Анатомия соблазна (СИ)

— И есть свидетели?
— Да вы издеваетесь?
— Нет, лишь пытаюсь установить все обстоятельства, — ответил офицер скучным голосом.
— В таком случае я ничего вам больше говорить не стану, — сказала, как отрезала.
— Хорошо, но тогда нам придётся вызвать вас повесткой.
— Как угодно.
Полицейский попрощался и ушёл. Моё романтическое настроение окончательно протухло. Радость сменилась злостью, и я не знала, как мне теперь быть. Вскоре после того, как ушёл офицер, раздался телефонный звонок. Я машинально ответила:
— Да, слушаю.
— Здравствуй, Лика, — это был Артур.
Сама не ожидая от себя, я вдруг разревелась прямо в трубку. Это вырвалось всё то напряжение, которое накопилось во мне, пока полицейский задавал свои дурацкие вопросы. И плюс обида, что я тут одна вынуждена отбиваться от глупейшего обвинения. Я — та, которой с детства впитал мысль о том, что воровать — это самое поганое, на что может отважиться человек! У нас в детдоме за воровство били без пощады и плакать не давали! И вдруг меня в таком обвинили. А он, Уваров, где-то там, и не рядом со мной.
  
Глава 38
 
Мужчины терпеть не могут плачущих женщин. Они инстинктивно их даже боятся. Потому что не знают, как им быть. Теряются. И отсюда их дальнейшее, притом чаще всего глупое, поведение. Одни злятся, говоря нечто вроде «развела тут сырость, дура!» Другие сваливают в закат, потому как им неприятно. Третьи лезут с поцелуями и обнимашками, — им кажется, что если тебя, сопливую и зареванную, прижать к себе и погладить, то ты перестанешь лить слёзы. Четвертые орут: «Возьми себя в руки, тряпка!» Да много вариантов.
Я не знала, как поступит Артур. И решила, что он просто трус. Потому как, услышав мои всхлипы, прервал разговор. Перезванивать не стала, конечно. Настроение после такого демарша рухнуло ниже подвала. Захотелось забиться в самый тёмный угол и не выходить оттуда, пока само что-нибудь не разрешится.
Сходила в ванную, умылась, привела себя в порядок, а на обратном пути неожиданно услышала звонок в дверь. Открывать не стала. Даже в глазок не посмотрела. Показалось — там опять тот самый полицейский, да пошёл он к черту со своими расспросами! Или это мог быть Леонид, или даже хуже — его шмякнутая на всю голову мамаша. Проверять у меня не появилось желания.
Потому прошла в комнату, нацепила наушники, включила фильм и стала смотреть, толком не соображая, что на экране происходит. Звонки в дверь почти сразу прекратились. Телефон остался на кухне, вибрировал он там или нет, я не знала. Да и зачем? Если Артур, то и его я была готова послать подальше, потому как снова бросил в трудный момент.
И вот я лежу, обложившись подушками, хлюпаю чаем, пытаясь вникнуть в содержание фильма. Там какая-то муторная история любви. Кто, зачем и почему — я так и не успела вникнуть. Пока неожиданно не опрокинула на себя чашку от испуга. Потому что кто-то постучал в окно. Поставив фильм на паузу, замерла и прислушалась. Решила: показалось. Видимо, птица залетела на такую высоту и в темноте сбилась с курса.
Когда стук повторился, напряглась конкретно. Что это может быть? Следовало бы подойти и посмотреть, а на меня страх напал. «Может быть, тот самый дрон, который запускал Артур? Но для такой техники стучать в окна опасно — заденет лопастями стекло и рухнет, потом кусочков не соберешь», — подумала я. Постояла, опять послушала. Но только собралась вернуться в постель, как вдруг снаружи раздалось: «Тук-тук-тук!»
Холодок бежит между лопатками, стало неприятно, словно отопление внезапно выключили, и квартира наполнилась морозным воздухом. Да что происходит, в конце концов?! Несколько раз глубоко вдохнув и медленно выдохнув, чтобы успокоиться, подошла к шторам, взялась за них и резко раздвинула в стороны. В следующее мгновение из моего нутра вырвалось:
— А-а-а-а! — и я отскочила назад.
Было отчего перепугаться! Прямо за окном висел на верёвках Артур Уваров! Да не просто висел, он ещё улыбался мне, держа букет каких-то алых цветов! Отпущенные, шторы захлопнулись, и пока я пыталась прийти в себя и унять бешено бьющееся сердце, снаружи через толстые стёкла послышалось приглушенное:
 
