Э 6 (СИ)

Поняв способ движения твари, я начал телепортироваться по кругу, постоянно меняя направление и уходя с траектории атаки. Монстр не мог мгновенно поменять направление, но перестал врезаться в старые выступы, и когда я уже подумал о легкой победе — стены чаши дрогнули и начали быстро сужаться.
Мгновенно пересмотрев свои шансы, я понял — если немедленно не прикончу монстра, он сумеет дожить до того, что у меня просто не останется места куда телепортироваться. Перспектива отвратительная, а еще хуже — боковым зрением я заметил движение. Значит мы пока не одни, и исключать угрозу третьей стороны нельзя.
Выхватив автомат, я пустил длинную очередь по направлению движения монстра. Пара пуль вроде даже попала, но никакого результата я не заметил. Тогда, демонстративно забившись в угол, между подступающими стенами и небольшим выступом, я приготовился бить тварь из ружья, дождавшись пока она подойдет в упор.
Вот только план мой оказался слишком очевиден даже для твари. К тому же стены на столько сдвинулись что стали ощутимо круглее, и теперь монстр мог бежать по отвесной поверхности, да еще и вилять зигзагами, сбивая прицел. Попасть в него таким образом не было никаких шансов, так что я вновь отпрыгнул — но теперь оставив после себя подарочек.
Граната взорвалась через секунду, и тварь отбросило ударной волной, я успел увидеть, как несколько щупалец отлетело в сторону, а потом мне резко стало не до бегуна. Выручил опять Тали — я почувствовал холодок на спине, и резко ушел в сторону. Совсем рядом со мной пули загрохотали по полу и стенам, едва не задев меня рикошетом.
Обернувшись, я успел увидеть прячущуюся за укрытием женщину. Выжила после попадания из гранатомета? Возможно, получила новую способность или просто умудрилась в последнюю секунду укрыться. Уже не важно. Она отвлекла меня от колобка, который уже мчался в мою сторону. Пришлось импровизировать — я телепортировался прямо к Ольге, и даже успел заметить ее удивленный взгляд под желтыми тактическими очками, когда колобок ворвался в наше укрытие.
— Нет! — Ольга успела крикнуть, срывая с шеи амулет, и меня выбросило внезапно появившимся защитным полем. Кровь мгновенно прилила к голове, но даже летя вверх тормашками я усел увидеть, как женщина разводит руки в стороны. Я прекрасно знал, что дальше будет, а значит время последних козырей пришло.
Активировав способность прохождения сквозь стены, я влил в нее максимум энергии. Просто — все что было. И не зря.
Хлопок я уже не слышал, само ощущение пространства сейчас для меня изменилось. Ударная волна прошла сквозь меня, не причинив никакого вреда, а вот спрута буквально разорвало изнутри, превратив в мелкое крошево и лужу расплесканной крови. Так же, как и еще пару врагов, сумевших выжить в своих предыдущих схватках.
Ударная волна не пощадила никого, и вскоре, отразившись от стен, обрушилась на свою создательницу. Я заметил, как просело защитное поле. В начале — ушло до метра, а затем и вовсе погасло, да только сила использованного дара себя еще не исчерпала до конца. Способность навалилась на Ольгу, и я увидел, как у нее из ушей, глаз и носа брызнула кровь.
Ультимативная способность. Полное уничтожение. И то, что я сумел обойти ее — лишь чудо. А может и нет. Может это один из сознательных выборов, к которому меня подталкивал сидящий внутри красноглазый хомяк, понимавший к чему все идет, с самого начала. Мысль что мной манипулировали — оказалась отвратительна. Но я знал, что делать.
Принимать решение самостоятельно. Я телепортировался к Ольге, и с удивлением заметил улыбку на ее окровавленных губах. Улыбку, которая мгновенно потухла, стоило пнуть ее по голенищу высоких армейских ботинок. Боль, ненависть, отчаянье — все эти эмоции промелькнули на лице сотрудницы ФСО, стоило ей осознать, что она не последняя выжившая.
Сжав губы, она плотно зажмурилась, ожидая, пока ее прикончат, и застонала. Протяжно, заунывно и без всякой надежды. Она понимала — все кончено. Как понимали и зрители. Вот только я не был согласен с такой концовкой. Убить ее сейчас, значит потерять не только ее семя — я заметил что ни у одного из погибших жемчужина не появилась, а значит их впитывала арена.
