина не будет! — разочарованно понимаю я, что заработать не получиться, ибо действо будет „благотворительное“ и „благородное“. — В принципе, можно и поучаствовать, с меня не убудет. Тем более, что это даст возможность переговорить с представителем „Sony music“ о сотрудничестве…»
— Икута-сан, считаю честью получить от вас подобное предложение, но, к сожалению, в моей жизни сейчас присутствует ряд проблем, не решив которые, я не смогу двинуться с места. Для начала — нужно хотя бы восстановить навыки хореографии. Но, как понимаю, концерт уже совсем скоро?
— Через месяц. Событие запланировано на шестое июня. Однако состав участников должен быть определён до конца этой недели.
— Замечательно. Уверена, за месяц я смогу прийти в себя. Следующий вопрос — репертуар. Что ожидается от участника?
— Организаторы не предъявляют каких-то особых требований. Выступление должно быть на японском языке, не нарушать авторские права, и его нужно представить для ознакомления за неделю до выступления.
— Степень новизны?
— Без разницы, но, конечно, новая песня будет лучше.
— Понимаю. Икута-сан, неловко признаваться, но сейчас мои финансы находятся в расстроенном состоянии. Не уверена, что смогу до конца месяца заработать на поездку в Японию.
— Трансферы, питание и проживание оплачивает организатор. Но за выступление исполнитель деньги не получает. Все условия подробно оговариваются в контракте.
— Звучит замечательно, Икута-сан! Теперь последняя, но, пожалуй, самая большая проблема. У меня закончилась мутация голоса, и нужен преподаватель вокала. Очень, очень хороший преподаватель, способный обучить певицу с «серебряным голосом» с самого начала.
На другой стороне соединения в ответ слышу молчание.
— Деньги на оплату учителя у меня есть, — успокаиваю я, подумав о имеющихся датакоинах. — Но мне нужен специалист, который сделает всё правильно с первого раза. Сами понимаете, господин. Переучиваться сложно, долго и не всегда удачно.
— Думаю, знаю необходимого человека, — не выказав ни грамма недоверия или сомнения к моим словам, задумчиво произносит собеседник. — Я свяжусь с ним в самое ближайшее время и сообщу вам результат переговоров.
— Спасибо Икута-сан. Спасибо, что заботитесь обо мне.
— Я уверен в вас ЮнМи. И есть ещё одно, о чём я не сказал. Прошу взять с собой вашу неко.
— Мою кошку? — удивляюсь я.
— Да, это моя личная просьба.
— Хорошо, Икута-сан. Возьму.
(в этот момент две девушки за барной стойкой, готовятся подать заказ)
— Агасси — японка? — наклонив голову к официантке, с удивлением, негромко спрашивает бариста.
— Кореянка, — отрицательно качая головой, отвечает та.
— Кажется, она свободно говорит на японском.
— Может, она получила хорошее образование или жила в Японии?
— Возможно, — произносит бариста, задумчиво смотря на болтающую по телефону посетительницу. — Такое чувство, словно я её где-то видела…
(некоторое время спустя)
«Нафига ему Мульча? — не понимаю я, со всеми политесами кейго закончив разговор с японцем. — Как я с ней там буду таскаться?»
В затылке ворохнулась мысля, но я решаю, что не хочу знать о чём и волевым усилием думаю о другом: Вау! А жизнь-то налаживается! Буквально пару минут назад размышлял: «с чего бы начать?», как неожиданно постучали. Причём не со дна, а из «Sony music». И не ликующий менеджер с улётным предложением — «а приходите к нам работать за бесплатно!», а босс по поиску талантов. Конечно, я бы и сам пробился куда надо, но раз на ловца зверь бежит, то почему бы не урвать с него шерсти клок? Если для этого не нужно напрягаться? Хоу, а какую песню я могу исполнить? Очевидно, что она должна быть новая!
— Ваш кофе, — произносит официантка, прерывая поток моих мыслей.
Смотрю, как она ловко переставляет с небольшого подноса на мой стол чашку с кофе, чашечку с мороженным и всё остальное: ложечку, вилочку, салфетки, сахарницу. Девушка симпатичная, понравилась мне прямо с момента своего появления, а теперь, внимательнее её разглядев, убеждаюсь, что первое впечатление не было ошибочным.
— Могу я для вас ещё что-нибудь сделать? — закончив и сделав мини-поклон, спрашивает девушка.
— Спасибо, больше ничего не нужно, — отвечаю я, с лёгким сожалением думая о том, что в Корее чаевые давать не принято и неожиданно для себя, говорю: — Лучше я сделаю что-нибудь для вас.
— Простите? — не понимают меня.
— Я — Агдан. Первая в истории хангук сарам лауреатка премий «Грэмми» и «Хьюго». Хотите — мой автограф?
Улыбаясь, смотрю на растерявшуюся девушку, открывшую от удивления рот.
Приятно быть звездой!
(в это время госпожа МуРан смотрит новостной канал Dispatch, онлайн-издания посвящённого корейской индустрии развлечений)
«Ожидаемым скандалом закончилось общение с журналистами бывшей участницы группы „Корона“, известной своими бесконечными фейлами…» — бодро сообщает молодая ведущая, старательно пытаясь при этом выглядеть для подростковой аудитории так, словно она — „своя в доску“. — «Напомню, что ранее, девушка обладавшая сценическим ником „Агдан“, не сумев договориться о деньгах, поссорилась со своим агентством и теперь она с ним судится. Ещё она попала в армию, убежала во время тревоги из части и в итоге оказалась в тюрьме за дезертирство. Суд приговорил её к пяти годам каторги. Такой вот яркий, но весьма неожиданный для корейского айдола, жизненной путь…»
Хальмони удивлённо приподнимает брови, не ожидав столь развязно-однобокого изложения биографии известного ей человека.
«… Но, судьба сжалилась над неудачницей, — продолжая в той же манере, сообщает ведущая. — Президент страны, госпожа ГынХе, помиловала её в канун юбилея праздника дня детей. Видимо, руководствуясь лучшими побуждениями и в надежде на то, что девушка всё поняла и раскаялась в своём поведении. Но, как говорится, не тут-то было! На выходе из места своего заключения, Агдан дала краткое интервью журналистам, в котором досталось всем. И президенту страны, и полиции, и всем её знакомым айдолам. Впрочем, лучше самим один раз услышать, чем сто раз послушать пересказ. Посмотрите сами…»
Ведущая исчезает, а вместо неё на экране появляется ЮнМи, бойко сыпля «благодарностями». По мере продвижения видеозаписи к окончанию, так и не вернувшиеся в исходное положение брови хальмони, начинают подниматься всё выше и выше, в конце концов закончив продвижение на уровне, установленном природой. В таком положении они и пребывают до самого окончания тв-ролика.
«Как видим, — бойко произносит вернувшаяся на экран ведущая, — никакого раскаянья просто не наблюдается. Бывшая айдол продолжает болеть тяжёлой формой звёздной болезни, обвинив в своих бедах всех, кроме себя. Налицо проявление крайней личностной незрелости и потребительского отношения к окружающим. Впрочем, даже в таком состоянии, у неё продолжают оставаться поклонники…»