Дочь Вороньего Короля (СИ)

Ждали этого и в королевском дворце Вентисов — стража была утроена, все маги дежурили непрерывно, пограничные крепости — приведены в повышенную готовность. Брат ее величества даже прислал сообщение о том, что все его люди поставлены в строй и десять тысяч воинов герцогства выступят по первому слову ее величества.
Потянулись дни напряженного ожидания, но ничего не происходило. Никакой реакции, никаких послов, никаких сообщений, ничего. И это затишье убеждало всех сомневавшихся в том, что ее величество права, что Вороний Король — лишь пустая оболочка, давным-давно утратившая реальную власть.
Впрочем, иные говорили, что это — не к добру, что Древний замышляет какую-то подлость.
Прошло еще три дня, и успокаиваться начали даже они. Впрочем, его высочество Таривас Вентис, не позволял себе расслабиться. Путешествие изменило его сильнее, чем ветророжденный полагал, оно заронило в душу семена первых сомнений. Нет, принц и не думал терзаться угрызениями совести, он все сделал правильно, но… Мощь Корвуса и его союзников оказалась куда больше, чем они рассчитывали, а потому, план следовало скорректировать, чтобы снизить риски.
И принц постарался донести эту свою мысль до матери, предложив не говорить сковывающему ничего конкретно, ни на что не намекать и отрицать всяческую причастность к исчезновению Древних и дочери. Пусть тот тратит время, пусть старается докопаться до правды, пусть совершает ошибки. Да, война оттянется на какой-то срок, что с того? Она все равно начнется, никуда не денется!
Увы, королева уперлась, точно осел, Мислия, как и всегда, поддержала госпожу, а Амандус, постарался всех успокоить старой песенкой о совершенной безопасности задуманного для ветророжденных. Ну в самом деле, не станет же Корвус слать в Сентий Изегрима с гончими. А даже если и поступит так, личные шпионы канцлера обязательно узнают об этом, и успеют предупредить заранее.
А потому, в Кастэллум отправился тантибус Игнис и меч, переданный ей отцом, а также — послание. Настоящий шедевр дипломатии: тонкое, четко выверенное, ничего не говорящее прямо, но намекающее на все, что только можно, не оскорбляющее, но глумливое, почтительное, но полное скрытых издевок. В случае чего, никто не смог бы использовать его как повод для войны, или доказательство причастности Вентисов к афере, но между строк можно было прочесть немало. Например, для того чтобы сотворить какую-нибудь несусветную глупость.
Мать ожидала немедленного взрыва, яростных воплей, быть может, даже объявления войны, но ничего не произошло, и это настораживало Тариваса все больше. Именно поэтому его покой прямо сейчас охраняла лично Мислия и два десятка отборных Теней, а все подступы к дворцу караулились гвардией.
Принц вышел на балкон. Именно тут всего несколько месяцев назад он вещал доверчивому и верному Лариэсу, вот только тогда ветер нес прохладу и свежесть, а сейчас — тяжкую духоту. Как-будто природа замерла, в ужасе перед гневом одного из сильнейших владык континента, ожидая, что же тот, наконец, сделает.
Таривас отхлебнул вина и покачал головой.
Вроде бы, они разыграли партию, как по нотам, и это — несмотря на противостояние таинственного сковывающего. Самое время радоваться, ожидая, пока Корвус угодит в расставленные силки, но как-то не получалось. Всю неделю он не находил себе места, не мог успокоиться ни в жарких объятых красавиц из гарема, ни на дне кубка с вином. Ощущение надвигающейся катастрофы неизбежно преследовало принца, не давая продохнуть.
«Вот уж не думал, что ожидание окажется столь невыносимым. Скорей бы уже Корвус делал свой ход, надоело мучаться неизвестностью!» — подумал он, делая еще один глоток.
Говорят, что не следует просить чего-либо у высших сил, потому как те могут исполнить желание. Именно в этот момент со стороны парка раздались вопли, за которыми последовал звон оружия и вспышки магических разрядов.
То, чего все ждали, случилось!
— Проклятье! — выругался принц, бросившись в комнату и на ходу активируя воздушный щит.
 
