Адъютант палача 2 (СИ)
«Мы забыли ещё об одной стране. Её территория огромна, потенциал колоссален, а армия отличается завидной стойкостью. И это всё! Русский император не способен довести до конца ни одну реформу. Аристократия разложилась и перестала быть опорой трону. Во главе правительства стоят либералы и трусы, которые испортят любое благое начинание, а чиновники помельче похоронят его окончательно. Россия, как всегда, опоздает вовремя отреагировать на все события, происходящие в Европе. С учётом того, что она всё сильнее поддерживает Пруссию, то Священный Союз распадётся в ближайшие годы. Только неумный русский царь не понимает простой вещи. Сначала он бросит Австрию на съедение Бисмарку, мстя за предательство. Затем будет злорадно наблюдать, как пруссаки поставят на колени Францию, к которой у русских тоже хватает претензий. Но в один момент Александр может понять, что оказался один на один с лучшей армией Европы, поддерживаемой мощнейшей экономикой, опирающейся ещё на колоссальные репарации. При этом армия Россия требует полного перевооружения, которое необходимо было провести ещё после поражения в Крымской войне. Большая часть крестьян загнана в чудовищные долги, что тормозит развитие экономики. Железные дороги, которые так необходимы для торговли, являются колоссальным источником коррупции и строятся крайне медленно. На какого скакуна вы поставили бы, в случае прямого столкновения Берлина и Санкт-Петербурга? А если на стороне пруссаков выступит Англия?».
«Завершаю первую часть своего обзора. В скором времени ждите продолжение. Думаю, читателям будет интересно узнать не только про европейские дела».
-Далее автор перечисляет достаточно много деталей, которые смешивает со своими предсказаниями. Есть интересные моменты про действия англичан в Южной Америке, которые я бы взял на вооружение. Только сейчас мне хочется услышать ваше мнение, господа, — произнёс успокоившийся монарх и посмотрел на главу правительства.
Прослушав основные части этой странной статьи, уже без эмоций, Бисмарк вынужден был признать, что у него нет ответа. Если называть вещи своими именами, то этот чёртов предсказатель вскрыл их планы. Более того, часть намерений, напечатанной английской газетой, даже ещё не была согласована и утверждена. Они с кайзером прекрасно понимали необходимость победы над Австрией. Только серьёзно воевать с Францией никто не собирался. Слишком неравны силы. Предстоит ещё много работы по укреплению экономики государства и введению единых законов для будущего единого немецкого государства. Далее — формирование армии нового образца, костяком которой станет прусская.
-То, что это грамотная провокация, не вызывает у меня ни единого сомнения, — начал Отто спокойным тоном, — Мы не сможем определить национальную принадлежность автора памфлета. К тому же, это ничего не даст. Автор пишет под псевдонимом и явно издевается, назвавшись скандинавским божком хитрости и коварства. Думаю, газетчики не врут, утверждая, что не знают, кто прислал письмо. Надо подумать, кому оно выгодно в первую очередь. Понятно, что не Пруссии. Ещё не мешает подумать, откуда у этого человека такая обширная информация.
-Человека ли? От статьи прямо несёт хорошо информированной службой, причём государственной, — присоединился к разговору военный министр, — Выгодно это может быть кому угодно. Я бы не стал сбрасывать со счетов даже австрийцев, хотя мы хорошо осведомлены о планах Вены. Скорее всего, это англичане или французы. Именно для них мы становимся опасными в торговой и военной сфере.
-А почему не русские? — усмехнулся Вильгельм, который недолюбливал Россию из-за высокомерия и чванства предыдущего императора.
-Мой добрый товарищ, князь Горчаков, хороший министр и политик, — произнёс Бисмарк, — Но я здраво оцениваю его способности. Здесь дело даже не в уме. Просто князь и ближайшее окружение русского императора неспособно мыслить подобными категориями. России сейчас объективно не до большой политики. Реформы оказались непродуманными, в обществе назревает раскол, ещё и польское восстание. И до недавних пор Петербург ориентировался на союз с нами. Плохо, что отношения немного испортились из-за этих чёртовых поляков. Здесь и моя ошибка, глупо это не признавать. Надо было изначально жёстко пресечь деятельность польской оппозиции на нашей территории. Получается, что мы подписали конвенцию и не стали серьёзно относиться к её выполнению. Но кто бы что ни говорил, без нейтральной позиции России нам не победить австрийцев.