— Лика, пусти меня! Тут очень холодно.
Собравшись с духом, я отправилась на кухню, попутно прихватив пуховик из прихожей. Накинула его на халат, раскрыла дверь и увидела, что происходит: Уваров, оказывается, висел на канатах, облаченный в альпинистское снаряжение, и они тянулись до самой крыши, то есть ещё пять этажей наверх, и терялись там в темноте. Раскачавшись, Артур, оказавшись над моим балконом, немного ослабил крепление, и тут же оказался напротив меня. Отстегнулся, сделал шаг навстречу, обхватил руками и крепко прижал свои губы к моим.
Я поначалу хотела оттолкнуть его. Что за вольности?! Что за наглость?! Но не смогла. Поступок Артура произвел на меня неизгладимое впечатление. Забраться на такую бешеную высоту, чтобы постучаться в мою квартиру столь оригинальным способом?! Только безумно смелый мужчина способен на такое. А ещё тот, кто испытывает неподдельное, очень сильное чувство.
Конечно, я сдалась через несколько секунд, ощутив, как холодные губы Артура стали ласкать мои, стараясь то ли согреться об них, то ли возбудить меня сильнее. Сделать им это было очень непросто: на морозе целоваться неудобно, к тому же на маленьком балконе. И, с трудом соображая, что делаю, я шагнула назад, в кухню. Мой нежданный гость, не отпуская, последовал за мной. Затем он нащупал дверь позади себя и закрыл её, и мы погрузились в сладкий, пропитанный морозным воздухом поцелуй.
Но, видно, не судьба нам была слиться в сексуальном экстазе, потому как Артур, запутавшись в снаряжении, задел кухонный стол, и мы с грохотом рухнули на пол, а сверху полетела посуда. Хорошо, Уваров оказался сверху, но ему по затылку прилетел кувшин для воды. Раздался глухой удар, Артур охнул и осел на меня. Тяжелая хрустальная посудина (купила на вещевом рынке задешево — понравилась) прокатилась и упала на пол, даже не подумав разбиться. Хорошо, воды в нём не было — я забыла налить.
Тут же стало понятно, что Уваров довольно тяжелый, но чего улегся на меня, как на перину?! Я сначала подумала, будто он решил развлечься. Толкнула немного, глянула в глаза — закрытые. «Да он сознание потерял!» — вспыхнула мысль. Стало страшно. А вдруг погиб?! Постаралась поскорее выбраться из-под парня, уложила его на пол, расстегнула куртку, чтобы дать больше воздуха.
Он лежит, бледный, с бисеринками пота на лице.
— Милый мой, хороший, — вырвалось у меня шепотом. — Пожалуйста, приди в себя.
Легонько пошлепала его по щекам. Не помогло. Сбегала в ванную, принесла смоченное холодной водой полотенце, протерла лицо. Тот же результат. Потом вспомнила вдруг, что у меня есть аптечка. Умчалась в комнату, достала её, а оттуда — пузырёк с нашатырным спиртом. Вернулась, открыла и поднесла к носу Артура. Он сначала вдруг резко вдохнул, потом распахнул глаза, сев, закашлялся.
— Ну, слава Богу, живой! — сказала я с улыбкой.
Уваров потёр нос. Потом сморщился, провел рукой по затылку и сказал:
— Уф, как больно! Чем это меня? 
— Хрустальным графином.
— Мощная вещь, — усмехнулся Артур и снова скривил губы от боли.
Я обошла его, взяла голову в ладони, посмотрела. Шишка есть, крови нет.
— Надо холодное приложить. Подожди, посиди пока.
Достала из холодильника лёд, насыпала кусочки в пакет, потом осторожно прислонила к затылку Артура.
— Становится полегче?
— Да, — ответил он и улыбнулся. Ты прости, что напугал. Но я звонил в дверь, на сотовый, а ты не отвечаешь.
— Я думала, это полиция.
— Кто? — удивился Артур.
— Давай сначала ты разденешься, а потом я тебе всё расскажу.
Когда мы снова собрались на кухне, то я почувствовала себя неловко. Уваров умудрился прийти ко мне в костюме от Армани! Да-да, в классической «двойке» шикарного качества. Зачем он это сделал? Я оценила величественность поступка. Мужчина решил, что его первый визит ко мне в гости должен пройти на высоте. В буквальном и переносном смысле. А вот я, увы, подкачала. Успела только натянуть домашние мягкие штаны и футболку, потому теперь выглядела по сравнению с Артуром довольно непрезентабельно.