У него не было времени облачаться в броню, да, говоря, по правде, наследник престола и не стремился сделать это. Ветророжденный схватил меч, и резко выдернул его из ножен.
«Каким образом они сумели незамеченными пробраться во дворец?» — подумал он. — «И почему моя охрана еще не внутри?»
Таривас собрался уже выбежать из покоев, чтобы высказать Мислии все, что думает, как вдруг нечто странное — смазанное движение, замеченное краешком сознания, — заставило его резко обернуться и отпрыгнуть в сторону.
Многие всерьез считали, что Таривас Вентис — всего лишь дамский угодник, прожигающий жизнь, но это было глубоко ошибочным суждением. Наследник престола Дилириса тренировался в управлении магией воздуха с тех самых пор, как начал ходить. Меч он получил в пять лет, на коня сел в шесть. Многочисленные приключения, большая часть которых так или иначе сопровождалась насилием, закалили его и отточили все чувства, а дворцовая жизнь, полная предательств и интриг, до предела обострила восприятие.
Но даже он не ожидал столкнуться с тем, с чем столкнулся. Да, с тринадцати лет его регулярным партнером по тренировкам был Лариэс, чья скорость превосходила человеческую, но то, что налетело на принца, двигалось в несколько раз быстрее. Ни один человек и ни один лункс просто физически не был способен на такое.
Однако принц все же увернулся, пускай и с трудом — использовав свою магию.
Ветер давал множество возможностей для тех, кто повелевал им, и далеко не все они касались создания разрушительных ураганов и режущих сталь воздушных ножей. Ветер мог ускорять, но мог и замедлять.
И принц, едва только его ноги вновь обрели устойчивое положение, ударил по противнику шквалом, который отправил бы обычного человека в полет. Однако закутанная в черный плащ фигура, казалось, даже не почувствовала этого, вновь бросившись в атаку. Блеснула сталь и Таривас лишь в последний миг сумел заблокировать короткий меч, в навершии которого сверкал бирюзовый камень.
«Но это невозможно! Он же в Хавланде! Разведка доносила еще вчера!»
Страх холодной волной поднялся из живота, но принц усилием воли отогнал его — он знал, что в сражении даже мимолетный испуг может стоить жизни.
«И где же моя стража, где Тени? Не могли же они погибнуть за секунду?» — подумал он, отскочив в сторону и едва не потеряв равновесие. — «Как вообще могло произойти, что он оказался тут?!»
Шум битвы, меж тем, все усиливался, с каждой минутой дворец все сильнее напоминал потревоженный муравейник, и Таривас понимал — ему всего лишь нужно продержаться до тех пор, пока Марк не приведет гвардейцев. Вся проблема была в том, что — и Таривас понимал это — он не сумеет выиграть достаточное количество времени.
Нет, будь перед ним обычный ловчий, никакой бирюзовый камень не спас бы его от ветра, а значит… А значит, нужно бежать. Но… сделать это будет непросто — замотанная в плащ фигура перекрыла выход на балкон, а дверь в коридор, как принц полагал, была надежно закрыта, возможно даже, заклинанием сковывающих.
«Значит, надо отвлечь его!» — решил принц. — «Посмотрим, справится ли он с этим!»
И, собрав все силы, Таривас ударил по врагу Самумом — одним из страшнейших заклинаний, имевшихся в его арсенале.
Ветер, сдирающий кожу с людей, крошащий сталь и сравнивающий с землей города взвыл в комнате и устремился, точно гигантский невидимый кулак, в нападавшего.
Принц не питал особых иллюзий — он уже понял, с кем столкнулся, но все-таки рассчитывал, что Самум подарит ему драгоценную секунду или две. Этого времени должно хватить для того, чтобы прорваться к балкону и спрыгнуть вниз, в парк.
 
А потому, не тратя времени, он сконцентрировал воздушные потоки вокруг себя, и едва только магический ветер достиг противника, рванулся мимо него к спасительной черноте ночи.
Всю полноту своей ошибки он осознал лишь, заметив движению справа и сбоку. Самум ни на секунду не остановил таинственного противника, а уже спустя мгновение голова принца взорвалась болью, и он рухнул на пол. Меч выпал из ослабевшей ладони, а шеи коснулось лезвие меча.