-У нас есть более насущные проблемы, нежели обсуждение обид Александра. Мы должны заняться теми, кто составил этот провокационный документ. Сейчас надо определиться с дальнейшими планами, — перебил король разошедшегося главу правительства.
-А что, собственно, изменилось? — три удивлённых взгляда скрестились на молчавшем до этого фон Мольтке, — У нас есть план капании, который необходимо претворять в жизнь. Даже если австрийцы выйдут из коалиции, то Пруссия всё равно победит. С учётом того, что Вена фактически навязала нам свои услуги, то невелика потеря. Просто мы потеряем время на переброску дополнительных войск. И я согласен с одним из пунктов, которые были зачитаны Его Величеством.
Видя, что у монарха поползли вверх брови, а Бисмарк начал покручивать свои усы, генерал быстро пояснил.
-Фельдмаршал фон Врангель не справляется с поставленной задачей. Не знаю, виной тому его ошибки или нерасторопность австрийцев, но мы существенно нарушили план. Перемещение войск идёт медленно, обозы опаздывают, есть путаница в управлении отдельными полками. Только война идёт уже десять дней, и противник не оказывает активного противодействия. Можно сказать, что блицкриг уже не удался и война займёт больше времени.
-Что вы предлагаете, Хельмут, — спросил король.
-То же, о чём говорил до начала кампании. Прошу вас назначить меня заместителем командующего при кронпринце. Необходимо проверить мои теоретические выкладки на практике. Заодно не мешает сразу определить основные ошибки и начать над ними работать. Что касается всего остального, — продолжил генерал, — То политическая ситуация не может измениться за несколько месяцев. Несомненно, в Париже, Вене или Лондоне будут истерики и скандалы. Но французы не смогут атаковать нас даже через два месяца, потому что это требует длительной подготовки. Австрийцы вообще представляют собой жалкое зрелище, и скоро начнут проигрывать даже итальянцам. Если начнутся какие-то закулисные игры, то быстрая победа над Данией становится насущной необходимостью.
В кабинете на некоторое время воцарилось молчание. Вильгельм снова просматривал статью, отмечая карандашом, интересные моменты.
-В принципе, разумное предложение, — произнёс Бисмарк, — Это не упрощает ситуацию, так как уже скоро активизируется австрийский и, возможно, французский послы. Плохо, что причина на это у них есть. Одно дело — безосновательно обвинить нас в стремлении напасть на эти страны. И совсем другое — поддержка венгров и оппозиции против правящих династий.
-А под этим есть какие-то основания? Ведь венгерский корпус существует только на бумаге, и его создание не принесёт ощутимой выгоды. То же самое касается всех этих хорватов с прочими румынами. Нам придётся не просто вооружать, но и обучать целую толпу, весьма далёкую от реалий прусской армии. Лучше рекрутировать людей в уже действующие полки, — начальника Генштаба заботили насущные проблемы, а не гипотетические угрозы.
-Скажите, Отто, — вышел из задумчивости Вильгельм, — По Австрии понятно — мы действительно думали расшатать её изнутри. Но что за странные намёки на французских социалистов? Или я чего-то не знаю?
-Для меня эта новость тоже стала откровением, Ваше Величество. Хотя, в этом есть здравое зерно. Французское общество бурлит и крайне недовольно многими шагами Наполеона и его кабинета. Пока у нас достаточно времени, дабы найти нужных людей и начать подрывную деятельность. Только теперь французы предупреждены и будут осторожны. И они, в свою очередь, могут ответить нам тем же. Я не особо верю в опасность социалистов и, тем более, либералов. Но нельзя забывать про террор и возможную агитацию среди рабочих Рейнланда и Силезии. Мы все эти попытки купируем, но рабочие могут ответить актами неповиновения. Нельзя забывать про 1848 год, и лучше сыграть на опережение. А ещё есть ландстаг, депутаты которого с радостью устроят нам какую-нибудь пакость.