Всё в ажуре (СИ)

- Ты про раздачу денег направо и налево?
- Ну да.
- Не в курсе, это вообще повсеместная практика, за работу не платить, или просто наш прижимистый предшественник так делал и всех приучил?
- Не знаю. – сделав выразительное лицо, ответил Шерлок.
- А Адалей что говорил? Ты же его расспрашивал.
- Про управляющего узнал. И то, что вообще платят, и какова средняя сумма. А про рабочих из собственных крестьян… Мариш, я у него про что угодно выпытал, а про это даже не подумал. Мы же не собирались ехать в руины.
- Ну и всё, не мучайся. Во-первых, так действительно правильно. А во-вторых, ты своё решение уже озвучил. Так что, революция – не революция, поздно пить «боржоми». Идём до конца заданным курсом. Кому-то из титулованных не понравится, что крестьян балуем – у нас сам герцог за спиной. Если что, отмажет. Наверное.
- М-да-а… Представляю, каково Крайтону. Тут вон, вроде, масштаб совсем невеликий, какая-то маленькая шапочка маленького Мономаха, а мозг уже дымится.
- Серёг, это всего лишь первый день твоего деятельного баронства. Не паникуй, разберёшься постепенно, со всем справишься. И мы с Лилей поможем, ты же не один. А там, глядишь, втянешься, ещё на графство какое-нибудь замахнёшься. – я широко улыбнулась напарнику. – Кстати, как тебе Олив?
- Маринка-а-а… старик – бомба!
- Так уж прям и бомба?
- Говорю тебе, феномен.
И Сергей пересказал мне ту часть беседы, которую я не слышала.
- Его только по здоровью немного подлатать и нервы после сегодняшних бесед какой-никакой валерьяночкой поправить. Сильно деда от моих размашистых новшеств тряхонуло. А ведь это только начало. – закончил он свой рассказ.
- Вот и давай дадим ему время хотя бы до утра обвыкнуться с мыслями о грядущих переменах. В таком возрасте они, даже хорошие – всё равно большой стресс. Ничего, раз, говоришь, умом и характером крепкий, разберётся в твоих начинаниях и станет самым лучшим соратником. Да и нам всем нужен отдых. Столько всего произошло, самим бы на валерьянку не подсесть. Сделать предстоит многое, но я думаю, надо прекратить суетиться и торопиться, перестать создавать лишний ажиотаж.
Остаток дня до вечера прошёл уже почти спокойно. Первый шок прошёл, сознание как-то потихоньку приняло ситуацию. Отпала нужда искусственно себя бодрить. По большому счёту, всё не так уж плохо. Конечно, не то, что мы ожидали, но и не крах всех надежд. Просто предстояло основательно закатать рукава.
Крыша над головой, хоть и худая, но имелась. И в наших силах было всё поправить. Эмель и Кло, кроме одежды для себя и старика с Роли, раздобыли где-то постельное бельё – грубое, но новое, докупили нормальных продуктов. Лиля поруководила приготовлением ужина, и он получился на славу. Олив, напоенный лечебными отварами, заснул рано. Наши с сестрой горничные-близняшки всё ещё страдали, но, слава богу, про себя. От всех этих маленьких позитивных бытовых мелочей нервы успокаивались. Местные обитатели дома так и вовсе просто радовались обновам и оживлению, наступившему в старом имении.
Наметилось так необходимое всем нам равновесие.
Глава 62 
Глава 62
Марина
С самого раннего утра следующего дня у нас был намечен огромный список мероприятий. И начинать, по здравому размышлению, следовало с Олива. В том смысле, что он был необходим нам абсолютно везде и всюду. И в дееспособном состоянии.
Управляющий действительно знал здесь совершенно всё, до последней мелочи. Без его подсказок, мы с сестрой могли увязнуть в поиске и разгребании содержимого баронских неприкосновенных закромов всерьёз и надолго. А в них могла обнаружиться масса полезных вещей. Практика уже показала полезность некоторых находок.
Сергею тоже срочно требовалось участие деда в решении экстренных управленческих вопросов из категории экономических преобразований. Близилась дата сбора налогов с крестьян, и нужно было в сжатые сроки внести поправки в существующую схему.
