Бабочка и Орфей (СИ)

Гуляю я до тех пор, пока удовольствие от весенних бульваров и улиц не затмевается чувством голода. Однако перед тем, как уйти обедать, под надуманным предлогом заглядываю к соседке. Мне даже не приходится повторять утренний вопрос: сияющая тётя Шура сама выкладывает подробности разговора с сыном.
— Обещал на выходных заехать, — сообщает она в финале счастливого монолога. Ох, хорошо бы, потому что на Новый год Лёвка в наших краях так и не появился.
— Тёть-Шур, а познакомьте нас, если приедет, — прошу я, повинуясь импульсу, и расплывчато поясняю: — Ну, так, на «мало ли что».
Тётя Шура обещает непременно познакомить и наделяет меня ещё горячим капустным пирогом: «Отощал-то без тётиного присмотра, земля ей пухом». От души благодарю, пускай и не верю, будто как-то существенно изменился с декабря.
Утро следующего — рабочего — дня приносит первую проверку твёрдости моего решения предотвратить предсказанное разделённым сном.
— Тим, слушай…
Я по привычке пришёл на работу в одно время с Ольгой, и ближайшие десять минут мы точно проведём с глазу на глаз.
— Ты мог бы мне помочь кое в чём?
Нехорошее начало.
— Без подробностей не могу ответить. Собрать шкаф, например, — легко, а занять до зарплаты пару сотен тысяч — навряд ли.
— Нет, не деньгами… — Ольга закусывает щеку и отчаянно бросается на амбразуру: — Тим, пожалуйста, сходи со мной в кино в субботу.
От такого предложения я буквально роняю челюсть на пол, и аналитик торопится объяснить: — Понимаешь, вообще-то, меня позвала подруга, но я абсолютно уверена — сама она придёт со своим новым молодым человеком. Так всегда бывает; меня уже достало быть третьей лишней на её празднике жизни.
— Тогда почему ты не скажешь, что занята?
— Не могу. Я и так уже дважды отказывалась под разными предлогами.
Однако, настырная у неё подруга.
— Но почему я?
— Потому что мне больше некого попросить.
Её прямота обезоруживает, и я чувствую себя чёрствой скотиной, когда говорю: — Оль, ты прости, только светский лев из меня паршивый. Мне проще десять шкафов собрать.
— Ясно, — Она разочарована и расстроена, однако марку держит. — Извини.
— Да ничего, — Несмотря на благую цель отказа, моя совесть выпускает когти. — Честное слово, во всём, кроме социальных игр, ты можешь полностью на меня рассчитывать.
— Хорошо.
Чёрта с два она меня теперь о чём-то попросит. Но зато всё идёт строго в соответствии с генеральной линией партии.
В следующий раз мои благородные намерения проверяются на прочность поздним вечером субботы, когда на экране трезвонящего смартфона высвечивается имя «Ольга».
— Да?
В динамике шумно, будто звонят из какого-то чрезвычайно людного места. На этом фоне голос Ольги звучит совсем слабо, без привычной чёткости артикуляции.
— Т-тим.
— Да, Оль, что случилось?
Не то вздох, не то всхлип.
— П-пожалуйста, забери меня отсюда.
У любого уважающего себя мужчины реакция на сигнал «Женщина в беде!» вшита прямо в подкорку мозга, и любые противоречащие ей планы сразу могут катиться в тартарары.
— Ты где? — переключив телефон на громкую связь, я одновременно натягиваю свитер и запускаю приложение вызова такси. Ольга называет место, которое, по счастливому совпадению, оказывается мне знакомым: мы с Дрейком сиживали там пару раз.
— Понял, адрес знаю. Оль, мне нужно максимум полчаса, чтобы до тебя добраться. Жди, никуда не уходи, поняла?
Теперь это точно всхлип.
— Поняла.
— Если что-то непредвиденное — тут же звони.
— Хорошо.
— Тогда отбой.
Такси обещает приехать в течение пяти минут; я распихиваю по карманам куртки необходимую мелочёвку и выхожу ждать машину на улицу. Попутно прикидываю альтернативы, если срок начнёт поджимать, однако «шашечки» по-королевски точны. Время позднее, так что дороги уже достаточно свободны, и на месте я оказываюсь даже раньше обещанного. Отпустив такси, иду к названному мне бару, на ходу набирая номер Ольги. Гудки, гудки, потом автоматический сброс вызова. Не слышит? Потеряла телефон? Толкаю дверь забегаловки: ничего себе дымовая завеса! Про закон о курении в общественных местах тут, похоже, слыхом не слыхивали. И вообще, что все эти люди забыли здесь так поздно в субботу?
