Адъютант палача 2 (СИ)

Муравьёв молчал несколько минут и, наконец, тяжело вздохнув.
-Иосиф, по этому предложению ещё будет проводиться обсуждение. Сам понимаешь, что дело секретное, но после принятия решения, я тебя извещу. Не уверен, что решение будет одобрено. Ответь лучше мне на следующие вопросы. Ты действительно что-то знаешь про будущее, поэтому стремишься продвинуть указы до моей смерти? И зачем нам подобная интрига, от которой может пострадать международный образ России? Тебе прекрасно известно, насколько наша казна зависит от европейских кредиторов. Даже отец Его Величества согласился на унизительную сделку с банкирами, понимая важность получения кредита. Поэтому нам не простят даже простого подозрения в подобных делах.
Ответы у меня были готовы.
-Будущего я не знаю, но могу сделать верные выводы по некоторым вопросам, основываясь на знании политики и экономики. Поэтому ничего не могу рассказать про ваше здоровье, — вру и не краснею, — Второй вопрос мне совершенно непонятен. Почему мы должны бояться чьей-то реакции, тем более — ростовщиков? Понятно, что они оплели своими путами Европу, как и нашу страну. Так что мешает их разрубить, и идти своим путём? Пруссаки этим уже занялись, хотя кукловоды этого пока не поняли. Но ведь мы больше боимся не самих банкиров, а собственную элиту, которая ради возможности пускать пыль в глаза европейцам в Ницце и Баден-Бадене, готова предать страну. Я много раз задавал себе подобный вопрос и не находил на него ответ. Почему французское и прусское общество едино, англичан даже не стоит упоминать, а мы постоянно в разладе? Где русская национальная идея, которая должна стоять выше всего для наших аристократов и высшей власти? Эти люди с удовольствием читают «Что делать?», произносят правильные речи, но вечно смотрят в сторону Европы, считая свою страну отсталой и постыдной.
-Приятно слышать подобное от аристократа, эту самую элиту олицетворяющую. Только здесь я с тобой не согласен. За последнее время в России многое изменилось. Проблем хватает, но ситуация выправляется. Просто был нужен приказ императора и люди, готовые его выполнить.
Ага, вот прямо я и поверил в этот пафос. Думаю, и сам Муравьёв не особо верит в сказанное. Спорить не собираюсь, но ещё вопрос задам.
-Нессельроде тоже выполнял волю монарха? Когда отдавал наши рыбные богатства американцам, или предавал страну в угоду союзу с австрийцами, которые отплатили самой чёрной неблагодарностью. Я вас спрашивал, почему русские вельможи часто занимают сторону какой-то иной державы, вроде Англии или Франции. Почему мало кто из облечённых властью людей ставит на первое место интересы России? Вас это не касается, — улыбаюсь встрепенувшемуся генералу, — Что мешает договориться, и действовать в одном ключе? Ясно, что у разных групп могут быть свои интересы. Это очевидно, и я даже могу понять подкуп для продвижения своих проектов. Только объясните мне, причём здесь иностранцы? И ладно бы, если речь шла о предателях — так ведь многие совершенно искренне пытаются навязать нашей стране неестественные альянсы в ущерб собственной политике! Грешили этим высокопоставленные дипломаты, министры и канцлеры. О каком величии и своём пути можно говорить, если собственные власть имущие смотрят в грязные европейские рты?
Муравьёв тогда не ответил на моё искреннее возмущение. Ему явно стало хуже, и мы быстро закончили разговор. Уже по пути домой, когда эмоции схлынули, я задал себе этот вопрос. Почему подобная ситуация так редка для других обществ? Англия — вообще непробиваемый монолит, да и Франция с Пруссией не сильно отличаются. В последних двух странах могут быть агенты влияния, но в массе своей элита едина в базовых государственных вопросах. У нас же аристократы говорят правильные слова о свободе, но мало кто отказался от выкупных платежей. Ладно, вроде есть шансы, что император подпишет указ о снижении этого грабительского бремени на двадцать процентов. Об остальном пока переживать не буду.
Что касается устранения некоторых излишне одиозных персон, то придётся заняться этим самостоятельно. К сожалению, пока я не потяну создание антиправительственных организаций в странах-противниках. Но займусь этим после того, как заработаю хорошие деньги. Динамит и оружие можно поставить ирландцам хоть завтра. Только необходимо создавать крепкую организацию, учить людей воевать и не попасться английским властям. Если ниточки приведут ко мне, то островные товарищи точно не будут сомневаться в методах. Поэтому буду работать аккуратно, но от своего плана не отступлю. Просто национально-освободительное движение в Англии и всплеск терроризма во Франции начнётся немного позже.
   