 
Опять же, первую встречу со старостой лучше было провести с Оливом, как с человеком опытным, всеведущим, а главное, местным - имеющим заслуженное уважение. В его присутствии все участники деловой беседы смогут чувствовать себя более уверенно и спокойно. А в нынешней ситуации заведомой натянутости в отношениях между хозяевами баронства и населением деревни это было очень полезно.
Нам с Лилей необходим был совет управляющего по кандидатам в найм для работы в доме. Да всего не перечислишь. Олив был нарасхват. Потому, сразу после завтрака мы всем женским (и не только) составом взялись приводить его в порядок. Возвращать, так сказать, к нормальному состоянию.
Для начала решено было отправить старика откисать и тщательно отмываться в большой деревянной кадушке, которую здесь использовали как ванну. Дед, откровенно смущённый таким всеобщим деятельным вниманием к его персоне, выглядел слегка растерянным. Но готов был безропотно исполнять всё, что ему скажут. А куда деваться? Новое начальство, хоть и оказалось немного того… самодуристым, ну так ведь со всем добром к народу.
Девчонки вместе с Ролли весело, с шутками-прибаутками натаскали нужное количество нагретой воды, и Олив потопал на генеральную помывку. В помощь деду отправили Ролли, чтобы тот досконально отшоркал там, куда руки старика дотянуться не в состоянии. Парню было велено не выпускать «жертву» нашей буквально материнской заботы из ванны, пока тот не начнёт сверкать, как надраенный сетах.
Сами тем временем принялись организовывать импровизированный парикмахерский салон. Заодно и пошивочную мастерскую. Где всё это сооружать было пока совершенно неважно, и мы решили устроиться прямо в гостиной – там было достаточно светло и много места. К тому же помещение находилось на первом этаже – отпадала необходимость гонять старика вверх-вниз по ступенькам скрипучей лестницы.
Сюда уже перетащили зачехлённое в несколько покрывал большое тяжёлое овальное зеркало на подставке. Представьте себе, оно здесь имелось. Просто пряталось, как и многие другие новые, дорогие и полезные вещи по пыльным углам кладовых. По наводке Олива его отыскали, освободили от полуистлевших обмоток и водрузили посреди комнаты.
Зеркало было великолепно, и довольно хорошо сохранилось. Повезло, что тот, кто подготавливал это чудо для длительной консервации, озаботился надёжно упаковать его в несколько защитных слоёв. По типу капусты. И поместили этот роскошный раритет, не в сырую каморку в подземной части дома, а в бывшую жилую комнату, преобразованную в склад.
Верхние покрывала были в отвратительном состоянии, но самое нижнее последним барьером ещё держало форму. Тяжёлая резная рама в стиле старинного комода из спальни и сама зеркальная поверхность остались почти невредимы. И, кажется, да, этот предмет был из одного гарнитура с моей полуразрушенной собственными руками мебелью.
Так что, не зря я оторванные от ящиков ручки предусмотрительно припрятала в верхний отдел. Погодим выбрасывать такую красивую, основательную вещь на свалку. Может и найдётся умелец, который сможет его реставрировать.
На роль парикмахера, а по совместительству и брадобрея сегодня назначили мою Селию. Оказалось, что она не только по дамским причёскам мастерица. Лону поставили помогать «на подхвате». Эмель и Кло принесли уже простиранную и отпаренную новую одежду для Олива и вооружились нитками-иголками, чтобы тут же на месте взяться подогнать всё по фигуре управляющего. Для примерок в углу натянули временную занавеску из старой простыни.
Минут через сорок, не меньше, в сторону кухни с пустым ведром и обратно – с парящим полным промчался Ролли. Взмыленный и мокрый с ног до головы. В свободной руке парень сжимал какой-то толстый кожаный ремень. Я как раз вышла из гостиной и чуть не столкнулась ним в коридоре.
- А это ещё зачем? Пороть он старика, что ли, собрался? – удивлённо подумала я и, грешным делом, не удержалась, прошла следом, встала у двери – подслушать (позор мне), что за экзекуцию затеял наш «банщик»