— Го-о-ол!
А, вот в чём дело! Громадная «плазма» на стене запомнилась мне ещё с первого посещения, только раньше на ней крутили психоделические клипы современной попсы. И каким только ветром могло занести Ольгу в компанию к футбольным фанатам? Я озираюсь по сторонам, пытаясь хоть что-то разглядеть в дымном полумраке. Скорее интуитивно, чем визуально, угадываю ту, кого ищу, в фигурке за дальним столиком, обессиленно положившей голову на руки. Проталкиваюсь туда через бурно обсуждающих матч болельщиков: да, это Ольга, и всего на четверть полная бутылка «Арарата» перед ней на столе красноречиво сообщает о главной причине позднего телефонного звонка.
— Оль, — легко трогаю её за плечо, обтянутое тёмной водолазкой. — Я приехал.
Ольга рвано втягивает воздух, с усилием поднимает голову. Из-за царящего шума я больше по губам угадываю «Тим».
— Привет, — улыбаюсь, будто не происходит ничего из ряда вон выходящего. — Поехали домой?
Ольга бормочет «Да», пробует выпрямиться до конца и тут же зажмуривает глаза, борясь с дурнотой. Я отлично знаю, как себя чувствуешь, с непривычки употребив лошадиную дозу спиртного, поэтому дожидаюсь, пока на меня снова посмотрят, и лишь тогда помогаю Ольге встать.
— Сумка, где-то тут…
— Да, я возьму. Тебе счёт приносили?
— Я сразу…
— Ясно. Телефон, кошелёк — в сумке?
— К-кажется, — Ольга икает. — Ой, что-то мне…
— Две минуты, продержись две минуты, — Я помню, где здесь туалет, и, не тратя даром драгоценное время, тяну Ольгу в нужную сторону. Комнатушка грязновата, зато не занята, что в данных обстоятельствах намного важнее. Пока организм Ольги радикально избавляется от токсинов, я часовым стою за дверью в коридоре. Можно было бы вызвать такси, но как отвечать на вопрос о пункте назначения? Вряд привидевшийся мне в галлюцинации адрес соответствует действительности.
Из туалета Ольга выходит держась за стену, однако с куда более бодрым видом.
— Легче? — я жестом предлагаю опереться на меня.
— Д-да, — она принимает предложение, позабыв о своих принципах.
— Проверь, всё на месте? — отдаю ей сумку.
— Всё, — после короткого досмотра заключает Ольга. — Тим, у меня ещё плащ на вешалке остался.
— Сейчас заберём, не волнуйся.
Мы без лишней спешки возвращаемся в зал, где нас встречает очередное «Го-о-ол!».
— Тебе воды принести? — я с трудом перекрикиваю радостных фанатов.
— А тут есть? — ответ опять приходится читать по губам.
— Найдётся. Посидишь за столиком, пока я к стойке прогуляюсь?
Ольга кивает, и я бережно усаживаю её на стул. Помня студенческие попойки, покупаю сразу три поллитровки, которые потом опустошают с такой скоростью, будто за спиной у Ольги десятки километров безводной пустыни.
— Хватило? — спрашиваю я, когда заканчивается последняя бутылка. — Или ещё принести?
— Нет, всё, спасибо.
В этот момент на экране кто-то из футболистов бьёт по воротам из выгоднейшей позиции, промахивается, и стены бара сотрясает многоголосый возмущённый вопль.
— Готова идти? — я едва слышу сам себя.
— Да.
В отсутствие опыта Ольга не знает, что способность трезво мыслить не всегда означает способность твёрдо держаться на ногах, и поднимается слишком быстро.
— Тише, тише, — я успеваю поддержать её под локоть. Из глубин памяти не вовремя выныривает похожий эпизод галлюцинации, когда меня-Ольгу ловил Дрейк. Мысленно отмахиваюсь от назойливой мухи-воспоминания, помогаю девушке с плащом и крепко беру её под руку — самостоятельность тут пока будет лишней.
— Ну, пойдём потихоньку.