 
Вместо того чтобы добить знакомую, я сел рядом с ней, и взяв ее руку в свою, аккуратно вложил в ладонь один из исцеляющих эликсиров. Женщина замерла, несколько секунд не понимая, что происходит, но затем откупорила бутылку и жадно всосала в себя красную словно кровь жидкость. А уже через пол минуты сумела открыть глаза.
— Прости. — прошептала Ольга, тут же попробовав дотянуться до оружия. Но я прижал ее руку к полу подошвой ботинка, а в горло упер ствол автомата. — Что? Зачем? Чего ты хочешь? Просто убей.
— Ты уже мертва. И все это понимают. — громко сказал я, не сводя с женщины взгляда. — Твоя жизнь принадлежит мне. Признай это, и станешь моей рабой. Тебе не привыкать.
— Что? Никто не уйдет с арены, пока живы двое. — с трудом сглотнула ком в горле Ольга, но я чувствовал, что поступаю правильно.
— Признай себя моей вещью, и ты будешь жить. Жить как рабыня, как животное под властью хозяина. Но жить. — повторил я, и до Ольги кажется начало доходить. — Арена, не место для рабов, на ней выживают лишь властители. Откажись от само возможности таковой стать. Живи… или умри. Твой выбор?
— Я подчиняюсь воле хозяина Изяслава Блинкина, признаю его власть над собой и более никогда… — договорить Ольга не успела. Миг, и на ее месте осталось только кровавое пятно. Я даже не почувствовал удара или угрозы, ни давления, ни взрыва, ни малейшего колебания воздуха или хлопка. Она просто умерла, и я остался на арене в одиночестве.
Гробовая тишина, в которой я слышал только собственное дыхание и шум крови в ушах, продлилась несколько долгих мгновений, а затем потолок и стены стали прозрачными, а на меня со всех сторон обрушился разноголосый гомон толпы. Я видел их — прятавшихся до этого момента зрителей, сидевших в дорогих и совершенно не функциональных одеяниях на трибунах. Они что-то орали, махали руками, а некоторые даже дрались друг с другом.
Но я не мог оторвать взгляда от одного единственного существа. Сидящий на троне четырехрукий Титан-наместник, скучая поворачивал в ладони бокал, в котором плескалась ярко зеленая жидкость. Вся его поза — нижняя пара рук сложена на животе, голова водружена на ладонь — все говорило о лености и безразличии. И только ярко голубые, светящиеся глаза смотрели прямо на меня. Заинтересованно?
Ответить себе на этот вопрос я не сумел — через мгновение меня вновь выплюнуло в тронный зал дракона, и я предстал перед ухмыляющейся гигантской мордой. Кожу обдало горячим дыханием, а во рту пересохло. Несколько секунд я гадал, собираются ли меня сожрать — и надо сопротивляться, или пора бить первым?
— Тали… — прошептал дракон, и несколько язычков пламени лизнуло мой шлем. — И ты все еще смеешь говорить, что ты — не он? Только Старший мог получить выгоду в такой ситуации. И только Вестник знал, как вывести из себя наместника Тиранов.
— Я, это я. И точка. Тем более что план не сработал. — поджав губы ответил я.
— Неужели? — насмешливо спросила Вхагар, отводя свою гигантскую голову в сторону, и я увидел корчащуюся на полу Ольгу. — Она только что прошла третье перерождение. Теперь ее последняя жизнь в твоих руках. Даже не моих. Но ты — мое настоящее сокровище. Не только развлек публику, но и победил единственного выжившего из свиты Жнеца.
— Значит я заслужил награду. — твердо сказал я, глядя на ухмыляющегося дракона.
— Может и так, но тебе мало этой мышки? — рассмеялась Вхагар, и от этого смеха затряслись стены. — Я помню, о чем ты просил. Времени не осталось, но твое желание будет исполнено. Впредь будь в них осторожней.
Спросить почему — я не успел, как и среагировать другим способом. Меня выбросило прямо посреди поля боя. Гул автоматических тридцатимиллиметровых пушек и грохот взрывов, заглушали крики раненных. Всполохи со всех сторон — слепили, и я даже не сразу понял куда мне отступать, и кто с кем воюет.