Глава 17
 
Глава-17. 
-И всё равно я считаю сие решение непродуманным и поспешным. Кабинет и этот Милютин подготовили указ, но почему-то забыли о последствиях, — горячился Шувалов, — Ещё Грейг начал из огня да в полымя. Они там все бессмертные? Благо, что нам удалось задавать революционную заразу. Вернее, как вы, верно, заметили граф, мы отрубили голову гидре, но новая уже растёт.
Наши посиделки с главой третьего отделения стали уже традицией. Глупо упускать возможность влиять на фаворита Александра. А когда я подогнал шефу специальный секретер и кресла нового образца, так стал его лучшим другом. Мы тут с тётушкой начали осваивать производство офисной мебели и всякого рода канцелярских товаров. Вот Пётр Андреевич и оказался одним из первых обладателей экспериментальных моделей. К нему даже приезжали в гости весьма влиятельные особы, дабы ознакомиться с диковинками.
В итоге фабрика благодаря такой рекламе, а мебель я подарил ещё Муравьёву и Татаринову, получила несколько отличных заказов. Есть слухи, что новиками заинтересовались в Зимнем, но не тащить же кресла напрямую к монарху. Для этого существуют специальные люди, которые должны собрать информацию и донести её до царственных ушей. С учётом того, что всеми делами дворца занимается папа моего начальника, то жду гонцов со дня на день. Только сейчас высший свет занимают совершенно иные дела.
В самом начале года главой российского Кабмина после долгой подковёрной борьбы, утвердили Грейга, министром финансов повторно назначили Брока, а Владимир Черкасский, подхвативший знамя заболевшего Николая Милютина, стал министром государственных имуществ. Двое последних считались прогрессивными и даже либеральными деятелями, поэтому более консервативный премьер должен был их уравновешивать. С учётом того, что пост военного министра занимал ещё один либерал — Дмитрий Милютин, брат реформатора, то задача Грейга усложнялась.
Только проблема для весомой части высшего света заключалась не в политических пристрастиях новых чиновников. Дело в том, что император подписал указ о снижении выкупных платежей для всей империи на двадцать процентов. Эксперимент, который провёл Николай Милютин в Царстве Польском и Западном Крае, был признан успешным. Если описывать эффект кратко, то за год заметно оживилась торговля сельхозпродукцией, а снижение долга весьма позитивно отразилось на настроениях крестьян. Более того, народ был благодарен Царю-батюшке, который, наконец, проявил свою милость.
А ещё перспектива полной отмены платежей вывела из спячки большую прослойку шляхты. Более грамотные и хваткие начали договариваться о продаже земли общинам. Для этого государство выделило специальные кредиты. Но в отличие от обычного русского разгильдяйства, ныне всё было достаточно строго. Третье отделение весьма жёстко пресекало махинации и завышение цен на землю. Эта активная прослойка начала вкладывать полученные деньги в мануфактуры, что оживило промышленное производство и усилило приток рабочей силы из деревни, где началось постепенное разложение общины. Более консервативная часть дворян предпочла долгосрочную аренду. Они надеялись жить с ренты и особо не думали о вложениях в другие сферы экономики.
Но надо понимать, что шляхта сейчас напугана террором, прокатившимся по землям бывшей Речи Посполитой после восстания. Когда собственные крестьяне жгут твои поместья и могут поднять на вилы по любому поводу, количество лояльных империи граждан резко увеличивается. Также необходимо учитывать конфискованные земли и имущество, которое пошло на развитие губерний. Достаточно большой процент крестьянских хозяйств, чьи представители помогали властям, получили наделы бесплатно. Поэтому все инициативы Санкт-Петербурга прошли без особых эксцессов.